Сделка с судьбой - Энн Элизабет Кри

— Не беспокойся. Мы не собираемся похищать Розалин, — успокоила его Каролина. — Ей тоже надо отдохнуть.

Майкл посмотрел на Розалин с такой тревогой, словно боялся, что она может исчезнуть.

Она одарила его ободряющей улыбкой, и дамы проводили ее в спальню.

— Вам еще что-нибудь нужно, миледи? Надеюсь, комната вам нравится? — спросила экономка, бросив на Розалин озабоченный взгляд. Розалин вздрогнула, осознав, что не проронила ни слова с тех пор, как вошла в спальню.

— Да, она чудесная, спасибо.

Уже днем ее вещи перенесли из гостевой комнаты в эту спальню, смежную со спальней Майкла. Комната была убрана в розовых, кремовых и золотых тонах и действительно была великолепной. Когда экономка ушла, Розалин села на кровать под розовым балдахином. Теперь это ее комната, со странным чувством подумала Розалин.

Энни помогла ей принять ванну и надеть новую ночную рубашку и шелковый халат.

— Как красиво, — сказала горничная, погладив тонкий батист рубашки. В ответ на удивленный взгляд Розалин она добавила: — Это леди Карлин прислала. Она сказала, что вы должны се надеть сегодня вечером.

— Хорошо. — Господи, зачем бабушка сделала ей такой интимный подарок? Впрочем… она знала зачем.

Энни ушла, и комната как-то сразу опустела. Только тиканье часов нарушало тишину. Что же ей делать? Еще никогда Розалин не чувствовала себя такой одинокой.

Майкл, видимо, избегает ее. А может, ему плохо? Она должна его увидеть и поговорить с ним!

Жаль только, что на ней этот роскошный халат, а не простое, с высоким воротом платье. Если она явится в его спальню в таком наряде, он может подумать, что она хочет его соблазнить. Ничего более унизительного и представить себе невозможно.

Порывшись в шкафу, Розалин нашла большую кашемировую шаль и накинула ее поверх халата. Она открыла дверь и почти столкнулась с Майклом.

— Не пугайтесь, это я. Что случилось, моя дорогая?

— Простите. Я не ожидала увидеть вас здесь. — Она стала отступать, нервно кутаясь в шаль. Он закрыл за собой дверь и прислонился к ней спиной.

— Вы случайно не ко мне шли?

На нем был темно-красный шелковый халат. Золотистые блики от свечей играли в его темных волосах. Тень падала на лицо, и Розалин не видела его выражения.

У нее дрожали колени, но она постаралась говорить ровным голосом.

— Мне надо с вами потолковать. Но можно отложить наш разговор до завтра. Мы оба устали.

Майкл приблизился к ней и взял за руку.

— Сядьте. Я считаю, что нам нельзя ничего откладывать. Мы поговорим сейчас. — Он усадил ее рядом с собой на край постели, и Розалин судорожно зажала шаль у самого горла. — Незачем так пугаться, Розалин. Скажите, что вас тревожит?

— Я не понимаю, как все это произошло. Мы не должны были соглашаться.

— Неужели вы не поняли? Это же очевидно. Мой отец решил, что мы должны пожениться. И вот мы женаты. Я лишь надеюсь, что он вас не запугивал.

— Да нет! — рассмеялась она. — Мне все растолковала тетя Маргарет. Она посчитала дело решенным, а я не нашлась, что возразить.

— Одолеть эту парочку у нас было мало шансов, — согласился Майкл. — Им, конечно, можно было помешать, но потребовалось бы время. А в нашем случае времени не было… Да мне, откровенно говоря, и не хотелось им мешать.

Он нежно гладил ее руку, и это очень ее отвлекало. Сделав над собой усилие, она попыталась вернуться к теме разговора.

— Но вы же не хотели жениться. Вам нужна была наша помолвка как раз для того, чтобы избежать женитьбы.

— Да, и я попался в собственную ловушку. — Майкл придвинулся ближе. — Но думаю, мне это даже нравится, поскольку моя жена — вы. — Медленным движением он стянул шаль с ее плеч. — Зачем вам это? Если вы замерзли, есть другие способы согреться. — На самом деле ей вовсе не было холодно. Наоборот, она вся горела. Он погладил ее по щеке, отчего ее будто ударило током. — Неужели это такая уж страшная судьба — быть моей женой, Розалин? Я очень серьезно отношусь к обетам. И намерен любить и почитать вас, оставаясь верным до конца своих дней.

— Так вы хотели жениться на мне? — еле слышно прошептала она.

— Да, больше, чем чего бы то ни было. И давно. Возможно, с самого начала.

— Майкл, я…

Наклонившись, он нежно коснулся ее губ.

— Я знаю, что у вас есть сомнения относительно брака. Клянусь, я не оставлю вас. Вы этого боитесь? Я намерен жить очень долго. И никогда не покину вас. Вы никогда не будете одиноки или предоставлены самой себе. Вы моя жена, и вы — часть меня самого, так же, как я хотел бы быть частью вас.

Глаза Розалин наполнились слезами.

— О, Майкл!

— Я люблю тебя. — Он стянул с ее плеч халат. — Как ты думаешь, ты сможешь хотя бы немного меня полюбить?

— О да!..

Каким-то образом она очутилась на подушках, а Майкл вытянулся рядом с ней. Он был без халата, и она увидела густые волосы на груди. Он притянул ее к себе и стал целовать с каким-то жадным отчаянием.

Зажмурившись, Розалин робко гладила его грудь. О Боже, она чуть не забыла, что он еще очень слаб!

— Майкл! Я… что ты делаешь?

Опершись на здоровую руку, чтобы смотреть ей в глаза, он сказал с той неотразимой улыбкой, которая всегда приводила се в трепет:

— Как что? Обольщаю тебя, радость моя. Ты ведь помнишь, мы женаты. Я должен выполнить кое-какие супружеские обязанности, чтобы сделать тебя счастливой. Я решил начать прямо сейчас. В чем дело? Я слишком тороплюсь? Обещаю быть нежным и не делать тебе больно.

— Не в этом дело. Это я могу сделать тебе больно. Ты еще не поправился. Твоя тетя велела мне следить, чтобы ты не перенапрягался.

Его прикосновения действовали на нее пьяняще. Но она не должна допустить…

— Тетка просила проследить, чтобы я оставался в постели как можно дольше, так ведь? Тебе удобнее это делать, находясь рядом.

— Но твоя рана! Я не хочу, чтобы тебе стало хуже.

Розалин нежно прикоснулась к его щеке, но Майкл схватил ее руку и прижал к губам. Глаза его потемнели от желания.

— Ты сделаешь мне больно, если откажешь, любовь моя! Я хочу быть с тобой сегодня ночью и заниматься любовью. Хочу, чтобы ты стала моей. Скажи, что тоже хочешь этого. Скажи, что любишь меня так же сильно, как я тебя.

У нее из груди вырвался звук, похожий то ли на стон, то ли на смех.

— Я люблю тебя, Майкл.

И тогда Стэмфорд неистово завладел ее губами, лаская рукой груди, покрытые тонкой тканью рубашки. Розалин было запротестовала, но он только властно стянул с нее рубашку, и между ними больше не осталось преград.