Встреча с судьбой - Кресли Коул

– Послушай, Бауэн, уж не флиртуешь ли ты со мной?

И погладила его с любопытством, не оглядываясь. Ощутив живую реакцию, отняла руку и беспечно продолжила путь.

– Наверное, у меня это не очень хор-р-рошо получается, – отозвался он хрипло, – раз ты в этом не уверена. – И добавил сухим тоном: – Может, мне нужно действовать откровеннее?

Мари невольно хмыкнула, но сделала вид, что закашлялась. По идее она должна его очаровывать, но перед его обаянием и умением рассмешить никак нельзя было устоять.

Неужели она такая слабая, что каких-нибудь два оргазма и непреодолимое влечение к нему способно заставить ее забыть их прошлое? Мысленно ответив себе, она подумала: «Тогда зачем с этим бороться?» Мари вообще предпочитала не воевать, тем более тогда, когда не было надежды на победу.

– Покажи мне свою роскошную грудь, – прошептал он ей в самое ухо.

– Ты только что видел ее! – воскликнула она с досадой, хотя втайне гордилась, что он по достоинству оценил ее прелести.

– Если бы я мог тебе приказывать, малышка, ты бы больше никогда не носила топы.

Боясь расплыться в улыбке, Мари кусала губы и, чтобы он ничего не заметил, ускорила шаги.

– Думай лучше, как вывести меня из джунглей целой и невредимой.

– Только не забудь напомнить мне, за что я буду рисковать своей жизнью.

Он такой… хищный, соблазнительный. Мари отнеслась к этому как к игре. И даже подумала, что сейчас он может схватить ее сзади и начать покусывать мочки ее ушей, от чего, вероятно, она пришла бы в восторг.

Выждав какое-то время, чтобы он немного остыл и решил, что она пропустила его просьбу мимо ушей, Мари повернулась к нему, подняв вверх брови, топ и лифчик. Ослепленный, Макрив споткнулся и, схватившись за сердце, упал на колени. Мари мгновенно одернула одежду и, отвернувшись, с глупой улыбкой зашагала дальше, как ни в чем не бывало.

Но Макрив нагнал ее.

– Хор-р-рошая девочка, – прошелестел его голос. – Дай потрогать. – Она оттолкнула его. – Шалунья.

– Искусительница, – уточнила она.

– Вот именно. Всего десять минут назад я чуть не умер от оргазма, а ты опять возбудила меня сильнее, чем моя первая подружка-доярка.

Она обернулась, задрав подбородок. – Хм. Хочешь, чтобы я надела корсет и склонилась над ведром?

Макрив раскрыл рот.

– Если только ты хочешь видеть, как мужчина без остановки извергает сперму.

Она скользнула взглядом по набухшей ширинке.

– Похоже на назначение свидания. Он подскочил к ней со стоном.

– Еще секунда, и я уволоку тебя в лес, чтобы припечатать к первому же валуну.

– Ха! – Ищи тогда камешек вот такой высоты, – похлопала она себя по бедру.

– Я просто балдею! Не помню, когда в последний раз мне было так… – Он замолчал, будто совсем не мог выразить словами свои чувства.

– Здорово? – подсказала она.

– Да, здорово. Мне кажется, я подобрал к тебе ключик.

– И что это?

– Чтобы девушка начала улыбаться, ее нужно просто… удовлетворить. Мне это нравится, киска.

– Послушай, Макрив, если будешь называть меня «киской», я тоже придумаю для тебя что-нибудь этакое. Например, «гончий пес».

Он расплылся в улыбке и вдруг спросил:

– А что ты слышала из моего разговора с Ридстромом?

Мари схватилась за грудь.

– Ч-что-о?

– Брось. Я знаю, что ты подслушивала нас, ведьма. Так что ты слышала?

– Что ты назвал меня «сексуальной», даже «самой сексуальной».

– Не стану отпираться, – сказал он, вызывая у нее желание возгордиться. – А ты? Твое влечение ко мне сильнее, чем к твоему дружку-демону?

– Даже если бы меня влекло к тебе сильнее, неужели я призналась бы в этом и дала пищу твоему «эго»?

– Как же он отпустил тебя?

– А тебе не все равно? – спросила она, чувствуя еще большее расположение к Макриву. – Думаешь, он страдал?

Макрив состроил гримасу, будто посчитал ее вопрос нелепым. И Мари второй раз подумала: «Я могла бы влюбиться в этого мужчину по уши. И, похоже, такая перспектива мне нравится».

– Как долго ты с ним встречалась?

– Почти семь лет, – пожала она плечами.

– Треть жизни! – пророкотал он. – Боже, мне это совсем не нравится. Ты… любила его?

– Да, – ответила она честно.

– А сейчас? – спросил он упавшим голосом.

– Наверное, какая-то часть моего сердца всегда будет принадлежать ему, – бросила она через плечо.

Когда поняла, что Макрив остановился, обернулась. Его губы были плотно сжаты, радужки глаз снова стали льдисто-голубыми, а когти удлинились и почернели. Она впервые наблюдала столь яркое проявление его звериной природы.

В который раз Мари получила напоминание о том, что имеет дело созрелым оборотнем. С оборотнем, считавшим ее своей подругой, по которой тосковал столетия. Она играла с огнем. Никаких больше шуток, никаких игр с изголодавшимся по сексу вервулфом.

– Забудь о том, что я сказала…

Он прижал ее к дереву, где никто не мог их увидеть.

– Я хочу вонзить когти в горло этого демона и вырвать его хребет.

– Послушай, Макрив…

Обняв ладонью ее голову, он нагнулся к ее уху.

– Сегодня ночью, Маар-р-рикета, я сделаю тебя своей, – сказал он хрипло с ярким шотландским акцентом, будто его голосовые связки тоже подверглись изменению. – Может, этот другой и владеет частицей твоего сердца, но я буду безраздельно владеть твоим телом. – Второй рукой он пробежал вниз по ее шее до грудей и помял каждую по очереди. Соски под его горячей грубой ладонью тут же запульсировали. – И запомни мои слова. После этого, Марикета, ты уже не вспомнишь ни о ком другом.

Неистовство… Глядя на него снизу вверх, она чувствовала себя такой маленькой и беззащитной, сознавая, что должна трепетать от страха. Но вместо этого вновь испытала возбуждение – от его низкого голоса, от ласкающей руки, от мысли, что он будет владеть ею – грубо и долго.

– После этой ночи ты будешь мечтать о моих прикосновениях и поцелуях. И в момент горячки каждый дюйм твоего тела признает меня своим владыкой.

Мари судорожно вздохнула. Эти слова, его самонадеянность поражали ее и возбуждали.

– И поверь, ведьма, так и будет.