Демонический барон - Мэри Джо Патни

Джейсон покосился на захмелевшего мечтателя и недовольно хмыкнул; если в этой интриге и замешаны высшие силы, то они сыграли с ним злую шутку. Каково ему, вновь обретя Джессику, терпеть танталовы муки!

— Ты начитался Байрона, старина!

— Да о такой супруге, как Каролина, можно только мечтать! — воскликнул Джордж. — Взгляни, как она мила, изящна и хороша собой! Бриллиант чистейшей воды!

— Так почему бы тебе самому не жениться на ней? — устало обронил Джейсон, мечтавший о даме, далекой от совершенства, но зато самой любимой и желанной.

В его шутке была изрядная доля правды. Если бы все дело было только в деньгах, необходимых сэру Альфреду, то Джордж Фицуильям обладал ими в избытке. Но к несчастью, Каролина некстати влюбилась в барона, что и заставило ее тетушку вспомнить о благородстве и чести.

Однако даже нетрезвого Джорджа нелегко было сбить с толку. Тяжело вздохнув, он промолвил:

— Я не достоин прикоснуться даже к подолу ее платья! Мне остается лишь боготворить это прекрасное создание и любоваться ею на расстоянии.

Разговор двух подвыпивших приятелей прервало появление в кабинете леди Эджвер. Джордж учтиво вскочил.

— Можете не вставать, — махнула рукой Гонория. — Если, конечно, вам еще не хочется спать.

Последнее замечание сопровождалось столь выразительным взглядом, что бедняге Джорджу пришлось поклониться и покинуть комнату без промедления.

— Смею надеяться, что вы не разгоните хотя бы слуг, тетушка, — насмешливо заметил барон. — Выпьете чего-нибудь?

Леди Эджвер опустилась в кресло.

— Я бы выпила коньяку, который ты прячешь от гостей.

Племянник молча наполнил бокал темной янтарной жидкостью и подал ей. Сделав изрядный глоток, Гонория блаженно вздохнула. Джейсон следил за ней, прищурившись и пытаясь угадать, что у старухи на уме: ведь в ее спальне стоял целый графин точно такого же напитка. Значит, она явилась о чем-то поговорить с ним с глазу на глаз. Однако Гонория мешкала, несмотря на свою обычную решительность.

— Вы хотели мне что-то сказать? — начал Джейсон. — Посоветовать, как лучше вести дела в усадьбе? Или подвергнуть критике мое отношение к финансовым проблемам?

— Я намерена обсудить с вами ваш брак, барон! — Гонория вздернула подбородок. — Ты действительно намерен жениться на этой малышке, дорогой племянник?

— Вам не по душе мой выбор? — вскинул бровь Джейсон. — Но я сделал все именно так, как вам хотелось: нашел здоровую молодую женщину из приличной семьи, чтобы продолжить род Кинкейдов.

— Меня беспокоит не происхождение этой малышки, а ее настроение, — нахмурилась леди Эджвер.

— Вряд ли вы успели понять и оценить Каролину, тетушка! У нее множество достоинств и прекрасных душевных качеств.

— Она чересчур скромна для тебя, племянничек! Через неделю после свадьбы ты умрешь от скуки. Тебе больше подошла бы особа иного склада, вроде ее тетки, к примеру, Джейсон почувствовал себя так, словно ему нанесли удар в солнечное сплетение. Неужели их скованность насторожила проницательную старуху? Однако ее меткая реплика давала барону повод поговорить о Джессике, и он не преминул воспользоваться им.

— Ее тетушка — блистательная дама, согласен. Но с чего вы взяли, что она в моем вкусе? По словам Джессики, вы когда-то относились к ней с большим предубеждением.

— Тогда она была упрямой девчонкой, а сейчас стала самостоятельной дамой. Она заставила бы тебя почаще шевелить мозгами. — Леди Эджвер отхлебнула коньяку и миролюбиво добавила:

— Неужели ты полагаешь, что я не заметила, как ты на нее смотрел?

— Уж не предлагаете ли вы мне отвергнуть девушку, с которой я помолвлен, ради ее тетушки? Это же грозит грандиозным скандалом!

— Но очень скоро все» забудут о нем, — возразила Гонория. — Брак по расчету хорош, когда сердце человека свободно. Но если кто-то из Кинкейдов влюбляется, то надолго. Это я по себе знаю.

— Вот уж не думал, что вы считаете любовь главным условием супружеского счастья, — удивился барон, не ожидавший от тетки сентиментальности.

— Увы, — пожала плечами Гонория, — мне так и не представилось возможности выяснить это. Все, в кого я влюблялась, были женаты. Но у тебя еще есть время в запасе. Обмозгуй все хорошенько, прежде чем посадить эту дурочку себе на шею.

— Вы зашли слишком далеко, тетушка! — Племянник, строго взглянув на нее, залпом осушил бокал. — Позвольте мне проводить вас до вашей спальни!

— Это ни к чему, — обрезала Гонория. — Быть может, я, старая карга, и сужу обо всем предвзято, но пока еще ориентируюсь в доме, в котором выросла.

— В таком случае до завтра, тетушка, — кивнул Джейсон. — Если к утру вы, конечно, протрезвеете.

Она едва не разбила бокал, поставив его на столик красного дерева, и метнула в спину удаляющегося барона враждебный взгляд.

Джейсон ощутил удовлетворение от выигранной им словесной дуэли, но лег в постель с тяжелым сердцем. Он долго ворочался с боку на бок, пытаясь уснуть. Не помогло ему даже спиртное, выпитое в изрядном количестве. Перед его мысленным взором то и дело возникала любимая, с ее огненно-рыжими волосами, разметавшимися по подушкам, и нежными руками, простертыми для объятий…

Мысль о том, что Джессика находится в одном с ним доме, лишала барона покоя. В два часа ночи он все еще мучился бессонницей, когда услышал тихие звуки, доносившиеся из коридора.

На мгновение в воспаленном мозгу Джейсона вспыхнула надежда, что это Джессика крадется к нему. Но фантазия растаяла, едва от двери раздалось отчетливое «мяу!».

Барон откинул одеяло и поспешно распахнул дверь, не дожидаясь, пока Уэлсли расцарапает коготками резную панель. Незваный ночной гость заметно вырос за время пребывания в усадьбе. В полумраке коридора, залитого лунным светом, ярко блестели зеленые глаза, с надеждой устремленные на барона. Устало вздохнув, Джейсон прикинул возможные варианты. Если оставить этого Уэлсли здесь до утра, он будет мяукать и царапать дверь. Можно пригласить мастифа Руфуса и предложить ему перекусить котом. А можно и выбросить Уэлсли из окна и проверить, действительно ли кошки живучи.

— Ладно, — наконец сказал Джейсон, — так и быть, заходи! Но только чур не храпеть!

Конечно, кошка не может заменить хозяйку в кровати, рассуждал Джейсон, накрываясь одеялом, но все же приятно слышать мирное урчание у себя над головой. Он потерся лицом о мягкий рыжий мех, лег на спину и моментально уснул.

Каролина Ханскомб была на грани отчаяния. Два дня она пыталась поговорить с отцом наедине, но ей это не удалось. Сэр Альфред то осматривал имение будущего зятя, то навещал старинного приятеля, живущего по соседству, то в огромных количествах поглощал хозяйский портвейн.

Несчастной девушке оставалось только встречать гостей, прибывающих на бал, назначенный на вечер пятницы. И хотя хозяйкой бала считалась леди Эджвер, все внимание было обращено на Каролину, которой приходилось постоянно быть на виду. Девушка укрепилась во мнении, что роль светской дамы ей совершенно не подходит.