Посткарантин - Злата Косолапова

К счастью для жителей мёртвых земель, ястровым редко удавалось сбиться в большие стаи: они не размножались, потому объединялись с собратьями, чтобы им было легче выживать. Обычно группа из трёх‑четырёх мутантов была довольно большой редкостью. Здесь их было пятеро, и нам встреча с такой стаей, обитающей в Ямуге, грозила быстрой и страшной смертью. Зато теперь мне было понятно, почему люди старались обходить Ямугу стороной и почему про неё ходили подобные услышанной мной легенды.

– Вебер, что нам делать?! – истерично спросила я, ощущая, как волосы на моём затылке встают дыбом.

Ястровые двигались к нам, обливаясь липкой слюной, шипя и качая страшными головами. Рычание собак Вебера мешалось с подвываниями мутантов. Вебер молча указал мне на баллоны с газом у одного из домов, там же неподалеку стояли канистры, судя по всему, из‑под бензина.

– Пытаться выбраться из этой заварушки, в которую мы так здорово угодили. Кстати, начинаем действовать прямо сейчас. – Медленно пятясь назад и не поворачиваясь ко мне, наёмник указал большим пальцем себе за спину. – Как только дам знак, прыгай за насыпь щебня у забора.

Я быстро обернулась, и в эту секунду один из ястровых с грохотом запрыгнул на крышу ржавого автомобиля. Пригнувшись, я вскрикнула, почти сразу зажав себе рот двумя руками.

– Давай! – крикнул Вебер, выхватывая винтовку из‑за спины и отпрыгивая куда‑то в сторону.

Я разом упала на землю и спряталась в низине за горой насыпи. Звуки выстрелов смешались с руганью и зверскими взвизгами мутантов. Я с ужасом думала о том, что если Вебер не сможет взять ситуацию под контроль, то нам с ним придет быстрый и страшный конец. Вот действительно конец, потому что ястровым‑то уж точно наплевать на любые слова и убеждения, а силой с ними не померяешься.

Содрогаясь от страха, я сидела в своём убежище несколько долгих минут. Убийственно‑страшный рокот сменялся то металлическим бабаханьем, то каким‑то уханьем, то пальбой.

Вебер не появлялся, его собаки тоже. В голову уже начали лезть нехорошие мысли, когда рядом послышался шорох, и наёмник выпрыгнул из‑за насыпи. Он упал на землю рядом со мной, за ним, поскуливая, в низину прыгнул Рекс. Декстера я не видела и не знала, жив ли он ещё.

Я посмотрела на Вебера. Маски на нём не было, только очки.

– Плохи наши дела, – прохрипел наёмник. Напряжение сделало его лицо суровым, как никогда. – Но у меня есть план. Ты по‑прежнему сиди здесь и не высовывайся.

Вебер перехватил винтовку и снова выбрался на дорогу. Я успела заметить, как он снимает гранату с пояса. Уже через секунду наёмник метнулся обратно. Оскалившись, он подхватил меня за шкирку и с силой отбросил себе за спину.

Раздался оглушающий взрыв.

– Рекс! – только и успела воскликнуть я, падая куда‑то.

Собака кинулась за мной в тот момент, когда я уже кувырком скатывалась вниз по склону оврага. Мой полёт долго не продлился. Уже через мгновение я упала, сильно ударившись левым боком о ребристый кусок бетона. Падение вышибло из меня понимание происходящего, дыхание сбилось, в глазах потемнело. Какая ужасная боль!

Я хрипло застонала, в голове зашумело, и из глаз потекли слезы. Удар был слишком сильным. Я почувствовала, что начинаю истекать кровью. Мне нужна была помощь. Однако я даже толком не могла и слова вымолвить, не говоря о большем. Сдавленно хрипя, я пыталась вдохнуть побольше воздуха.

Не знаю, сколько времени прошло, прежде чем Вебер оказался рядом. Выстрелы, череда оглушающих взрывов, рычание и визг уже затихли, когда наёмник подошел к краю оврага за забором и прокатился по камням вниз до меня.

– Эти гады не такие тупые, как могло бы показаться, – сообщил Вебер. – Двух из них накрыло взрывами и разнесло на молекулы. Одного я пристрелил, одного задел, Декстер с ним закончил. Самый изобретательный укрылся в кирпичном доме в конце улицы. Надо попробовать его достать оттуда… Птенец? Ты меня слышишь?

Мне было так плохо, что я даже не могла ответить ему. Вебер обернулся, лицо его побледнело, а глаза в ужасе расширились. Наёмник метнулся ко мне, но я уже едва ли что‑либо понимала. Мой бок и спину будто бы покрыл лёд, половина тела онемела, одновременно с этим мои раны объяло сухое жжение. Мне хотелось пить, страшная жажда давила горло, а перед глазами всё плыло куда‑то в сторону. Осознание происходящего доходило до меня слишком медленно.

Ругаясь сквозь зубы, Вебер подложил мне под голову свой рюкзак, затем быстро снял с меня маску и очки. Стянув с меня куртку, наёмник расстегнул мою толстовку. Под которой, к моему огромному счастью, я носила майку. Уже через секунду Вебер достал из своей карманной аптечки мазь и какие‑то лекарства. Я в ужасе дёрнулась и замычала, когда увидела шприц, заполненный какой‑то сывороткой.

– Тише ты, – хмурясь, прошептал Вебер, кладя руку мне на лоб. – Это всего лишь обезболивающее.

Наёмник сделал мне инъекцию, введя иглу на сгибе локтя. Сразу после этого он осторожно перевернул меня на бок и немного приподнял майку, чтобы обработать рану. Я была в таком ужасном состоянии, что мне было плевать, в одежде я лежу или без неё. Через две минуты я почувствовала, как мои глаза закрываются.

Приоткрыв глаза, я пыталась сфокусировать взгляд на легких перьях облаков, размеренно плывущих по небу. Где‑то трещал огонь, в лесу позади хорошо слышался шорох ветра. Пахло дымом и смолой. Я повернула голову. Рекс лежал рядом со мной, пригревшись у меня под боком. Декстер догрызал куриную кость, растянувшись у меня в ногах.

Я осторожно дотронулась до пропитанной кровью майки. Рана уже почти не болела. К тому же Вебер сделал перевязку и, судя по всему, перед перевязкой использовал Р‑тюбик.

Как только я зашевелилась и протянула руку, то тут же получила в неё бутылку воды. Приподнявшись, я сделала пару глотков, затем потерла глаза и взглянула на наёмника. Он сидел на земле рядом со мной и курил.

– Ну? Ты как, птенец?

Вебер кинул на меня быстрый взгляд.

– Значительно лучше, – прохрипела я и потрепала по холке радостного Рекса, из стороны в сторону водящего хвостом по сухой земле. – Спасибо.

Я поёжилась под резким порывом ветра и смутно осознала, что сижу в одной лишь майке. Припоминая происходящее, я