Мариса. Хранительница стихий - Тина Солнечная

Я почувствовала, как мои щеки загораются от смущения, но в тот же момент не смогла сдержать улыбку. Морис, несмотря на лёгкое замешательство, расслабился и тоже улыбнулся.

— Свадьба? — с лёгким вызовом спросил Морис, явно стараясь скрыть смущение. — И ты, Фернан, не будешь против? А Феликс?

Фернан пожал плечами, и в его глазах мелькнул хитрый огонёк:

— Уверен, что ты постараешься убедить его. Прежде всего мы хотим, чтобы она была счастлива. А если её счастье — это ты, то я не вижу причин возражать.

Я ошеломлённо смотрела на них обоих, но внутри меня не было страха или тревоги — только смешанные чувства тепла и счастья. Фернан всегда был таким — прямым, откровенным, но в то же время невероятно понимающим. Его поддержка и его готовность принять эту сложившуюся ситуацию лишь усиливали мою привязанность к нему.

— Ты станешь моей, Мариса? — спросил меня Морис с такой нежностью, а у меня внутри словно стайка бабочек пробежала.

— Да.

— Да вы шутите! — услышала я недовольный голос Дофа. И я с мужем и женихом весело рассмеялись.

Глава 23

Морис отправился с нами в дом, чтобы обсудить своё предложение с Феликсом. Фернан шёл рядом, но явно не собирался вмешиваться в разговор. Это был не очень приятный сюрприз для Феликса, и я чувствовала напряжение, которое нависло над нами, когда мы вошли в гостиную.

Феликс ждал нас, и его взгляд моментально сосредоточился на Морисе, а затем на мне и том, что мы с мужчиной держимся за руки. Его выражение лица изменилось с лёгкого удивления на обеспокоенность. Я знала, что этот момент будет нелёгким для него.

— Что происходит? — спокойно, но с настороженностью спросил Феликс, глядя на нас.

Морис шагнул вперёд, встретившись взглядом с Феликсом. Его голос был тихим, но уверенным:

— Феликс, я прошу твоего согласия стать мужем Марисы. Я понимаю, что это неожиданно для тебя, и не хочу спешить. Но я прошу разрешения, потому что она стала для меня слишком важной.

Феликс, не двигаясь с места, внимательно слушал. Его лицо оставалось непроницаемым, но я видела, как внутри него кипят эмоции. Он сделал глубокий вдох, а потом посмотрел на меня, пытаясь прочитать мои мысли.

— Почему же ты не принял участие в первом отборе? Или она стала важной только когда ты заметил, что в ней осталась сила?

— Я ничего не мог ей дать. И я был уверен, что первый муж не позволит мне стать частью этого союза. Теперь же у меня появился шанс. И, — он повернулся и посмотрел на меня, — с первой секунды, когда я увидел тебя на том отборе, я понял, что ты нужна мне. Я не мог позволить твоему отцу испортить тебе жизнь. Прости, что так долго ждал.

Я прижалась к мужчине. Морис. Мой Морис. И как я сразу не поняла. Не почувствовала его.

— Ты согласна стать его женой? — спросил Феликс у меня, его голос был чуть ниже обычного.

— Да, — ответила я честно, и не смогла сдержать счастливую улыбку. чувствуя, что этот момент — один из самых трудных для меня и для Феликса тоже.

Феликс медленно кивнул, всё ещё обдумывая услышанное. Его глаза на мгновение стали холоднее, но затем я заметила, как они смягчились.

— Если это делает тебя счастливой, Мариса, — сказал он, наконец, сдержанным голосом, — я не могу быть против. Но я надеюсь, что Морис понимает всю ответственность, которая на него ложится.

Морис кивнул в знак уважения, его лицо выражало полную готовность принять ответственность. После этих слов он наклонился ко мне и украл ещё один быстрый, но тёплый поцелуй, прежде чем отправиться готовить выбор, ведь обряд всё ещё оставался обязательным.

Когда Морис ушёл, в комнате повисло неловкое молчание. Я видела, как Феликс, хотя и дал своё согласие, был подавлен предстоящим пополнением. Внутри меня зародилось чувство вины, и я поняла, что нам нужно поговорить.

— Я рад за вас, — сказал Фернан, разрушая тишину. — Но не думай, что сможешь уделять нам с Феликсом меньше времени.

— И спать он будет отдельно, — добавил Феликс и развернулся, направляясь к себе в кабинет.

— Феликс, — я мягко коснулась его руки, догоняя. — Давай поговорим.

Он неохотно кивнул, и мы направились туда, где предстоял серьёзный разговор, который был нам обоим необходим.

Когда мы зашли в кабинет, Феликс молча сел в своё кресло, его лицо было каменным, а взгляд — уставшим. Он явно пытался скрыть эмоции, но они всё равно прорывались сквозь его непроницаемую маску. Я не могла смотреть, как он закрывается от меня.

Не выдержав, я подошла ближе и решительно забралась к нему на колени, усаживаясь верхом. Феликс удивлённо поднял брови, но на его лице мелькнула едва заметная улыбка, и он автоматически обнял меня за бедра, словно это было чем-то привычным и естественным.

— Я люблю тебя, — сказала я, глядя прямо в его глаза. Но в них отразилось неверие, словно он не был уверен в моих словах. — Тебе не о чем переживать, Феликс. Ты всегда будешь в моем сердце, и никто не сможет этого изменить.

Он не сказал ни слова, но я видела, что он продолжает бороться с собой, пытаясь принять это. Я мягко провела руками по его плечам и повторила:

— Я люблю тебя.

Потянулась к его губам, и он ответил на поцелуй, сначала робко, словно не веря в происходящее, но затем, как будто осознавая, что я действительно с ним, он стал целовать меня с большим напором, с той страстью и отчаянием, которые я так давно ощущала в нём. Его руки крепче сжали мои бедра, и я почувствовала, как между нами начинает разгораться знакомое пламя.

Потом он резко разорвал поцелуй и заглянул в мои затуманенные желанием глаза.

— Это правда? Ты любишь меня, Мариса?

— Да, Феликс. Люблю, — прошептала я, и в этот момент он резко подхватил меня под бедра, подняв с такой силой, что я на мгновение потеряла ощущение времени.