Принцесса Восточного Созвездия - Селина Катрин

— Ну не знаю даже, дай-ка подумать…

Цварг сделал внушительную паузу, а я от удивления подняла взгляд. Неужели он правда не знает?

— Обычно женщины говорят, что хотели бы заняться любовью. Словами. Подходят и сообщают. Некоторые даже пишут записки.

Секунду или другую я ошеломлённо смотрела в лицо цварга, а затем его красивые губы дрогнули, и их уголки поплыли вверх.

— Это, конечно, не всегда даёт стопроцентную гарантию, но как пра-а-авило…

Он надо мной смеялся!

Облегчение накатило волной, словно я окунулась в прохладный оазис.

— Женщина не может хотеть Мужчину. Жена не должна получать удовольствие от того, что остужает кровь Мужа. Если это случается — позор ей!

— Кто сказал?

— «Сага Первых Дней».

Янн шумно выдохнул и потёр ладонями лицо.

— Так, я понял, это разговор не на один день. Давай так, Шейна. На этом корабле я устанавливаю собственные правила. Во-первых, ты больше не встаёшь на колени. Во-вторых, отныне ты одеваешься в ту одежду, в которой чувствуешь себя хорошо, а не в ту, которую кто-то или что-то предписывает. В-третьих, разговариваешь с теми гуманоидами, с которыми хочешь. И ты не должна спрашивать разрешения, чтобы вступить в диалог. Исходи из мысли, что ты равная.

Я тихо ахнула. Немыслимо! Женщина создана, чтобы служить Мужчине.

— Ты равная, — с напором повторил Янн так, словно прочитал мои думы. — И уж тем более ты не должна расплачиваться со мной телом за… гхм-м-м… то, что я тебя забрал из дворца эмира. Поверь, такая оплата унижает меня как мужчину. Это было моё собственное решение. Я очень сильно сожалею, что ты стала предметом торгов и тебя поставили перед фактом, кто твой муж. Каждый гуманоид имеет фундаментальное право выбирать, с кем строить отношения. Когда девушку «передают в семью», как вещь-товар-корову, платя за неё выкуп и не спрашивая согласия, это аннулирует её право на выбор. Любая система, которая это одобряет — вопиющая форма узаконенного изнасилования. Если девушка не давала согласия на вступление в брак, любые интимные отношения внутри этого брака — насилие. Это неправильно.

В душе царил полнейший раздрай. Права была Силис — с паладином я точно понимала, чего от меня ждут и чего хотят, а с Янном чувствовала себя пробирающейся по пустыне с зыбучими песками. Засосёт или нет? А теперь?

Тем временем мужчина вздохнул и потёр переносицу. Усталость промелькнула в этом движении, а я вновь устыдилась. «Отличная» из меня жена получается, ничего не скажешь… Одни проблемы доставляю.

— Шейна, мы, кстати, не договорили. Что там случилось у вас с Леей на кухне, расскажешь?

Я вздрогнула, когда горячие пальцы переплелись с моими, и Янн потянул меня в сторону уже знакомого помещения. Удивительнее всего было то, что все поверхности снова блестели и сияли чистотой, будто недавно всё не залило слоем густой липкой белой пены.

— Лея убралась, — прокомментировал Янн, вновь догадавшись, о чём я думаю. — Так почему ты готовила гречку в микроволновке?

— Хотела кашу для тебя сварить, — созналась я. — Жёны должны готовить завтраки, это их обязанность. К сожалению, как пользоваться индукционной плитой, я не поняла.

— А почему не взяла из холодильника готовые нарезки или паштет? Можно же было сделать что-то попроще. — Янн внимательно на меня посмотрел.

— Я не поняла, как это всё открывается…

— Правило номер четыре, — шумно вздохнул цварг. — Отныне ты больше ничего не готовишь для меня. У меня есть руки-ноги, я вполне самостоятелен. Если ты хочешь что-то приготовить, то делаешь это в первую очередь для себя. А теперь давай я покажу, как здесь всем пользоваться… Вот эта банка называется «консервы», здесь железное кольцо. Если потянуть — она откроется. Внутри то, что нарисовано на этой картинке. Если картинка непонятна, всегда можно спросить у Леи. Здесь кукуруза. У вас она растёт? Пробовала на вкус?

Я кивнула, чувствуя, как краснею… Как же стыдно. Ему приходится мне всё объяснять словно неразумному ребёнку. Террасорки к возрасту цветения уже должны уметь готовить не менее пятидесяти блюд.

— Да, у нас она бывает… Эмиру приходили караваны. Она только была в таких длинных салатовых початках…

— А это зерна. Её уже почистили и положили в банку, чтобы дольше хранилась. А паштет чем тебе не подошёл? — Янн взял тюбик, который я тщетно пыталась открыть, и с какой-то невероятной легкостью вскрыл его.

— Как ты это сделал? Я тянула, у меня ничего не получалось!

— Это не бутылка с вином, чтобы вытягивать пробку, — улыбнулся Янн вдруг так тепло, что на миг перехватило дыхание. — Здесь, видишь, резьба есть? Её надо откручивать, а не просто тянуть. — Он перевернул крышку, и я с изумлением уставилась на внутреннюю поверхность с выпуклым рисунком.

— Это делал ювелир?

— Нет. — Он снова улыбнулся. — Машины. Техника… такая же, как Лея, только немного другая. Заточенная под то, чтобы делать вот такие вот крышечки.

— А это как открывается? — Я указала на ещё одну треклятую банку.

— Здесь надо надавить, а затем открутить. Это называется «детская защита».

Янн провёл со мной ещё несколько часов, объясняя каждую мелочь на кухне, и лишь потом, отдав ещё несколько указаний Лее, чтобы во всём мне помогала, сообщил, что вынужден меня ненадолго покинуть.

— Я отнесу золото эмиру, закрою вопрос с твоим выкупом и сразу же вернусь, — сказал он на прощание.

Глава 24. Решение

Янн Робер

— Какая восхитительная искусная работа! Наверное, мастера работали денно и нощно… Сколько корзин каменных роз мне велеть собрать? — Идрис Свет Истины с изумлением перебирал украшения в чемодане и всё никак не мог поверить, что это исключительно выкуп за Шейну. К слову, чемодан-сейф из ультрапрочного сплава с кодовым замком ему понравился не меньше, чем содержимое.

— Нисколько, — с лёгким раздражением ответил я.

Розы розами, но если они действительно нужны Фабрису, пускай сам кого-нибудь для этого дела отряжает. Моей целью было разобраться в таинственной повышенной женской смертности в пещерах. Я разобрался.

— Это золото за Шейну. Надеюсь, вопрос закрыт и по вашим законам она теперь моя полноценная жена.

Я видел, как из-под тюрбана мужчины скатилась крупная капля пота на висок, и всё никак не мог взять в толк, почему Идрис так нервничает.

— Так… это всё ваше золото?! Не Цварга…