Кто впустил зло в сердце свое… - Элла Яковец

— До утра Калинда тебя к своим пациентам все равно не подпустит, — руки Ван Дорна снова настойчиво меня подтолкнули. — Давай-давай, скандал без тебя не начнется!

— Выглядит так, словно ты забавляешься, — подозрительно прищурилась я.

— В каком-то смысле это так и есть, — честно ответил Ван Дорн. — Мне с самого начала идея этого двойного обучения казалась спорной. Было подозрение, что это во-первых ускорит процесс, а во-вторых сделает его неуправляемым. Так и получилось. Что ты на меня так удивленно смотришь?

— Вроде среди нас я темный маг… — задумчиво проговорила я.

— А наша семья уже не одну сотню лет на темных магов охотилась, — усмехнулся Ван Дорн. — Так что кое-что я в этом все-таки понимаю.

Я сдалась и перестала упираться. В конце концов, сидеть на холодном полу перед запертой дверью и упиваться жалостью к самой себе — не сильно лучше, чем предстоящая мне громкая разборка. В конце концов, максимум, что со мной могут сделать — это выгнать из Индевора с позором. Потратив кучу денег на другого наставника, который проведет обучение до конца. Кто-то неплохо заработает и запорет ребятам жизнь и карьеру, а кто-то снова окажется в той же точке, откуда все началось — на днище дна, в каком-нибудь грязном мотеле. Где я, кстати, тут же перестану быть мишенью для политических интриг моего отца. Спевшегося с отцом Ван Дорна.

Так что…

До кабинета ректора мы дошли молча. Издерка переглядываясь. Ван Дорн мне ободряюще подмигивал. На лестнице его рука даже игриво скользнула между моих бедер…

— А может ты все-таки меня не нашел? — прошептала я, когда мы подошли к двери кабинета ректора.

Глава 50

Громче всех из-за двери было слышно декана Лурье. Ее пронзительно-феечный голосок, кажется, даже магическая завеса бы не перекрыла, что уж говорить о какой-то там двери. Пусть и такой внушительной, как ректорская.

— Готова? — Ван Дорн подмигнул.

— Нет, но что это меняет? — пожала плечами я.

Когда я появилась на пороге, все моментально замолчали.

— Добрый вечер, — сказала я. Попыталась улыбнуться даже, но разбитая губа это мое желание не особенно поддержала.

— Проходите, мисс Бельфлер, — сухо сказал ректор. На стул не кивнул, что означало, что я должна остаться стоять. Ван Дорн прошел к своему месту.

— Я предупреждала, что все это добром не кончится! — нарушила напряженное молчание декан Лурье.

— Я обучаю темных магов, о каком еще добре вы говорите? — огрызнулась я.

— Одного! Только одного темного мага! — воскликнула Лурье и повернулась к декану. — Я же говорила, что сейчас она сделает невинное лицо, как будто так и надо!

— Может быть, мы дадим Тантре рассказать нам, что произошло? — дипломатично предложил декан Кроули.

— Можно подумать, вы и без ее слов не знаете, что произошло! — взвизгнула Лурье. — Несмотря на запрет она провела инициацию двоих студентов. И теперь у нас сразу два темных мага, вместо одного!

— Я сразу предлагала вам выбрать одного кандидата, — пожала плечами я.

— Она еще смеет огрызаться! — всплеснула руками Лурье. — Ты же пообещала ничего не устраивать!

Я промолчала. Не оправдываться же, что это не я. Тем более, что определенный мой недосмотр в этой ситуации явно был. Могла бы и предположить, что в подобной ситуации, когда концентрация нужных эмоций будет на пике, тьма может и вырваться из-под контроля. У меня, правда, не то, чтобы много опыта, но… И вообще могла бы и упереться тогда. И переложить ответственность выбора на деканов и ректора. И тогда не пришлось бы сейчас…

Я вынырнула из своих мыслей и поняла, что Лурье все это время продолжала говорить, обличать и кричать мне в лицо.

— Ваше мнение мы все услышали, декан Лурье, — раздался спокойный голос Ван Дорна. — Может быть все-таки вы позволите мисс Бельфлер вставить хоть слово?

— Да, мне тоже хотелось бы услышать мнение… гм… профессионала, — ректор Картер постучал пальцем по столу. — Итак, что произошло на балу, мисс Бельфлер.

— Спонтанная инициация, — сказала я. — Оба кандидата еще до обучения балансировали на грани, мое вмешательство лишь слегка подтолкнуло этот процесс.

— Какое отношение к произошедшему имела староста факультета Инферно? — спросил ректор.

— Случайно оказалась рядом, — сдержав смешок, ответила я. — Она не пострадала.

— Возможно ли как-то… обратить процесс вспять? — спросил ректор.

— Вы же знаете, что нет, — вздохнула я.

— Она специально все устроила, — снова влезла Лурье. — И сейчас хочет повернуть все так, будто это наша с вами вина!

— Замолчите, декан Лурье! — прикрикнул ректор. Он так редко повышал голос, что все даже вздрогнули.

— Ректор Картер,но вы не понимаете… — голос Лурье задрожал. — Это немыслимо! Я с самого начала считала это очень плохой идеей!

— Это не вам решать! — ректор привстал. — Мы обязаны обучать темных магов, и вы отлично это знаете!

— Я вовсе не это имела в виду! — вспыхнула Лурье. — Я говорила, что нельзя отдавать обучение этой… этой…

— Декан Лурье, вы хотите завершить обучение мистера Арьяды и мистера Лагезы? — спросил Ван Дорн, почти спрятав ироничную улыбку.

— Декан Ван Дорн! — возмущенно воскликнула Лурье.

— Продолжайте, мисс Бельфлер! — холодно прервал перепалку ректор. — Что вы планируете делать дальше?

— Все, что полагается по протоколу, — сказала я. — На втором этапе они будут осваиваться со своей новой стихией, а на третьем — учиться контролировать ее и исправлять все, что натворят во втором.

— В каком смысле — исправлять? — спросил ректор.

— Вы же знаете, — хмыкнула я.

— Хочу услышать от вас, — сказал ректор.

— Второй этап подразумевает, что они дадут своей тьме волю и будут применять ее, — сказала я. — А на третьем им нужно будет заслужить прощение у всех тех, кому достанется.

— Но вы способны удержать этот процесс под контролем? — спросил он. — Чтобы никто не пострадал?

— Вы меня плохо слышали? — зло отозвалась я. — На втором этапе ОБЯЗАТЕЛЬНО кто-то пострадает. Тьма не тренируется в лабораторных условиях. Только с настоящими эмоциями. Парни будут мстить и