Драконы и ведьмы - Мартиша Риш

— Бочки, говоришь? И много тех бочек было? — рявкнул Макс.

— Много, их матросы устали. Я еще подумал, к чему делать такие значительные запасы, если они идут всего-навсего на Андорсу. Тут не более пяти суток морем.

— А женщины с ними были?

— Никак нет. Тот капитан не берет женщин на борт, считает, что это к суровому шторму. Плохая примета. Кто разберет этих ушастых.

— То есть женщин с ними не было?

— Ингард, ты идиот? — схватился за кортик Макс, — женщин они погрузили тайком! В бочках.

— Зачем?!

— Догоним, узнаем, — отрезал Эрлик. — Макс, строй портал.

— Куда? На Кудыкину гору?

— Зачем нам туда? — изумился Ингард.

— Эрлик, ты можешь мне показать точное место, где сейчас плывет эта посудина?

— Нет, конечно.

— Вот и я не могу открыть портал неизвестно куда.

— И как тогда мы их догоним? Наша бригантина уступает клиперу в скорости. Лодка пойдет еще медленней.

— Но в лодку можно запрячь водного дракона. Или кто ты там во второй ипостаси, Макс?

— Ну уж нет. Лодка с парусом, а я наполню его мощным воздушным потоком.

— Договорились, ждите. От прошлых пиратов осталась как раз такая, крошечный парусник.

Лукас

— Серджо, тут уже как в аду у чертей! Скоро закипит этот суп?

— Не знаю. Мне жарче не сделать, я и так еле разжег мокрые угли. Ты зачем, вообще, поливал их водой?

— Боялся, что полыхнет.

— Вот и не злись. Нам еще повезло, что нашлась солонина, не пришлось убивать петуха.

— Ты плачешь?

— Подуй в угли — тоже заревешь, мне дым в глаза попадает.

— Джинджеру тоже повезло, наверное. Как думаешь, мне сходить его поискать?

— Думаю, пока мы не приготовим обед, не стоит. Тебя растерзает толпа голодных матросов. Они и так уже снуют туда-сюда мимо камбуза. Советую поторопиться с готовкой.

— Дуй, давай, в угли. Куда мы вообще попали? Я уже ничего не понимаю!

— Все просто, Джинджер был прав, мы не на Земле.

— Так не бывает! Слышишь, кадет? Не бывает и баста!

— А костер в камбузе бывает? А эльфы? Орк? Это все откуда?

— Какой орк?

— Твой помощник, Лукас. Тот самый, которого ты десять минут назад услал в трюм за какой-то фигней.

— За морковью…

— Нам нужно вернуться к ведьмам. Они единственные, кто сможет нас вернуть домой. Как-то же они нас сюда притащили?

— А ты уверен, что это они притащили? Я одного не понимаю, к чему были все эти разговоры про свадьбу. Там, я думал, шутят, а похоже, что нет. Да и самые первые пираты тоже говорили о свадьбе. Как думаешь, к чему это?

— Не знаю. Подмени меня, я не могу больше дуть, голова кружится. Что ж нам в замке-то не сиделось?

Глава 34

Ведьмы

— Я убью Эрлика!

— Нас не было всего-то пять часов. Ингарду конец!

— Максу его драгоценные коготки больше просто не пригодятся. И это я — несносная ведьма, а не мать? Увижу — прибью!

Картина, представшая перед глазами вернувшихся в замок ведьм, впечатляла. По центру клумбы развалился дракон, широко раскинув свои перепончатые крылья. У его морды, уворачиваясь от струек горячего дыма, то и дело вырвавшихся из ноздрей, хрипло пел колыбельную нянь-дриад. Амелия усердно рисовала что-то на чешуе, ей в этом помогал Сигизмунд. На тихую ругань Агнес оба не реагировали никак. Разве что сын Марцеллы изредка кривил нос на особо резкое высказывание. Малыши Эльзы спали на перепончатом крыле в своих ползунках. Одно неловкое спросонья движение Корша, и они разобьются. Второе крыло чешуйчатой твари Миша с Сережей приспособили себе под горку, подперев его у основанья корягой. Двое стражников пытались поймать малышей на спуске, но те, шутя уворачивались, и продолжали свою игру. Святослав, сосредоточенно высунув кончик языка, допиливал коготь на задней лапе дракона.

Эльза, призвала силу и по воздуху перенесла своих малышей в руки стоящих поодаль бледно-зеленых нянек.

— Дети, — прошипела Марцелла, сверкая черными глазами, — в замок марш! Амелия, к тебе это тоже относится!

— Святослав! Нельзя пилить чужие когти на ингредиенты без спроса!

— Но, мама, он сам попросил!

— Выпорю! Впервые в жизни!

— Мама!

— Марш в замок вместе со всеми отмываться!

Колыбельная стихла, дракон продолжил спать, лишь только вздрогнув во сне всем телом и обдав дриада на прощание облаком черного дыма.

— Воды! Третий час пою колыбельную! — прошипел севшим голосом бедный дриад.

— Что здесь происходит? Где наши мужья? Агнес, ты можешь мне объяснить хоть что-то?

— Марцелла, сбежали моряки, ваши мужья отправились их искать. Думали, что вы покинули замок вместе с ними.

— Что?! И Ингард тоже так решил?

— И Макс?

— Все трое.

— Где Эмиль? Он-то должен был их остановить?

— Эмиль ушел искать вас на скальную цепь.

— Один? Там можно сорваться. О чем он вообще думал, когда туда полез?

— Он взял с собой почти всю стражу, кроме этих двоих.

— И бросил замок без охраны. Убью! Испепелю! Детей бросили одних!

— Мы думали, вы пропали.

— Мы оставили записку.

— Ее не нашли. Эмиль ушел вам на помощь, следы вели в скалы.

— Детей кормили обедом?

— Они даже не успели позавтракать. Обнаружилась ваша пропажа, и все завертелось. Ваши мужья пришли в ярость, а потом мы уже не смогли забрать детей от дракона, боялись его потревожить. Микаэль с Сержем устроили деток властительницы спать на крыле.

— Мы уже не можем ненадолго втроем отлучиться погулять? Что за дурдом тут устроили из замка! Где мой советник? Где этот демонов Грегор?

— Мне искренне жаль, темнейшая, но его обманом засунули в бутылочку от молока дети темнейших, он где-то под лапой дракона.

— Жив?

— Кажется, даже шипит, достать? — рискнул подать голос начальник стражи.

— Достать немедленно и оказать всяческую помощь. Ну, Ингард! Тебе, точно, конец! Кронпринц недоделанный! Сошлю на Землю! Матери моей будешь помогать на даче все лето!

— Звучит, как проклятье.

— Так и есть, Мирта, — сочла нужным пояснить Марцелла. — Стражник, быстро найти Эмиля и привести сюда. Его ждет тяжелый разговор по поводу вашего полного служебного несоответствия и его личной умственной неполноценности. Бросить замок, загнать людей в скалы! Упустить моряков! А Эрлику я оторву голову сама!

— А я Максу. Даже записку им оставили. Уже нельзя сходить на рыбалку с подругами! Бросил ребенка одного без присмотра с драконом наедине! А если б Святослав решил не коготь пилить, а