Только она - Елена Спирина

Даниил

Не знаю, что меня дернуло, но я вновь поехал к ее дому. Думал, стоит ли заходить к ней. В квартире темно. Свет из окон не горит, это видно хорошо, так как окна ее на первом этаже.

К дому подъехало такси, и из него вышел мужчина, который стремглав помчался к дверям подъезда, забежал в дверь. У меня, отчего-то, появилось плохое чувство где-то в районе солнечного сплетения. Не знаю что это.

Неожиданно, окно на кухне осветилось, и я увидел выглянувшую на улицу Аду, она одернула немного занавеску, открывая вид на то, что происходит в помещении. Еще несколько секунд я смотрю на затылок девушки, вижу лицо ее отца. Так это он приехал на такси? Стоило ожидать. Неприятные ощущения усиливаются, и я уже хочу выйти из машины и все-таки наведаться в гости, когда вижу, как на мою кроху замахивается «Витюша». Не веря своим глазам, я еще секунду смотрю на то, как Ада прижимается затылком к стеклу, прикладывая ладонь к щеке, по которой ее ударил отец.

Потом… потом с меня будто оковы снимают, и я срываюсь с места, хлопнув дверью, влетаю на крыльцо подъезда, в сам подъезд, дергаю ручку двери ее квартиры и залетаю на кухню, где этот будущий труп бьет мою Аду.

Не думая не мгновения, оттаскиваю за шкирку его от девушки и бью по лицу, ломая нос. Он падает на пол, и я еще со всей дури пинаю ему по почкам. Надеюсь, хоть что-то ему поврежу. Поднимаю Адель на руки и несу в первую попавшуюся комнату. Господи, да у нее пол лица в крови.

— Салфетки есть? — спрашиваю, аккуратно ощупывая нос и скулы девушки.

— В шкафу. — показывает пальцем направление. Там же нашел перекись и ватные диски.

Потихоньку, как мог, оттер кровь с лица, обработал треснутую губу и царапину на скуле.

— Где твои вещи, самые важные и сумка или чемодан. Я соберу, мы уезжаем.

Ада долго молчала, и я про себя придумывал тысячу причин, по которым она должна была бы уехать со мной, в конце — концов решил я, увезу силой.

— Что ты ему сделал? — тихо спросила она, кивнув головой в сторону выхода.

— Нос сломал, точно. — пожал я плечами. Желание было пойти и добавить, но Адель не позволит. Я с ним по-другому разберусь.

— Я не смогу поехать в ваш дом, там…

— Можешь, Ада, это и твой дом. Ты прекрасно знаешь, как отец к тебе относится.

— Но я столько обидных слов ему наговорила тогда, — она неожиданно начала плакать. Когда ее собственный папаша избивал, она не ревела, а тут переживает, как ее батя мой встретит.

— Ты думаешь, он не понимает почему? Никогда, слышишь, никогда он не держал на тебя зла. Он скучает по тебе так же сильно, как скучал я.

— Я все равно не могу, там ваша новая семья.

— Ты что, здесь остаться хочешь?

— Нет, конечно. Но я могу на работе договориться и ноче…

— То есть везде, но только не со мной под одной крышей? — спросил я, теряя терпение.

— Дань, ну, нет, конечно.

— Решено. Куда собирать вещи? — оглянулся я.

— Я сама. — встала девушка и направилась к гардеробу.

— Я помогу, — настаивал я.

— Сядь ты уже. Что ты поможешь? Белье нижнее собрать? — психанула Ада, грозно пыхтя.

— А что? Я могу!

На меня замахнулись полотенцем, и я, рассмеявшись, все-таки замолк. Однако, моя помощь понадобилась и я собрал ее «мыльно-рыльные» из ванны.

— Так, сначала к дяде Валере в клинику, пускай осмотрят тебя. А потом домой.

— У вас еще работают Галина с Егором? — спросила Ада.

Оставив девушку одеваться в коридоре зашел в кухню и, подойдя к прижимавшему кухонное полотенце к носу папаше, сказал.

— Еще раз увижу рядом с Адой, шею сломаю, гнида. И советую съехать с дома.

Как же мне хотелось ударить его еще раз, но стоявшая в коридоре Ада, мне просто не позволила бы.

Я чувствовал свою вину из-за случившегося. Потому что именно я позвонил сегодня Виктору, после того, как узнал от Ады правду.

Все шесть лет отец просто кормил его и его жену. Отправляя деньги на содержание Ады, они оседали в карманах этих сволочей, а девчонка работала, еще и из зарплаты отстегивала родителю. Он соврал, сказав, что Ада захотела поступить в другой институт и оплата там стоит восемьсот тысяч в год, а оказывается, он ей ни копейки не дал, еще и поступить самой не давал. Какая же все-таки мразь. И я больше чем уверен, что Адель и половины мне не рассказала. Учитывая, что сегодня я видел это не первый раз, когда на нее поднимают руку.

— Да, все кто и прежде работал. Только у Галины появилась помощница, но она приходит только по будням. На пол дня. — обнимая за талию вывел из квартиры. Потом усадил в машину.

— Хорошо. Я по ним соскучилась. А та комната, в которой я… — девчонка замялась и, сцепив пальцы, опустила голову.

— Ада, твоя комната тебя ждала, ждет и будет ждать. И там ничего не изменилось, я никому не позволяю туда заходить, даже просто для уборки.

— Это сколько же там пыли скопилось? — охнула девушка, поморщившись. Треснутая губа вновь начала сочиться кровью.