Любовь на всю жизнь - Джейн Фэйзер

Порция лукаво усмехнулась, но ничего не сказала. Оливия бросила взгляд на стоявшие на каминной полке часы.

— Уже без пятнадцати шесть. Мне пора.

— Будь осторожна! — бросила Фиби.

— Удачи тебе, — добавила Порция.

Оливия коротко улыбнулась подругам, а затем, глубоко вздохнув, влезла на верхние ветви магнолии.

С нижней ветки ей пришлось спрыгнуть, но на земле была мягкая трава, а ее приземление скрывали образовавшие густой свод ветви. Она миновала лужайку, крадучись перебираясь от куста к кусту, и с удивлением отметила, что проявляет недюжинную сноровку для человека, никогда раньше не прибегавшего к маскировке.

Энтони приходил и уходил в темноте, сейчас же стоял ранний летний вечер, солнце светило еще довольно ярко, и Оливия чуть не наткнулась на садовников, поливавших клумбы. Нырнув за толстый буковый ствол, она подождала, пока ее сердце не успокоится, а работники не двинутся дальше. Вот они отвернулись, и Оливия, скрестив пальцы и стрелой промчавшись по небольшой открытой площадке, скрылась за живой изгородью. Дальше все гораздо легче. Теперь из дома ее не видно, а по сторонам дорожки растут дубы.

Прячась за деревьями, она подбежала к воротам. Они были все еще открыты; привратник не закроет их до глубокой ночи. Она слышала в саду за домиком радостные крики — там играли дети привратника, — но никого не видела, хотя дверь была открыта.

Через мгновение Оливия ухе стояла на тропинке. Она замерла, прижавшись к стене и оглядываясь. Придет ли кто-нибудь?

Сначала она слышала лишь щебет устраивающихся на ночлег птиц, затем все же уловила тихий, но пронзительный звук, доносившийся из-за высокой живой изгороди с противоположной стороны тропинки.

Оливия бегом пересекла тропинку и нырнула в заросли.

Ее ждал Майк, держа под уздцы двух лошадей. Он отреагировал на наряд девушки приглушенным восклицанием:

— Боже милосердный!

Оливия приветствовала его улыбкой.

— Значит, нам предстоит проехаться верхом?

— Ага, мисс, только до бухты. Там нас ждет лодка. — Он помог ей сесть на меньшую из лошадей и вскочил в седло сам.

Когда они добрались до вершины утеса, Оливия увидела узкую извилистую тропинку, которая вела к видневшемуся далеко внизу песчаному берегу. Надо же, это ведь та же самая тропинка, по которой она поднималась в ту ужасную ночь, когда покинула «Танцующий ветер». Сегодня вечером ее обуревали совсем другие чувства,

Майк привязал лошадей и стал спускаться. Спуск был крутым, и Оливия два раза оступилась, отчего к подножию утеса скатился град камней. На берегу рядом с парусной шлюпкой их уже поджидали два человека. Едва Майк с Оливией показались на пляже, они вскочили и вытолкнули лодку на мелководье. -

— Прошу прощения, мисс, но хозяин приказал снова завязать вам глаза.

Оливия взглянула на Майка, отказываясь верить своим ушам. Он держал в руках узкую полоску материи.

— Зачем? — с возмущением спросила она.

— Таков приказ хозяина, мисс. — Майк мял в руках повязку. Он колебался, вспоминая полученные инструкции. Глаза хозяина тогда задорно блестели. — Он сказал, что если вы станете противиться, то я должен ответить, что это наказание за ваше любопытство.

Итак, он поднял ставки! Стоит ли играть с ним в эту игру? Временно уступить в этот раз или проиграть все сражение? Уйти с берега, и пусть этот чертов хозяин «Танцующего ветра» играет во все свои игры один?

— Дай мне повязку. — Она взяла у Майка полоску ткани. — Я завяжу ее в лодке.

На лице Майка отразилось явное облегчение.

— Если вы позволите, мисс, я пронесу вас несколько шагов, чтобы вы не промочили ноги. — Он легко подхватил ее на руки и отнес в лодку, где матросы ставили парус.

Майк оттолкнул шлюпку подальше от берега и, запрыгнув в нее, выжидательно взглянул на Оливию. Она, поморщившись, завязала глаза.

Сидя в темноте, девушка прислушалась к негромкому плеску волн вокруг. Кто-то из матросов негромко запел, остальные подхватили, и тихая мелодия зазвучала в такт скольжению шлюпки. Оливия с удивлением обнаружила, что ее временная слепота обострила другие чувства… Казалось, она стала более восприимчива к движению, запахам и звукам.

Как и в прошлый раз, она была не в состоянии определить, долго ли они плыли. Той ночью вроде бы долго. Но и теперь их путешествие длилось не меньше. Вероятно, они двигались на запад, потому что сначала она ощущала на своем лице лучи заходящего солнца, потом, судя по всему, направление изменилось, и солнце исчезло. Когда же воздух стал неподвижным и теплым, Оливия догадалась, что они достигли расщелины. Теперь шлюпка шла только на веслах.

— Быстро мы добрались, — заключил Майк под одобрительное ворчание. — Думаю, мисс, теперь вам уже можно снять повязку.

Оливия сорвала с глаз повязку и на мгновение ослепла. Впрочем, уже через минуту она различила прямо перед собой изящный силуэт «Танцующего ветра»; шхуна мягко покачивалась, стоя на якоре посреди узкой расщелины между утесами. Стоянка со всех сторон была скрыта скалами, и только высоко вверху серебрилась узкая полоска неба. Позади корабля ущелье постепенно сужалось.

Гребцы подвели шлюпку к самому борту, и Майк привязал ее к торчащему на корме кольцу. Подняв голову, Оливия увидела Энтони — он перегнулся через поручни и крикнул:

— Оставайся в шлюпке, Оливия!

— Я поднимаюсь, — ответила она. Зажав в кулаке повязку, она оперлась о предложенную Майком руку и взобралась на палубу. Во время подъема трап довольно сильно раскачивался, и ей пришлось напомнить себе, как однажды она бежала по абордажным лестницам, а далеко внизу прямо под ней плескались волны открытого моря.

Энтони попытался помочь, но Оливия сама перелезла через поручни, а затем с презрением хлестнула его повязкой для глаз. Полоска ткани ударила его по щеке.

Энтони тотчас выхватил повязку из рук девушки.

— Не очень-то приятно, правда? — не без удовлетворения заметил он.

— Око за око? — спросила она.

— Совершенно верно, — ответил он, и его глаза заблестели.

— Мы будем играть в шахматы?

— Иначе зачем тебе было прилагать столько усилий, чтобы передать мне сообщение? — усмехнулся он. — Если ты вернешься в шлюпку, мы немедленно тронемся в путь.

— Куда? — Оливия встревожилась, в ее голосе слышался страх.

— Подожди немного, мой цветок, — сама увидишь. Не говоря ни слова, Оливия перелезла через поручни, спустилась по трапу и вновь заняла место в шлюпке.

— На твоем месте я поостерегся бы, — бросил Адам, когда Энтони вознамерился последовать за ней.

Тот оценивающе взглянул на сидевшую в шлюпке девушку.

— Возможно, ты и прав. Но мне кажется, я достойный противник. — Он ухмыльнулся. — А может, и нет.