Наследство Уиндемов - Кэтрин Коултер

— Всем? Не могли бы вы выразиться поконкретнее, мэм?! Вильгельмина выразительно пожала плечами.

— Мой сын Тревор тоже считает так, а его голова неплохо соображает.

— Тревор сказал это? — Она сделала паузу и продолжила вновь, как можно спокойнее:

— Но это вовсе не правда. Я бы унаследовала пятьдесят тысяч фунтов. Это Марку грозила нищета, если бы он не женился на мне.

— Пятьдесят тысяч фунтов! Оставить какому-то бастарду за здорово живешь.

— Я вовсе не бастард. Мой отец женился на моей матери и признал меня дочерью, попрошу вас не забывать об этом. Становится скучно, когда постоянно забывают совершенно очевидные вещи.

— Граф не будет любить вас. Он женился лишь по необходимости и скоро заведет легион любовниц.

— Полагаю, это вряд ли может задеть вас. В конце концов, раз вы настолько щепетильны, то можете отправляться назад, к себе в Балтимор. Уверена, мне не придется вспоминать ваши речи!

Дукесса вышла, не дав Вильгельмине Уиндем возможности что-то возразить.

По дороге она встретила Баджи и решила сделать пару добавлений к меню:

— Ты помнишь ройтгемптонские круглые булочки, Баджи? Как-то ты уже готовил их. Пожалуйста, постарайся еще раз, это было очень вкусно. И еще, может быть, немного вяленой трески с пастернаком?

— Извини, Дукесса, но у меня пока нет свежей трески, которую я мог бы приготовить должным образом. Сегодня это не получится. Возможно, в среду. Я должен послать кого-нибудь из прислуги в Стоктон на рыбный рынок. Скажи лучше, как твоим родственникам понравится, например, тушеный заяц?

— Ах, это будет чудесно! Подай его на блюде в красном желе и с бобами.

Еще несколько минут они обсуждали меню, после чего она отправилась переодеться в костюм для верховой езды — черную амазонку с эполетами и очень туго затянутой талией, к которой полагались высокие черные ботинки на шнурках и черная касторовая шляпа с кокетливым страусовым пером. Облачившись во все это, она пошла на конюшню за своей светло-гнедой Бирди. Кузен Тревор находился уже там, седлая строптивого Клэнси.

— Прокатимся вместе, Дукесса. Я еду в Ривз по поручению матушки.

— Но ведь это целых два часа езды, Тревор.

— Да, я знаю. Сэмпсон уже объяснил мне лучший маршрут. Едем, Дукесса!

— Одну минуточку, друзья мои. — Это был голос Марка, направлявшегося к ним с хлыстом в руке. — У меня тоже появилось желание проехаться в Ривз. Это такое приятное место! К тому же ты впервые едешь туда и наверняка можешь сбиться с дороги, Тревор. Я вовсе не хочу, чтобы Дукесса потерялась вместе с тобой.

Тревор приподнял свои брови на добрых полдюйма.

— Несмотря на разумные доводы, Марк, полагаю, это будет чистым наказанием для нас. Мне кажется, ты станешь третьим лишним. Разве не видишь, что мой Клэнси сходит с ума по Бирди? Мы с Дукессой не намерены отставать от них.

Марк проигнорировал слова Тревора, и втроем они двинулись по дороге через парк к въездной аллее из гигантских дубовых и липовых деревьев, переживших не одно поколение владельцев Чейза. Миновав ее, они выехали на проселочную дорогу, ведущую в направлении юго-запада. Все это время путешественники пребывали в молчании, весьма нарочитом и ощутимом. Но разумеется, Дукесса чувствовала себя гораздо лучше своих спутников. Она с наслаждением вдыхала свежий летний воздух, напоенный ароматами трав, не обращая внимания на дурное настроение Марка. Дукесса усмехнулась, заметив, как он пытается вклинить между Бирди и Клэнси своего жеребца. Оказывается, он ревнив! Удивительно, как долго ему удается сдерживать себя!

Но надолго его не хватило.

— Мне не нравится, Дукесса, что ты, не спросив моего разрешения, отправляешься куда вздумается со всякими странными личностями.