Сводные. Эксперимент - Эльвира Осетина

В этот момент я опять потеряла сознание, но умудрилась вспомнить в последние мгновения, что про Марию мне рассказывал дядя. Говорил, что она любовница деда и очень опасна. Это совпадение или это она и есть?

В следующее свое пробуждение я увидела Виктора.

— Вы? — просипела я, открыв глаза.

— Он самый, — ответил мужчина. — Не переживай, скоро твои братья за тобой придут.

Я заметила, что Виктор был не один, в палате маячили еще несколько мужчин.

Но что конкретно они делали, я не понимала.

— Что случилось? — спросила я Виктора, который так и продолжал стоять рядом.

— Тебя похитили. Но ты не переживай. Всех виновных мы уже обезвредили.

Он хотел еще мне что-то сказать, но в этот момент раздался грохот, и Виктор исчез из моего поля зрения, а рядом появились Слава и Миша.

Мужчины смотрели на меня с тревогой, но потрогать боялись.

— Лера, малышка, ты как? — спросил меня Слава, лихорадочно разглядывая моё лицо.

— Не знаю, — шепотом ответила я и, еле шевеля губами, добавила: — Устала.

— Потерпи, котенок, сейчас приедут врачи, тебя осмотрят, — это был Миша.

— Что с задержанными делать? — услышала я голос Виктора.

Слава нехотя повернулся голову и приказал:

— Чуть позже, когда удостоверюсь, что с Лерой всё хорошо, я ими займусь. Можешь подождать минут пятнадцать?

— Без проблем, — коротко ответил Виктор.

— Ты бы убрал своих людей из палаты, — зло прорычал Миша. — Здесь они уже не нужны.

— Уверен? — переспросил Виктор.

— Да, — ответил уже Слава. — Только врачей пропустите.

— Без проблем. Парни, на выход, — сказал мужчина, и я услышала чьи-то шаги, но видеть никого не могла, потому что Миша со Славой закрыли своими массивными телами мне весь обзор, да и, откровенно говоря, было плевать.

Слишком уставшей я себя чувствовала.

— Лер, не закрывай глаза, — попросил Слава, когда я опять хотела поспать. — Пожалуйста.

— Ладно, — смогла ответить я и изо всех сил старалась не спать, хоть и хотелось безумно.

— Малыш, как же мы испугались, — прошептал Миша и, наклонившись, легонько прикоснулся своими губами к моим.

Этот нежный поцелуй был настолько приятным, что я даже немного взбодрилась.

— Осторожно, мы не знаем, где ей больно, — отодвинул Слава от меня своего брата и сам, наклонившись, легонько провел пальцем по моей скуле.

Я услышала стук в дверь, и появились новые лица. Это были врачи.

А дальше меня обследовали, задавали кучу вопросов и трогали. В общем, устроили мне настоящий ад, потому что почти все прикосновения были очень болезненными. Но я понимала, что так надо, и терпела, пока от меня не отстали и не разрешили уснуть. Еще и укол с обезболивающим поставили.

В следующий раз я пришла в себя уже в другой палате.

Вновь меня разбудил сигнал моего сердца.

Открыв глаза, я медленно начала осматриваться, поворачивая голову, и увидела, что рядом в кресле спит Миша.

Мужчина выглядел очень уставшим, а на его голове я заметила несколько седых волос.

Я не стала его звать или будить, пока не поняла, что очень сильно хочу пить и в туалет. Попробовала пошевелиться, но почему-то ничего не получилось. Видимо, не было сил.

Пришлось открывать рот и просить о помощи.

Я думала, что он не услышит мой тихий шепот, но Миша мгновенно открыл веки и тут же подскочил ко мне, с тревогой вглядываясь в мои глаза.

— Привет, — еле разлепила я губы.

— Лера? Ты как? Что-то хочешь? — спросил он, взяв меня за руку.

— В туалет и пить, — прошептала я.

— Хорошо, сейчас всё будет, я позову сиделку. Она отпросилась на полчаса пообедать, но сейчас придет.

Миша выбежал из палаты, а я опять попробовала пошевелиться, но что-то у меня никак не получалось даже ногу приподнять. Только руки еле-еле поднимались. Но чтобы убрать простыню, сил не хватило.

Спустя несколько минут пришла сиделка.

Женщина в годах, с доброй улыбкой.

— Ну здравствуй, Лерочка, — сказала она. — Меня зовут Екатерина. Я буду за тобой присматривать. Давай-ка сначала в туалет сходим, а потом уже будешь пить.

Миша тоже вошел вслед за ней, но я попросила его пока уйти. Мне было ужасно стыдно, потому что я поняла, что придется ходить на судно. Бывало уже в моей жизни такое в далеком детстве, когда я лежала на вытяжке, сломав себе ногу.

Оказалось, что всё не так просто, как мне хотелось бы.

И спустя еще пару минут я узнала, почему не могу пошевелить ногами. Не только от усталости, но еще и потому, что меня зафиксировали. И чтобы сходить в туалет, у меня убиралась нижняя часть кровати, и туда подставлялась утка.

Кое-как справившись с не самой легкой задачей, я наконец-то попила воды. А затем Екатерина обтерла моё тело.

— Что со мной? Почему меня зафиксировали так крепко? — спросила я у женщины.

— Давай-ка ты лучше с врачом поговоришь, — сказала она.

Пришлось ждать врача, Екатерина пообещала, что сейчас за ним сходит.

Врач в палату зашел вместе с Мишей. И начал задавать стандартные вопросы о моем состоянии. Я, конечно, ответила, но затем не сдержалась и потребовала ответа уже от врача.

— Что со мной?

— У вас компрессионный перелом позвоночника третьей степени, — ответил он.

— Что? — в шоке уставилась я на мужчину.

— В результате аварии три позвонка раздробились на несколько фрагментов, — сказал он, но, заметив мой испуганный взгляд, добавил: — Но всё не так плохо. У вас не пропала чувствительность ног и рук, а это значит, что ходить вы будете. Но нужна будет операция. Скорее всего, один позвонок придется заменить, а два других зафиксировать с помощью титановой конструкции. Но этот вопрос мы еще будем решать дополнительно. Мне нужно будет посоветоваться с коллегами. А после операции вам придется пройти долгий курс лечения. Сначала не меньше двух месяцев будете лежать на фиксации на твердом щите. Сидеть начнете не раньше чем через четыре месяца. Не переживайте. У вас организм молодой. На ноги встанете быстро.

Врач ушел, а я пыталась осмыслить всё сказанное им.

— Лера, всё будет хорошо. — Миша взял меня за