Облепиха для мажора - Ася Андреева

Как только мы завернули за угол, то сразу услышали, как Лёха на кого-то громко ругается.

— Да ты, дура полная. Совсем сбрендила. Да я помочь тебе хочу.

Я увидела, как Лёха скорчился от боли, почти согнувшись пополам.

— Она что, ему промеж ног влупила? — Женька округлила глаза.

— Нет, она никак не могла, — сухо ответила я. — Она же сама лежит на каталке, и тоже, вроде, как будто корчится от боли.

Мы подошли поближе.

— Пошёл вон отсюда, не смей трогать меня своими лапами, — сразу закричала девушка на каталке, когда Лёха выпрямился и снова к ней приблизился. — Вали отсюда, не смей прикасаться своими грязными руками, ничтожество, — снова заорала она, а потом застонала от боли.

— Так, потом будешь из себя строить крутую. Я сейчас жизнь тебе спасаю, между прочим.

— Пошёл вон, — она брыкнула ногой, но снова сжалась от боли. — Уйди! Ты что, идиот? Не слышишь, что тебе говорят?

— Лёха, — Женька подскочила к нему. — Ты что делаешь?

— Да я этой сумасшедшей помочь хочу. В армии у меня случился аппендицит. Аппендицит с перитонитом. А я этого не знал. И молодой врач в сельской амбулатории тоже не знал. Решил до утра оставить в деревне. А утром меня уже еле откачали. Так вот у неё такие же симптомы. Мне потом хирург про них рассказал, чтобы я запомнил. Вдруг кому моя информация пригодится. А эта возомнила себя элитой. И меня не подпускает.

— Проклятье, — ещё громче застонала девушка. — Он ещё и в армии был. И думает, что можно меня лапать просто так.

— Да, замолчите вы. Как ни стыдно вам, — вступилась Женька за него. — Он просто помочь вам хочет.

— Вот пусть и помогает вам всем. Нищеброды, — кинула она в нашу сторону и заорала, — ааа…

Я глубоко вздохнула. И откуда они только берутся такие? Лежит в приёмном отделении, а людьми брезгует. Ну что ж, посмотрим, что она будет делать, когда врача увидит.

Глава 39

Женька очень сильно разозлилась и крикнула:

— А ну, тихо, — к нашему общему удивлению девушка замолчала, даже постанывать перестала. — Лёша, объясни, что ты хочешь сейчас сделать? Как мы можем помочь?

— Надо её поднять на четвёртый этаж к хирургам. А там они никуда не денутся. Возьмут на операцию, как миленькие.

— Ишь, тоже мне доктор нашёлся, — взбрыкнула наша новая знакомая на каталке, но спорить перестала.

Сообразила, наверно, что к чему. Когда счёт пошёл на минуты.

— Так поехали, — Женька ухватилась за каталку у ног девушки, а Лёха, быстро сообразив, что предлагает подруга, ухватился спереди за тележку и придал ускорение «паровозу», чтобы быстрее добраться до лифтов, пока нас не заметили дежурные.

Мне ничего не оставалось, как поспешить за ними. Я по пути открывала перед ними двери, придерживала на поворотах тележку и отвлекала медперсонал.

— Лёша, а почему её никто не осмотрел? — поинтересовалась я.

— Всё как всегда. Стечение обстоятельств. Срочно со скорой понадобилось кого-то реанимировать. Вот все и сбежались в смотровую, а наверху тяжёлая операция уже идёт несколько часов.

— Так кто же тогда эту девушку возьмёт?

— Так аппендицит может и студент вырезать. Это же просто.

Каталка резко затряслась: то ли от боли, то ли от страха.

— Не хочу, чтобы студент, — громко заплакала новая пациентка хирургического отделения. — Мне надо специалист.

— Не беспокойтесь, всё будет хорошо, — как могла, утешила я её.

Не знаю как, но мы добрались до четвёртого этажа и никому из персонала больницы не попались на глаза. Дверь лифта открылась, а мы выкатились все вместе с каталкой в белоснежный коридор. И тут же остановились.

— Это что за история такая? — нам какой-то доктор преградил дорогу.

Лёха стал быстро объяснять, что случилось, а девушка на каталке громко выть.

— Сделайте что-нибудь. Аааа… — кажется, ей становилось хуже, даже нам это было заметно. — Вы знаете, кто мой папа? Он вам всем головы поотрывает.

— Девушка, что-то мне подсказывает, что вам не так уж и плохо. Папу вспоминаете. Быстро все назад.

Этот высокий и очень худой мужчина, на вид лет тридцати, на удивление оказался таким сильным, что смог ухватить меня и Женьку и силой затолкать в лифт, как мы ему не сопротивлялись.

— Да послушайте, — Женька умудрилась вырваться и забежать за каталку. — Ей очень плохо. Неужели не видно?

— Тут больница. Тут всем плохо.

— Слушайте. Я догадалась. Вы никакой не доктор. Вы на себя посмотрите: небритый, нечёсаный, одежда на вас мятая.

— Да я сейчас на вас полицию вызову. Думал, сдам дежурство. И домой — отсыпаться. А тут с посторонними…

И тут мы заметили, что Лёхи возле нас нет. Скорее всего, он побежал в ординаторскую, чтобы кого-нибудь найти и позвать на помощь. Женька посмотрела сначала на меня, потом на больную девушку, сползла по стенке и расплакалась.

— Как врач может быть таким чёрствым? — закрыла лицо ладонями.

— Ну, достали.

Наконец, доктор подошёл к каталке, без предупреждения задрал платье и стал щупать живот у больной.

— Аааа… Придурок, можно поосторожнее. И что, здесь помещения никакого нет? Надо при этих это делать? Вас папа всех здесь уволит. Ясно вам.

— Ясно, что тебя надо срочно на операционный стол.

— Вот, — хором ответили мы.

— Эй, беленькая не плачь. Вылечим эту девицу. Родственница твоя?

— Не хватало ещё, родственничков таких. Везите меня уже куда-нибудь. Ааа… Ааа…

— Эй, беленькая, так ты по доброте душевной ей помогала?

Женька вскочила на ноги.

— Да. А вы все здесь чёрствые и злые, — и ещё больше разревелась.

Вдруг со стороны большого прохода появилась женщина, а за ней — Лёха.

— Вот, нашёл.

— Что нашёл, что нашёл. Вы как сюда все попали? Я вас спрашиваю. Павел Дмитриевич, вы же поспать собирались. Вас приказали даже домой не отпускать. Третьи сутки на ногах, пятнадцать часов операция…

— Ольга Валерьевна, я уже осмотрел больную. Готовьте к операции.

— Вы что?

— Не волнуйтесь, не я буду оперировать. Увозите.

— Как скажете, — не стала спорить Ольга Валерьевна и ловко потащила каталку с девушкой вглубь коридора.

— Ты только не волнуйся, — вдогонку крикнул ей Лёха, а она показала ему средний палец. — Только и умеете…

Доктор обвёл всех взглядом.

— Так, на выход дружным строем. Молча. А ты, беленькая, давай свой номер телефона. Что смотришь? Позвоню потом, расскажу, как обстоят дела у подопечной. Как говорится, мы в ответе за тех…

Женька трясущимися пальцами достала телефон, разблокировала и показала свой номер. Видно, спорить у неё сил совсем не осталось.

Лёха удивлённо посмотрел на всех. Хотел