Холодные голоса - Татьяна Волчяк

— Спасибо, — сказала я. — Спасибо за то, что помогаете. Не знаю, для чего вам это, но все равно спасибо.

Арк кивнул, не вымолвив ни слова, и продолжил смотреть в пространство. Я поерзала на сиденье, поправила юбку, отряхнула несуществующую пылинку с манжеты и сложила руки на коленях. На левом среднем пальце откололся уголок ногтя, а под ногтем правого мизинца грязь. Заусеницы и обветренная кожа. Матушка права, маникюр моим рукам не помешал бы.

— Графиня приехала, чтобы познакомить меня с женихом, — вдруг сказала я, рассматривая ногти. — Да уж, знакомство вышло… — хмыкнула и замолчала.

«Зачем я это говорю? Просто чтобы что-то сказать или чтобы оправдать внезапное появление матушки?» Раньше я и не задумывалась, вернее, отгоняла от себя мысли о собственной семье. Считала, что она мне недоступна. Вечера с мужем, тишина и покой, умиротворение и уют в доме, любовь… Но кто полюбит затворницу, которая только и делает, что прячется в комнате с белыми стенами? Которая ждет ночи как кары богов. Я и мечтать не смела о чувствах.

— Моя младшая сестра хочет замуж. Да и жених имеется, маркиз Сейторский.

Арк взглянул на меня и снова отвернулся.

— Вы знаете, как щепетильно относится высшее общество к правилам и обычаям. Моя матушка не исключение. Младшая сестра не может выйти замуж раньше старшей. Поэтому наши родители приняли решение отправить меня под венец, даже кандидатов нашли, — грустно улыбнулась я, снова опуская взгляд на свои руки. — Я на самом деле не против создать семью, но это будет неправильно. Нельзя начинать семейную жизнь со лжи. Мужчине жена с такими, как у меня, проблемами не нужна. Поэтому я уговорила отца отослать меня в академию, дать мне отсрочку на год обучения. При этом пообещала, что, когда вернусь, выйду замуж за того, кого они выберут для меня. — Здесь я замолчала и задумалась.

Если все же удастся разобраться с даром, моя жизнь может стать весьма неплохой. Оррис, возможно, будет прекрасным мужем, ну а чувства к нему придут со временем. «Необходимо верить в лучшее, ведь правда?» — сама себе задавала я вопрос.

Карета уверенно ехала по дороге, не останавливаясь ни на минуту. Стук копыт сливался со свистом поднявшегося ветра. Я отодвинула шторку. Воздушный поток нес пожухлые листья, ударяя ими в окно экипажа. Мы давно выехали за пределы столицы и теперь двигались через перевал. Мне открылся пугающий, но завораживающий вид. На расстоянии в несколько шагов от колес кареты начинался крутой обрыв. Далеко внизу, разбиваясь о скалы, бурлили волны Белого моря. Глыбы кораллов то появлялись, то скрывались под толщей разбушевавшейся воды. Дорога впереди извивалась и уходила далеко за горизонт. Восхитительный, эпичный, потрясающий воображение вид вселял трепет.

В салоне кареты не чувствовались порывы ветра, только слышался его шум, но это так точно описывало мое состояние. За внешним спокойствием ревел шквальный ураган, разбрасывал мысли в стороны, пе́ня волны тревоги и отчаяния. Разум и душа словно боролись за счастье, испытывали друг друга, кто сильнее, кто упрямее, кто доберется до цели, кто не сдастся.

— Я думала, что схожу с ума, — проговорила я вслух.

От моего дыхания стекло запотело, и я провела по нему рукой. Ветер пригнал тяжелые тучи, но те не спешили проливать свои слезы.

— Иногда мне казалась, что следующее слово или мольба в моей голове станут последними. Я просто не выдержу, голова лопнет от шума или захлестывающих меня чужих эмоций. Просто перестану дышать. В такие моменты я просила Всекарающего, чтобы он забрал меня и избавил от мучений, но, видимо, я недостойна легкой смерти. Даже начала разговаривать с деревом, — улыбнулась я грустно. — За оградой нашего особняка растет высокий дуб, в его кроне угадывается силуэт человека. Молчаливый друг, так я называю его. Он знает обо мне все. — Я притихла.

Вспомнила вечера у окна в своей белой комнате и разговоры, по сути, с самой собой, откровения выдуманному другу за оградой, который всегда готов был выслушать и понять.

Карета двигалась. Мы с профессором молчали. Я не ждала от него открытости, искренности и сочувствия. Точно нет. Наверно, просто захотелось выговориться. Столько лет бороться в полном одиночестве тяжело…

— Я вас видел, — тихо произнес некромант.

Не понимая, о чем он, я посмотрела на него.

— Вы спрашивали, почему я помогаю вам. Помимо того, что это одна из задач академии — выявлять дары, я с вами уже знаком, точнее, видел вас во дворце.

— Во дворце? В королевском? — Я подумала, что неверно расслышала его.

— Вы с отцом приходили на аудиенцию к королю. На вас было пышное голубое платье и две заколки в волосах. Вы держались за отцовскую руку и рассматривали зал с колоннами. Я слышал, как граф сказал вам, чтобы вы спрятали мячик, который держали в руке, но вы ответили: «Зачем его прятать, если он мой?» — Арк улыбнулся.

Надо же. В королевском дворце я была однажды, отец говорил, но совершенно ничего не помнила об этом. Мне было около пяти. Смутные картинки и ощущение большого пространства зала, вот и все воспоминания.

— Вы там работали? Нет! Скорее всего, жили? — Я смутилась.

Профессор определенно был старше меня, но не настолько, чтобы в то время уже работать. Если мне тогда было пять, то ему около пятнадцати. Не думаю, что в пятнадцать его приняли служить во дворце некромантом. Похоже, он сын кого-то из прислуги. Хотя матушка бы так не раскланивалась перед простолюдином. Я запуталась.

— Можно и так сказать, — увильнул он от ответа, наверно, все же стыдясь своего происхождения. — Мне было семнадцать, я проходил мимо и заметил вас с отцом, а после вы быстро скрылись в зале для приемов.

— Извините, я вас не помню, — честно призналась я.

— Это неудивительно, вы были совсем ребенком, Анна-Лея.

Арк снова отвернулся к окну. Замолчал. А я попросила, не подумав:

— Скажите, откуда у вас шрамы, — вспомнив, каким образом я их увидела, невольно покраснела. — Шрамы на теле…

Прошло несколько долгих секунд, прежде чем Арк ответил:

— Мне было тринадцать, когда у меня появился дар некромантии. Многие предполагали, что именно его я унаследую от предков, и были готовы к нему. Меня обучали основам задолго до его проявления. — Профессор сел удобнее, провел ладонью по лицу и взглянул на меня. — Но никто не ожидал, что он окажется настолько… настолько неординарным. Что вы знаете о некромантах, Анна-Лея?

— Наверно, то же, что и многие. Вы можете поднимать тела умерших, управлять ими. У всех разная степень силы. В легендах