Ядовитый соблазн - Леди Эм

– Да, – улыбнулась Эмилия, – я не желаю пирог с яблоками. Будьте так добры испечь для пленницы булочек со смородиной.

Эмилия покинула кухню и прошлась до лестницы обычным шагом, а затем вернулась обратно на цыпочках, прислушиваясь к разговору слуг.

– Пленница!.. Я бы не отказалась от такого плена, – бурчала под нос кухарка, – жить в комнате, обставленной по-королевски, каждый день выбирать себе тряпки по настроению, блюда ежеминутно новые заказывать…

– Ты бывала в покоях у самой королевы? – поинтересовалась Хелен.

– Нет, но…

– Значит, прекращай трепаться и берись за работу, – резко оборвала кухарку Хелен.

– Так уже почти всё готово… И тесто, и яблоки для начинки. Что, теперь всё переделывать? – возмутилась кухарка.

– Переделывай, – невозмутимо подтвердила Хелен, – если хозяин узнает, что его пташка сидела голодной, потому что ты не захотела исполнить её пожелания, три шкуры с тебя спустит.

– Хорошо, – буркнула кухарка.

– Яблочный пирог тоже испеки, съедим его за вечерним чаем.

– Вот это другое дело, – повеселела кухарка.

И больше ничего интересного Эмилии не удалось услышать – дальше разговор протекал в русле обыкновенного трёпа двух приятельниц. Значит, хозяин печется о своей пленнице, чтобы милая игрушка не померла от голода. Лучше бы позаботился о том, чтобы ей не приходилось скучать, с досадой подумала Эмилия. Слоняться в одиночестве целыми днями было невероятно тоскливо. Слуги отвечали кратко, односложно и исключительно по делу. Либо они были беззаветно преданы своему хозяину, либо боялись ослушаться его приказа. И вредный язвительный голосок настойчиво убеждал в правильности второго предположения, не желая даже думать о том, что кто-то мог быть искренне расположен к Максимилиану.

Больше всего Эмилии не хватало музыки. Она и подумать не могла, что будет страдать от отсутствия её. Сейчас она бы с удовольствием послушала и бы незатейливое треньканье музыкальной шкатулки, расколоченной ею вдребезги. Эмилия подавила протяжный вздох: только лишаясь чего-то несущественного, понимаешь истинное его значение. Если бы где-нибудь стояло фортепиано… Эмилия усмехнулась, представляя, как она, капризно топнув, требует желаемого, а хозяин замка в ответ предлагает ещё какую-нибудь гадкую сделку или выторговывает для себя её внимание. Оставалось только одно спасение от скуки – книги.

Максимилиан хоть и требовал, чтобы все книги стояли на своих прежних местах, сам относился к печатным изданиям более чем фривольно. На страницах некоторых из книг тут и там на полях виднелись острые закорючки: краткие заметки, состоящие из пары слов, или просто выделение цитат, показавшихся ему интересными. Тем удивительнее было замечать, что на некоторые из них она и сама бы обратила внимание, но другие казались ей сплошным вздором. И она бы с удовольствием перечеркнула бы его закорючки, припечатав сверху своё мнение, словно клеймо.

К концу третьего дня Эмилия едва не лезла на стены от скуки. И когда в одном из окон, выходящих во двор, увидела въезжающий экипаж, испытала какое-то странное чувство. То ли радость, то ли отравленное язвительностью предвкушение от грядущей встречи. Максимилиан не заставил себя долго ждать: резко распахнул дверь спальни, войдя быстрым шагом.

– Не скучала? – поинтересовался мужчина, стягивая перчатки и плащ. Эмилия подавила усмешку – так торопился проведать свою пленницу, что даже не отряхнул хлопья снега с плаща.

– Мне было чем заняться.

– Разрабатывала очередной план побега? И как, успешно? – мужчина остановился напротив кресла, в котором она сидела.

Эмилия проигнорировала его вопрос:

– Вылакал весь бренди?

– Оставил до худших времён.

– Тогда можешь приступать немедля, – Эмилия уткнулась носом в книгу, усердно делая вид, что с его появлением интерес к чтению не растаял в воздухе. Максимилиан вырвал у неё из рук книгу.

– Как минимум, это невежливо, утыкаться носом в книгу, когда с тобой разговаривают.

– Если ты ждёшь вежливости и пресмыкательства перед собой, тебе лучше продолжить общение со своими дрессированными шавками.

– Я не оставляю надежд выдрессировать тебя, Эмилия.

– Мне начинать прямо сейчас скакать вокруг хозяина на задних лапках, выклянчивая лакомство? – иронично воздела бровь.

– Одно из лакомств тебе точно придётся по вкусу.

– Не уверена, что ты достаточно хорошо изучил мои предпочтения.

– Могу поспорить с тобой, что это не так.

– Я не азартна, – солгала Эмилия и тут же поправила саму себя, – по крайней мере не настолько, чтобы спорить с тобой. У шулера вроде тебя, в рукаве всегда припрятана нужная карта.

Максимилиан рассмеялся.

– Дай мне полчаса на то, чтобы привести себя в порядок. И я докажу, что тебе понравится мой сюрприз.

– Можешь не стараться. Я не замечу разницы между твоими состояниями, они мне одинаковы неприятны.

– Маленькая лгунишка. Тебе одинаково неприятно иметь дело со "старым пропойцей" и "хромым дьяволом"?

– Можешь надеть поверх этих двух ещё одну маску и попытаться убедить меня в истинности твоего нового лица.

Максимилиан усмехнулся, стягивая с себя одежду и небрежно бросая её на пол.

– Мне не хватало твоих милых препирательств. Я скучал. И ты тоже, но не признаешься в этом добровольно.

Мужчина отвернулся к шкафу:

– Какой костюм ты мне посоветуешь?

– Никакой. Краше не станешь, можешь не стараться.

– Мне ходить обнажённым? – веселился Максимилиан.

– Ты меня утомляешь, – Эмилия отвернулась и подошла к окну, заметив во дворе, слабо освещённом одним фонарём, фургон.

– У тебя гости?

– Можно сказать и так, – донёсся из соседней комнаты голос мужчины, – скоро сама всё увидишь.