Дерзкий Уайлдер - Ребекка Яррос

Я и хотела бы возразить, но, черт возьми… он был прав.

— Все в тебе жутко меня пугает, — честно сказала я.

Пакстон взял в ладони мое лицо.

— Когда ты поймешь, что настоящая жизнь начинается именно там? На самом краю этого страха.

Я отвернулась, не в силах выдержать его взгляд. Еще секунда — и я просто рассыплюсь на части. Мой взгляд случайно упал на часы у меня на запястье, и я тихо ахнула:

— О боже, Пакстон! Мы должны были вернуться в автобус еще десять минут назад.

Он резко выпрямился.

— Они нас не бросят. Пойдем.

Мы поспешили обратно, но все проходы между прилавками выглядели одинаково. Арки выглядели одинаково, и крыша тоже. Когда мы вышли на людную главную аллею, Пакстон схватил меня за руку.

— Не отходи от меня ни на шаг.

— Хорошо, — ответила я.

Его улыбка не помогла мне справиться со страхом, но Пакстон был со мной… а значит, все будет хорошо, да?

— Выход вон там, — сказал он, и мы помчались к проходу под аркой. Слава богу.

Яркий солнечный свет резанул по глазам, я моргнула и поспешила надеть солнцезащитные очки.

— Погоди, — сказала я, оглядевшись по сторонам. — Мы входили не здесь.

— Но это же выход, — сказал Пакстон.

Я посмотрела на надпись на арке.

— Это четвертые ворота. А мы вошли через девятые.

Он тихо выругался себе под нос.

— Тут планировка как колесо со спицами. Нам нужно просто пройти по ободу «колеса» до девятого выхода. — Он снова схватил меня за руку и потянул обратно к рынку. Благо вдоль внешней стены шла дорожка, и мы побежали по ней, рассматривая номера на воротах, проносившихся мимо.

— Девятый! — крикнула я, но мое сердце сжалось, а потом бешено заколотилось. — Они уехали без нас.

Пакстон взглянул на часы.

— Мы опоздали на полчаса. Черт! И мобильник остался в автобусе.

Я тоже посмотрела на часы.

— Пакс, уже половина пятого.

Он кивнул, словно принял решение.

— Ладно, ловим такси и едем в порт.

Он еще крепче сжал мою руку, и мы побежали на улицу, пробиваясь сквозь толпу. Минут пять Пакстон безуспешно пытался поймать такси и в конце концов выскочил на проезжую часть.

Такси остановилось прямо перед ним, только чудом его не задавив.

Я так боялась опоздать на корабль, что не стала отчитывать Пакстона, а просто села на заднее сиденье рядом с ним. Еще пять минут он потратил, чтобы объяснить таксисту, куда мы едем. Мы влились в плотный поток машин, и меня швырнуло вперед, когда водитель резко затормозил.

Пакстон склонился надо мной и пристегнул ремень безопасности, который выглядел так, будто его установили еще в эпоху диско. Мы намертво встали в пробку, и меня бросило в холодный пот.

— Мы не успеем, — сказала я, взглянув на часы. — Они уплывут без нас.

16:55.

— Лучше не надо, — пробормотал Пакстон. Посмотрел на меня, тихо вздохнул, обнял меня за плечи и поцеловал в висок. — Ни о чем не волнуйся. Я о тебе позабочусь.

Я усмехнулась:

— А кто позаботится о тебе?

Он рассмеялся.

— Вот и он, мой Огонек.

Мы остановились на каком-то мосту, я посмотрела в окно и потеряла всякую надежду.

— Пакс?

— Да?

— Они уплыли без нас.

— Откуда такая уверенность? — прошептал он мне в волосы.

Я указала на окно.

— Вот наш корабль.

Пакстон уставился на огромный белый круизный лайнер с надписью «АФИНА» на борту, который как раз отходил от причала в стамбульском порту.

— Твою мать!

Глава 14. Пакстон

Стамбул

— И что теперь делать? — спросила Лия звенящим от паники голосом.

Мысли неслись у меня в голове бешеным вихрем. Вряд ли мы сможем посадить вертолет на корабль… или все-таки сможем?

— О чем бы ты сейчас ни думал, старайся держаться ближе к реальности, — сказала Лия. — Мы не поедем верхом на дельфинах и не используем реактивные ранцы…

Я накрыл ее губы своими, заставив Лию замолчать единственным действенным способом — единственным способом, который меня привлекал. Я целовал ее самозабвенно, пока мне хватало дыхания, полностью растворяясь в своих ощущениях от того, как она реагировала на движения моего языка, на мои легкие прикосновения зубами к ее нижней губе. Я целовал ее так, чтобы наш поцелуй стал пластырем на ране, которую мы разбередили на рынке.

Такси дернулось вперед, сдвинувшись вместе с потоком машин, и только тогда я оторвался от ее губ.

— Все будет хорошо, — сказал я. — Что бы ни происходило, у нас все будет хорошо. Поверь мне, Огонек. — Я имел в виду не только опоздание на корабль, и, судя по Лииной робкой улыбке, она все поняла.

— Ладно, — сказала она.

Ни одно слово не значило для меня так много, как это «ладно».

Я еще крепче прижал Лию к себе и наклонился к таксисту.

— Тут можно где-нибудь развернуться?

— Куда теперь? — спросил он.

Нам нужен был отель на ночь, причем отель безопасный на сто процентов, иначе я просто не повезу туда Лию.

— В «Ритц-Карлтон», — ответил я.

— Пакс, у меня нет таких денег, — прошептала Лия.

— Значит, нам повезло, что они есть у меня, — сказал я и приподнял ее подбородок, чтобы заглянуть ей в глаза. — Деньги — ничто. Разреши мне о тебе позаботиться.

Она кивнула, и я поцеловал ее в нахмуренный лоб.

* * *

Уже через час мы заселились в отель «Ритц-Карлтон», и я тихо порадовался, что взял с собой кредитку. Мы заказали еду в номер, немного поели, более-менее успокоились и вновь обрели способность рассуждать здраво.

— Ладно, давай посмотрим, что у нас есть, — сказала Лия, выкладывая на журнальный столик содержимое своего дорожного кошелька. — Наши паспорта у меня…

— Погоди. Ты взяла паспорта? — Я взял свой и открыл на странице с фотографией, где я улыбался слегка глуповатой натужной улыбкой. — Зачем?

— В Турции все иностранцы должны носить с собой паспорт. Зная тебя, я боялась, что ты прыгнешь в реку или заберешься куда-нибудь, куда нельзя, поэтому попросила Хьюго дать мне твой паспорт перед тем, как мы сошли на берег. И правильно сделала. Кстати, а что за второе имя — Искандер?

— Это греческое имя, — ответил я. — Ты что, шпионила за мной, Огонек?

Ее щеки залились румянцем.

— Все справедливо. У тебя же наверняка собрано на меня целое досье.

— На самом деле не у меня, а у Пенни, — честно признался я и выложил на столик все содержимое моих карманов. — И она ничего мне не рассказывает.

Лия вздохнула