Нерядом - Эллин Ти

И Витя видит, как мне неловко и как я пугаюсь своих же слов, я уверена, но он, не теряя улыбки и уверенности, говорит:

– Уговорила. Эти отдадим на растерзание голодным воробьям, а я буду с замиранием сердца ждать свою собственную порцию.

– Хорошо, – прикусываю губу. Можно сбежать от неловкости?

Я забыла, что такое флирт, и уже давно похоронила себя как женщину. Последние три года моя жизнь была превращена в ад, и хоть для окружающих я была той самой Мариной, которая всегда улыбается и всем готова прийти на помощь, внутри я медленно умирала. А сейчас… этот легкий, совсем крошечный, но все-таки флирт заставляет одинокую травинку в выжженном поле моей души поверить в то, что она может вырасти. Мне кажется, она так сильно пытается прорваться сквозь пепелище, что мне даже немного щекотно. Так забавно… Я миллион лет не ощущала чего-то подобного и была уверена, что там, внутри, все мертво и воскреснуть не может.

– Пойдем, – зовет он меня и придерживает за поясницу, проводя внутрь.

Тут уже кипит работа. Ребята поставили большой стол и накрывают его, а девчонки бьют их по рукам, чтобы не таскали из тарелок до того, как все сядут за стол.

– Я не планировал отмечать новоселье, но хочу сказать спасибо, что вы спланировали это за меня, – говорит Витя, мигом делая тишину. Все замолкают! У него сумасшедший авторитет. И никакого страха ни в чьих глазах нет, просто банальное уважение.

А еще они смотрят на то, что он держит меня за поясницу, оу…

– Будет куда поставить? – пытаюсь вернуть суету, передавая то, что принесла. Один из парней сразу стаскивает котлету с тарелки.

– М-м-м, Мариночка, пальчики оближешь! – нахваливает он мою стряпню.

– Захаров, сдурел? Марина Евгеньевна!

Я давлюсь воздухом, когда Витя говорит это. Все смеются, понимая шутку или не принимая его рычание всерьез, но меня почему-то это так неожиданно сбивает с толку, что я даже немного краснею. Какая Евгеньевна, блин? Мы же даже не на работе!

– Пардон, – говорит все тот же Захаров, – даму всеотца только по имени-отчеству – принято, обработано.

Даму всеотца? Про всеотца я шутку оценила, но про даму…

Господи, куда я попала?

Смотрю на Витю и вижу, что он взглядом отвешивает подзатыльник ему, заставляя наконец-то замолчать.

– Прости, – шепчет мне на ухо, – они немного идиоты.

– Хорошие же, – отвечаю ему.

Тему с «дамой» мы решаем никак не комментировать. Но больше всего меня волнует тот факт, что мы это даже никак не опровергли. Они же не начнут думать, что мы вместе, правда?!

* * *

Время в этой шумной и просто восхитительной компании летит слишком быстро. Я случайно обращаю внимание на то, что прошло уже целых три часа после того, как мы пришли, и за окном уже совсем темно.

Усталости парней как и не было: они шутят, смеются и даже поют песни под гитару. Сережа и Тимур Давидович частенько поют на сцене у нас в ресторане, мне нравится их слушать. Атмосфера тут очень классная…

Но я примерно два часа уже краем глаза наблюдаю, что между Димой и Дианой словно пробежала какая-то кошка. Я не знаю, что между ними, но подозреваю, что что-то есть, раз они спали вчера, обнимаясь в его комнате. Но сейчас… Что-то не то. Мое сердце, конечно, не материнское, но все чувствует. Дианка тихая совсем, и Дима молчаливый, хотя это в целом очень редкое явление, я пару раз за все годы такое застала.

И лезть в их отношения не хочется, и спросить охота… Женское любопытство! И у Виктора не узнаешь, потому что он очень ревностно к этому всему относится, невооруженным взглядом видно. Интересно…

Спустя еще полчаса все потихоньку начинают собираться домой. Время уже позднее, у всех свои заботы и дела, а у парней завтра тренировка, послезавтра игра, нужны силы! Виктор по очереди провожает всех, и я становлюсь зрителем интересной картины… Мой Димка пытается утащить Диану гулять, судя по обрывкам того, что я слышу, но она сопротивляется и что-то очень грозно ему шепчет. Мне, как человеку, воспитавшему этого оболтуса, очень забавно наблюдать, как он влюбляется и сам этого немного побаивается. Так интересно!

А потом он подходит ко мне, а Диана убегает в комнату.

– Марина, – говорит негромко, оглядываясь по сторонам. Подозреваю, ищет Витю, – если я ее украду, он меня грохнет?

– Определенно, – киваю и сдерживаю улыбку. От вида счастья этого засранца та самая травинка внутри моей души начинает шевелиться активнее!

– Хреново… А мне очень надо ее украсть.

– Попроси разрешения у него, – пожимаю плечами. – Он оценит это гораздо больше, чем если ты просто ее утянешь у него из-под носа.

– Да он не отпустит никогда в жизни.

– Скорее всего. Но просьбу оценит, понимаешь?

– Понимаю. Но мне нужна не его оценка, а разговор с ней. Он перебесится.

– Горин, я кого воспитывала вообще, а? – рычу на него. – Уважай ее родителей.

– Я уважаю Палыча.

– Как тренера. А постарайся еще и как ее папу. Это очень важно, слышишь? Важнее, чем может казаться в двадцать лет, просто поверь мне.

Вздыхает. Но слова мои слышит, уже хорошо. Я вижу краем глаза, как к нам возвращается Витя, но Димка стоит к нему спиной и не видит.

Прости, племянник, это только ради тебя!

– О чем ты хочешь с ней поговорить? Возможно, если ты скажешь это Виктору, он поймет и отпустит вас погулять, – говорю я так, чтобы Громов услышал. Он тормозит сразу же, не показывая Диме своего присутствия. А я что? Личной жизни нет и вряд ли будет, так пусть хотя бы племянник будет счастлив. Он заслужил. Дурик, конечно, но мальчик хороший.

– Никогда не отпустит, если скажу, – усмехается Дима и поднимает глаза к потолку. – Я втрескался в нее, прикинь? Первый раз в жизни по-настоящему так шибануло, что не могу даже на минуту о ней перестать думать. И хочется чего-то… не знаю. Рядом быть просто, за руку держать, обнимать. А она не хочет. Я заставлять ее не собираюсь, но признаться нормально хочется, чтобы знала просто, и…

– Горин, – говорит Витя, не дослушав до конца. – Иди домой, а?

– Да, Виктор Палыч, – поворачивается Дима, понимая, что тот все слышал. – Ну чем я вам так не угодил, а? Ну что мне еще сделать?

– Уймись, болезный, – спокойно говорит он, мне даже странно, что такая спокойная реакция. – Если Мышка пока не готова, то лучше молчи. Она у меня дама с характером, оттолкнет так, что