Крик во тьме - Денис Гровер Сванк

— Тебе не нужны чертовы указания. Я знаю, куда ехать.

Он давал мне инструкции — зачастую слишком поздно — но уже вскоре я поняла, что мы едем не по маршруту, указанному Рут.

— Куда вы ведете меня, Хэнк?

— Не волнуйся. Так ехать всего на пару минут больше, чем по дороге, по которой ты вероятно приехала, но так мы проедем через Эвинг.

— Зачем вам проезжать через Эвинг? — я посмотрела на него, нахмурившись.

Он выглянул в окно, отказываясь смотреть на меня. Когда он заговорил, его голос дрожал.

— Я хочу увидеться с внуком.

Почему я об этом не подумала? Хэнк лежал в больнице, и у него не было возможности опознать тело внука, как, вероятно, и позаботиться о похоронах.

— Вам нужно опознать тело? — тихо спросила я.

— Не, — ответил он. — Вайатт уже прошел через официальное опознание. Помощник шерифа сказал, что Макс сделал это неофициально. Но я все равно хочу его увидеть.

Вайатт прошел официальную процедуру опознания? Это вписывалось в историю Рут о том, что Вайатт был опекуном Сета.

— Вы знаете, куда они увезли его тело?

С секунду он молчал.

— Он в похоронном бюро. Мне нужно поговорить с ними насчет похорон.

— Конечно, — сказала я. — Буду рада отвезти вас.

Как только я выехала на 107-е шоссе, Хэнк задремал после лекарств. Он сказал мне, что 107-е шоссе идет прямо в Эвинг, и правда, через сорок пять минут на горизонте появился Эвинг.

— Хэнк, — тихо произнесла я. Когда он встрепенулся, я сказала: — Мы на месте. Что теперь?

С сонными глазами, он выпрямился на сидении и огляделся вокруг, вспоминая, где он, его седые волосы примялись с одной стороны.

— Проедь пару миль, а потом поверни налево.

После непродолжительного молчания, я спросила:

— Как вы себя чувствуете? Ничего не болит?

— Не, они накачали меня аспирином, прежде чем отпустить. Я буду в порядке до обеда.

Аспирином? Это все, что они ему дали? Но медсестра сказала, что ему выписали рецепт на обезболивающее…

Когда я свернула на парковку, забеспокоилась, как выведу его из машины и отведу внутрь на костылях.

Я озвучила свои тревоги, и он махнул в сторону дверей.

— Просто припаркуйся перед ними. Затем иди внутрь и скажи Мобли, что мне нужно инвалидное кресло.

— Хорошо…

Я сделала, как он велел, и, войдя через двери, огляделась по коридору в поисках того, кто бы мог помочь. Услышала слабый звон дверного колокольчика где-то в глубине здания.

— Чем могу помочь? — спросил мужчина среднего возраста, выйдя из комнаты дальше по коридору. На нем был надет темно-серый костюм и бледно-голубой галстук. Блестящие черные ботинки. Волосы тоже были черными по большей части, местами с проседью. Он смотрел на меня теплыми и добрыми глазами.

— Здравствуйте — сказала я, подходя ближе. — Я приехала с Хэнком Чалмерсом. Он хочет увидеться с внуком.

— Я его ждал, — заявил мужчина, подходя ко мне и протягивая руку. — Меня зовут Пит Мобли, я здесь директор.

Я пожала ему руку.

— КарлиБле…, — я заставила себя замолчать и сказала, — я Карли, взяла на себя уход за Хэнком на пару дней.

— Приятно познакомиться с вами, Карли, — сказал он, отпуская мою руку. — Хэнк сказал, что вы тоже приедете.

Он точно не тратил времени попусту.

— Мистер Чалмерс в машине. Ему нужна будет помочь выйти из нее, чтобы он мог увидеться с внуком. Он сказал, что у вас есть инвалидное кресло?

— Один из моих сотрудников подготовил для него кресло. Я пошлю его за Хэнком. Я бы остался с вами, но моего внимания требует серьезная ситуация. Я встречусь с вами обоими, когда Хэнк будет здесь.

— Нет проблем, мистер Мобли. Спасибо вам.

— Не называйте меня мистером, — произнес он с дружеской улыбкой. — Все просто зовут меня Мобли.

— Что ж, тогда спасибо вам, Мобли.

— Я рад помочь вам с Хэнком в это трудное время. Смерть трагична, но еще более трагична, когда хладнокровно застрелен ребенок.

Он немного постоял и помолчал, словно отмеряя этой мысли положенное время, затем в последний раз улыбнулся мне и пошел обратно по коридору.

— Дуайт, — позвал он, — ты можешь прикатить мистеру Чалмерсу инвалидное кресло?

— Конечно, — ответил мужчина в тот момент, как Мобли переступил порог комнаты, из которой пришел.

Я услышала скрип колес инвалидного кресла еще до того, как увидела его в коридоре, его катил мужчина с лохматыми светлыми волосами и неряшливой бородой. Он медленно приблизился ко мне, одетый в брюки и рубашку на пуговицах, на вид приобретенной в комиссионке. На его лице расплылась ухмылка, как только он увидел меня.

— Ого, какой сюрприз, — сказал он.

Это был парень с футбольного вечера понедельника, которого я встретила в таверне и который повел себя странно, когда услышал, что я из Джорджии, только вот его дружки звали его Дьюи.

— Я уж точно не ожидал увидеть тебя здесь, — произнес он достаточно тихо, чтобы его босс не мог услышать. — Вот уж не знал, что старый дурак на такое способен.

Я хотела отчитать его, но посчитала, что он выместит злобу на Хэнке.

— Мобли сказал, что вы поможете мне завезти Хэнка внутрь, — сказала я, стараясь сохранять тон спокойным.

Он показал на стеклянные двери.

— Если ты любезно придержишь их, — когда я подошла к дверям, он сказал: — Я слышал, что ты живешь у него, а раз ты это не отрицаешь, похоже, это правда.

У меня волосы встали дыбом.

— Откуда вы знаете, что я живу у мистера Чалмерса?

Затем я поняла, что объявила об этом всему чертову городу, когда наорала на Вайатта прошлым вечером.

— Драм — маленький город, — ответил он. — Слухи расходятся быстро.

Он наклонился ближе, его глаза заблестели.

— Знаешь, половина города думает, что ты это сделала, и что ты живешь с Хэнком лишь для того, чтобы отхватить состояние.

— Какое состояние? — я не смогла сдержать смеха.

— Отлично. Изображай дурочку, — он кивнул, еще шире улыбаясь. — Мне это нравится.

Что бы не говорили люди в городе, я крайне сомневалась, что у Хэнка есть деньги, не говоря уже о состоянии. Все же, не было смысла спорить с этим мужчиной. Я приехала сюда ради человека, потерявшего внука. Я вышла на улицу и встала с боку от двери, придерживая ее.

— Уверен, Хэнк будет рад, что молоденькая девушка потрет ему спинку, — сказал Дуайт, остановившись рядом со мной и смерив меня взглядом с головы до ног. Он имел наглость