Мой бывший истинный дракон - Александра Мауль

Выпрямился и, сделав глубокий вдох, опустил на меня свой взгляд как раз в тот момент, когда его сила медленно растеклась по его телу с голубоватым свечением, наполняя каждую клеточку, а глаза стали насыщенного синего цвета, а затем зрачок расширился так, что заполнил собой радужку.

— Спасибо, за то, что сохранила мою силу от гнусного предателя, Велисандра. Если бы знала, как долго я ждал кого-то вроде тебя и как долго я ждал этого момента. — выдыхает он и улыбается. — Моя месть, наконец, свершится.

А дальше, я помню лишь бессвязные обрывки, где Рейн сражается с огромным пепельным игисом, когда бросается на него, хватает зубами то тут, то там, они разносят столовую, вываливаются на улицу. И Рейн, наконец, обращается в дракона.

Но их силы не равны из-за магии Изольдера и в новой вспышке воспоминаний я кричу от ужаса, когда он наносит один за другим удары своей магией моему дракону, и тот падает камнем с высоты, обращаясь в человека.

Я обхватываю голову руками и чувствую как жгут глаза от слёз.

— Велисандра, — зовёт меня отец, и я открываю глаза. Смотрю на отца, вспоминая, как Изольдер победил Рейна.

Рейн был жив, хоть и сильно ранен, по крайней мере, мне казалось, что он всё ещё дышал, когда я бросилась к нему и в панике пыталась закрывать руками его раны на шее и груди, чтобы остановить кровь. Помню его бледное лицо, перед тем, как приложила руки к его груди и, закрыв глаза, попыталась отдать все свои силы, чтобы излечить.

Но Изольдер оторвал меня от него и силой отбросил в сторону. Я почувствовала сильную боль от удара и потеряла сознание.

— Всё хорошо? — спрашивает отец. Теперь понимаю, почему я во дворце. Я здесь, потому что меня притащил с собой Изольдер. Оставив тяжело раненого Рейна.

— Где мой сын? — спрашиваю я и меня начинает трясти, — Где Айгон, отец? Что будет с нами теперь?

— Всё будет хорошо, я же сказал. У меня был договор с Иваниром, и он остался в силе, даже после того, как он провинился перед Изольдером. Ты важна для ведьмака и по-прежнему нужна ему, как и твой дракон.

— Что ещё за договор? — спрашиваю я и чувствую, как меня начинает трясти. Да, отец не солгал и моя сила со мной. Закипает внутри и горячим огнём разливается по телу.

— Я вижу, что ты не в порядке и не жду, что ты сразу меня поймёшь, но мы с ведьмаком на одной стороне. Драконы слишком долго правили. Пришло время сбросить с них спесь, и ведьмак, ведомый жаждой мести, как никто лучше справился с этим.

— Что за договор с Иваниром, отец? — спрашиваю я и начинаю раздражаться, когда он слишком долго молчит — Ты…

— Да, Велси, я сам отдал Иваниру Айгона, — сообщает отец, и волна неконтролируемой ярости накрывает меня с головой.

Я не она

Ярость внутри меня клокочет, что и вдох невозможно сделать.

Как он мог так поступить?

Я оставила с ним самое дорогое, что у меня есть, а он просто отдал его Иваниру. Позволил использовать моего мальчика.

Сжимаю руки в кулаки и чувствую, как сила обжигающей волной прокатывается по телу.

— Не надо, Велисандра, — останавливаюсь, когда слышу в комнате голос Изольдера и оборачиваюсь. Он стоит в дверях сложив руки на груди и смотрит в упор. — Твой отец не выдержит такой силы, ты можешь причинить ему серьёзный вред. Я знаю, что ты очень расстроена и в тебе кипят сильные эмоции, но ты можешь пожалеть об этом.

Шумно выдыхаю и опускаю глаза на воротник его рубашки, потому что тяжёлый взгляд, которым он осматривает очень сложно вынести. Сейчас Изольдер выглядит совсем иначе. На нём светлая рубашка, широкие штаны и тот самый медальон, который привлекает моё внимание.

— Ты не можешь на него сердится. — заступается он за моего отца и опускает руки вдоль тела, а затем проходит вперёд и становится напротив меня — Уверен, Иванир не оставил ему выбора. Но твой малыш в порядке и рядом с тобой. И вы оба в безопасности. — поворачивается к моему отцу, — оставишь нас наедине, мы немного поговорим.

— Я ещё не видела своего сына, — сердито произношу и делаю шаг назад, чтобы быть подальше от ведьмака

— Поверь мне, он здесь и ты непременно его увидишь, — говорит он, его голос такой мягкий, словно обволакивает тёплой волной, что я вздрагиваю и дёргаю плечами, чтобы сбросить с себя это ощущение.

— Ну, так что? — снова смотрит на моего отца, — мы можем поговорить наедине?

— Велисандра только очнулась, ей необходимо прийти в себя. Я собирался..

Изольдер поднимает руку вверх, и отец замолкает, а затем сжимает губы в тонкую линию и смотрит на меня. Ждёт моего решения, а затем покидает нас, как только я киваю.

— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает Изольдер и проходит к окну. Становится ко мне спиной в ожидании моего ответа.

— Что ты со мной сделал? Как получилось, что во мне оказалась твоя сила, когда она должна быть заперта в кинжале?

Изольдер хмыкает и разворачивается ко мне. Ещё раз отмечаю про себя, что мне совсем не нравится то, как он на меня смотрит.

— Так получилось, что когда ты коснулась кинжала, моя сила наполнила тебя. Оставалось только дождаться нашей встречи. И ты меня не разочаровала — хотелось бы больше подробностей, но он ничего не говорит, а медленно проходит вперёд и становится напротив меня. Отстраняюсь, когда он протягивает руку, чтобы коснуться — Такая сильная, красивая и смелая..

— Не надо меня трогать, — произношу отдельно каждое слово. Изольдер меня пугает — Я бы хотела увидеть сына.

— И Рейна, я так полагаю. — добавляет он и кривится, будто ему неприятно, что я волнуюсь о своём истинном. Ничего ему не отвечаю, и он продолжает:

— Рейна больше нет, и если он всё же выжил после своих ранений, то если появится здесь, будет повержен, как и все драконы, что сейчас у власти. Ни один из тех, кто связан родством с Эльварионом, не останется в живых, мне очень жаль, что твой истинный один из них. Хотя… нет, не жаль.

— И что ты собираешься делать? Просто уничтожишь всех драконов?

— Ну почему же, те, кто примет меня, останутся жить.