Развод. Я не приму вторую! - Мила Реброва

Это звучало странно. Обычно о крупных вложениях всё же предупреждают, хотя бы упомянуть «я тут думаю купить недвижимость». Я сжала бумагу крепче:

– Но ведь сейчас мы, наоборот, стараемся быть откровеннее друг с другом. Так? – я старалась говорить мягко, но внутри росла тревога. – Мне неприятно, что я узнаю случайно, когда нужно было собрать бумаги. Ты понимаешь, как это выглядит со стороны?

Он прикусил губу, словно пытался сдержать раздражение.

– Понимаю, но… не хотел затевать длинные разговоры. Это чисто бизнес, и я не думал, что тебе это будет интересно.

– Неинтересно? – повторила я горько. – Это же наша семья, наши финансы. Мы вроде бы вместе решили, что будем делиться планами, а не держаться каждый в своём углу.

Адам нервно провёл рукой по волосам, откинулся на спинку дивана.

– Извини, если это выглядит странно. Я и сам, возможно, не подумал, что это может тебя задеть, – сказал он, делая паузу. – Но ничего криминального нет. Я купил квартиру, чтобы потом получить прибыль. Вот и всё.

Я всмотрелась в его лицо, пытаясь уловить, не врёт ли он. Смущение, напряжённость – всё это выдавало, что он не рад этому разговору. Но было ли что-то ещё? Как будто тень какой-то вины.

– Покажешь мне документы? – спросила я, решившись проверить, действительно ли это «просто вложение». – Я хочу увидеть договор, план инвестиций, все бумаги.

Он нахмурился, но почти сразу кивнул:

– Хорошо, да, конечно. Я принесу их… позже.

– Когда? – уточнила я, почувствовав, что слишком давлю. Но мне нужно было понимать границы.

– Завтра. Или… чуть позже, – проговорил он, будто пытался уйти от точной даты. – У меня там всё в офисе, надо найти.

Я вздохнула, стараясь не нагнетать. «Может, и впрямь всё в порядке, – твердил внутренний голос, – а ты просто шумишь на ровном месте.» Но второе, более тревожное чувство нашёптывало: «А вдруг это не простая инвестиция, а что-то связанное с прошлыми ошибками?»

– Хорошо, – сказала я, скрепя сердце. – Надеюсь, ты всё покажешь и развеешь мои сомнения.

Он провёл ладонью по моим плечам, но я почему-то ощутила холод, а не тепло. Не была готова к объятиям, когда между нами возникла новая стена недоверия.

– Прости, что не сказал раньше, – негромко сказал он. – Я сам не привык к тому, чтобы обсуждать с тобой бизнес. А сейчас… мы только восстанавливаем наши отношения. Наверное, я просто промолчал, чтобы не нагружать.

Я кивнула, хотя в душе оставались сомнения. Поняв, что сейчас не время для дальнейших расспросов, я встала с дивана:

– Ладно, мне пора готовить ужин. Дети скоро придут.

Он что-то хотел добавить, но я уже вышла из комнаты, прижимая к груди те самые бумаги. Хоть я и старалась выглядеть спокойной, внутри всё клокотало. «Что, если я излишне подозрительна?» – думала я, но потом вспоминала: «А может, наоборот, я слишком наивно верю его словам?»

На кухне шумела вода, и я начала доставать продукты, обдумывая меню. Всё шло своим чередом, но ум продолжал возвращаться к этому новому факту – квартира в центре, о которой я не знала. За что бы я ни бралась, не могла отделаться от мыслей: «Вдруг это что-то больше, чем просто вложение?»

Несколько раз во время готовки я посматривала в сторону коридора, ожидая, что Адам придёт, продолжит разговор, но он не появился. Скорее всего, уединился у себя, переваривая всё. И я понимала: это только начало. Потребуются объяснения, бумаги, доказательства. Да и душевный разговор о том, почему он скрывал от меня серьёзные решения.

Внутри шевелился тихий страх: может ли эта тайна быть связана с давними проблемами, от которых мы недавно пытались убежать? Я вспомнила его тревожный взгляд, неловкую паузу при моём вопросе – всё это не походило на простой «хозяйственный» промах. Но пока ничего больше не оставалось, кроме как ждать «завтра» – когда он обещал принести документы и «всё показать».

«Я должна быть сильной», – тихо шёпотом сказала себе, помешивая суп. Ведь мы уже прошли столько испытаний, пережили почти разрыв. И теперь, если даже есть что-то, я предпочту знать правду, чем жить в сладком неведении. Но сердце никак не хотело успокаиваться, сжимаясь от дурных предчувствий.

Когда всё было готово, я накрыла на стол. В душе я надеялась, что Адам выйдет, мы хотя бы попытаемся друг друга успокоить. Но он так и не пришёл, и я не стала звать. Почему-то чувствовала: нам обоим надо переварить случившееся в одиночестве.

Вскоре в дом ворвались дети, принесшие шум и смех. Я собрала все силы, чтобы улыбаться им, спрашивать о школе, как день прошёл. Казалось, они не заметили моей встревоженности – и слава богу. Иногда проще притворяться, что всё в порядке, ради их спокойствия.

Уже когда я укладывала овощи в холодильник, на дне сознания вспыхнул вопрос: «А вдруг эта квартира не для бизнеса?» Я резко тряхнула головой, отгоняя эту мысль. Но от неё не так легко избавиться. Ведь кому, как не мне, знать, что иногда самые обычные вещи оказываются связаны с давно назревшими проблемами.

«Завтра он всё объяснит», – повторила я себе. И всё-таки сомнения не утихали, словно тихий колокол звучал на задворках сознания. Если Адам вдруг опять скроет что-то – что ж, тогда придётся самой искать ответы.

Я посмотрела на часы: время приближалось к ужину. Пришла пора собирать всех за столом, делать вид, что в нашем доме царит обычная теплая атмосфера. Но в душе я чувствовала – ещё одна трещина пролегла между нами. И если она пойдёт дальше, может вновь потрясти наш и так уставший брак.

«Надеюсь, он не обманывает меня снова», – подумала я, входя в гостиную, где дети уже переговаривались. Завтра покажет. А пока надо дышать ровно, сохранять спокойствие – и верить, что мы сможем пройти это испытание без серьёзных потерь.

Глава 14

Адам