Эффективные способы спасения от демонов - Лиса Зареченская

и постояльцы были слишком шумны, шаркали своими безвкусными сапогами по полу. Я устал слушать их глупые разговоры про женщин, скот, который почему-то дох после посещения приграничных лугов…Где политика? Оскорбления правителя ДОКа, в конце концов?! Ночь прошла впустую, едва не уснул от скуки за столом в трактире, как типичный пьяница!!! Мое существование только скрашивало ожидание встречи с чудной Айлой. Я буквально дрожал от нетерпения, представляя ее недовольное лицо, Ами должна была хорошенько потрепать ей нервы.

Я думал, что день налаживается, но получил проклятое письмо, как удар по дых. Ненавижу, когда глупые люди рушат мои мечты! Чашка кофе выпала из рук, стоило вчитаться в строки, злость затопила так же быстро, как остыл напиток, разливаясь по полу черной горькой рекой.

— Прекрасно! — выдохнул я, раздавив хрупкую чашку ногой. Надеюсь, людские косточки хрустят точно так же мелодично, как фарфор. — Великие создатели, почему ваши лучшие создания вынуждены столько терпеть! Еще и кофе испачкал свою одежду…

Пришлось переодеваться в парадный камзол и черные брюки. Очень вызывающе. Как белая ворона, очень модная белая ворона среди неприметных серых птичек. Я смотрел на себя в припрятанном заранее костюме с золотыми вензелями, в котором должен был идти на встречу к Высшему кругу. Слишком красив, чтобы остаться неприметным. Что ж, рано или поздно шпионы узнали о моем присутствии здесь, наверняка, Рутару уже доложили о моем самовольном уходе из лагеря.

Ох, и угораздило же Айлу вляпаться так не вовремя! Она должна была просто страдать, а не… Собственно, что с ней могла сделать Ами? Неужели моя человечка настолько глупа, чтобы попасть в ловушку? Скорее Айла сама обвела вокруг пальца настоятельницу, а теперь пыталась обмануть и меня, хотя не понимаю, как ей удалось поделать почерк настоятельницы! Значит, человечка вздумала издеваться, тратить мое драгоценное! Ей не по зубам такой соперник в игре! Но как бы я не был зол, поддавшись чувствам, пошел в храм в этом сверкающем на солнышке камзоле в истинном облике, сняв с себя иллюзию. Рискованно, зато все расступаются или падают к ногам, очень удобно, когда торопишься.

Сначала хотелось смеяться над самонадеянностью девчонки, но я стоял перед ней, а она так натурально плакала! Айла даже просила меня покаяться! Я не верил, это совсем не в ее духе, чувствовал обман, насмешку, желание мстить, но каждая слезинка, скатывающая по красной коже, говорила об искреннем порыве. Не выдержав, я ушел.

Дверь в комнату настоятельницы, едва удержалась на петлях, зато от стен отвалилось несколько кусков штукатурки. Ами, глупо улыбнувшись, вскочила ко мне на встречу, но застыла в метре. Едва подавил жгучее желание испепелить ее на месте одним взглядом.

— Что ты сделала? — прошипел я, чувствуя, как концентрируется магия на кончиках пальцев. — Кто тебе позволил нарушать мою волю?! Ненавижу таких, как ты.

— Господин… — в ее глазах не было раскаяния, только обожание. — Как вы узнали? Это должен был быть сюрприз.

— От тебя требовалось только четко выполнять мои приказы, так сложно в оставшееся время заниматься своими делами?! Я сам выбираю себе подарки, Ами, и ты теперь не в их числе, — произнес я, желая придушить эту серую мышь без всякого сочувствия. — С чего ты взяла, что можешь вмешиваться в мою жизнь?! Зачем мне это зачумленная девушка, которая все время повторяет имя богини?!

Я не выдержал и закричал, пожалуй, полностью поняв степень своей злости. С пальцев сорвалась искра, которая едва своим синим пламенем не опалила кожу Ами. Но, даже, видя меня в таком состоянии, она любила, не боясь потерять жизнь. Пару бесшумных шагов навстречу к ней. Мои пальцы замерли в нескольких сантиметрах от ее лица:

— Что, хочешь прикосновения? — издевался над девушкой, видя надежду в ее глазах. Она издала от нетерпения мучительный стон. — Не скажешь, что сделала, я никогда в жизни не прикоснусь к тебе. Никогда, Ами. Ты будешь жить и видеть, но я не скажу тебе ни слова, не прочту ни одного письма, даже не позволю смотреть на себя.

— Ааа! — вдруг закричала она, падая на колени и заливаясь слезами. Я довольно улыбнулся. Подумал, что Айла после таких угроз лишь бы хмыкнула, а при наличии зонта от души ударила по всем важным для мужчины местам. Между тем Ами продолжала свои стенания, от которых вяли уши. — Я не хотела тебя прогневить! Прости меня, Энлаэль! Разве ты не хочешь обладать ею полностью, она не посмеет отказать, а если откажет, можно же ее отдать в храм Лалэль! Проучи ее за все свои мучения! Я могу стать ее личным кошмаром!

— Ты забываешься, Ами! — скривился я, пренебрежительно смотря на девушку сверху вниз. — Не смей ее сравнивать с собой.

— Ах, — притворно вздохнула Ами, утирая слезы, — если она действительно так умна, то почему так легко выпила ту дрянь?!

— Что за зелье ты ей дала? — я на удивление взволновался, едва подавляя желание разбомбить этот храм до основания. Если Айла выпила яд, то спустя несколько часов ей может не помочь даже демоническая кровь! Как я ее вытащу с того света?! С губ сорвался нервный смешок, впервые впал в ступор от своих многочисленных фантазий на тему «а что, если яд окажется… ядовитым» Браво, лорд Картер, подобных глупых мыслей давно не было в твоей светлой голове, а точнее никогда! — Ааамии, немедленно скажи, что ты ей дала?!

— Как ты переживаешь за нее! — обиженно протянула она, а я видел в глазах блеск начинающегося безумия. — А обо мне?

— Ами… — такое тихое, но самое опасное.

— Поцелуй меня, мое божество, и я все скажу! — улыбаясь, говорила она. — Иди же сюда! Ты же хочешь узнать, что течет в ее организме?! Сыграем?!

— Отчаянье ни к чему хорошему не приводит, Ами, — произнес я, отправляя пульсар в сторону своей статуи. Как жаль, мое идеальное тело так прекрасно смотрелось в белом мраморе, особенно, когда по утрам камень начинал блестеть в рассветных лучах… Но теперь вместе с окном статуя вылетела на улицу. Грохот стекла, глухой стук бьющегося о землю мрамора дополнился воплем Ами. — Я назову это симфонией «Последний шанс». Хочешь продолжить играть?!

Девушка покачала головой. Что ж, ей никогда не нравилось слушать музыку.

***

Поправляя выбившуюся прядь из прилизанной прически а ля «вылила себе тонну жира на голову», услышала грохот на улице. Кажется, мы с Борисом даже подпрыгнули на месте, подумав, что война началась раньше времени. Снаряды летят, а я тут стою буквально с нитками мулине в руках и не знаю, где искать оружие.

— Вроде стихло, — прислушалась. —