Врушечка - Галина Куликова

— Вот и замечательно, — обрадовалась Настя.

Вернее, сделала вид, что обрадовалась. Никакой радости на самом деле она не испытывала. И сама себе напоминала поезд, который не на шутку раскочегарился и уже не может остановиться. Она во что бы то ни стало решила заманить Яниса на юбилей фирмы и там выдать за своего мужа. Ради того, чтобы вывести Шелестова из равновесия! И хотя жертва этого еще не знала, у нее не было пути назад. Официантка как раз принесла чай, и Янис сказал:

— Ну, вот, я вас накормил. Не уронил мужскую честь. Так как вы собираетесь меня развлекать?

— Очень предсказуемо. — Настя не собиралась говорить правду о том, зачем он ей понадобился. — Понимаете, мой босс ужасно хочет познакомиться с моим мужем. А мужа-то и нет. То есть он есть, но уехал в длительную командировку.

— Ну, так и скажите своему начальнику правду.

— Я не могу, — призналась Настя с неожиданной для себя страстью. — Он решит, что меня бросили. А мне это неприятно.

— Потому что вас действительно бросили?

— Вы дико догадливый, — проворчала Настя, разодрав обертку маленькой шоколадки, которую официант положил на ее блюдце. Это был так называемый «комплимент» от заведения.

— И вы хотите, чтобы я стал вашим мужем, — сообразил Янис.

— Вот именно! Это не потребует от вас особых усилий. Придете, поболтаете с моим боссом о том, о сем… Поедите, в конце концов!

— Знаете, фирма мне хорошо платит, так что я, в отличие от вас, не бедный. И на тусовки за бесплатными бутербродами не хожу.

— Там будут красивые незамужние девушки, — продолжала соблазнять Настя. — Одна так просто модель. Вы в обморок упадете. Конечно, я не знаю, интересуют ли их интрижки… Но пофлиртовать всегда можно. Что за жизнь без флирта, верно?

— Я согласен, — сказал Янис.

Сказал он это как-то так, что сразу стало ясно: флирт и интрижки его мало интересуют, что бы он там ни говорил.

— Почему? — удивленно спросила Настя, не ожидавшая столь быстрой капитуляции.

— Ну… Мне вас жалко. Вы какая-то несчастливая. А во мне очень силен инстинкт защитника.

— Я несчастливая?! — изумилась Настя. — Почему вы так решили?

— Не знаю. Мне кажется, это написано у вас на лбу. — Не дав ей вставить ни слова, Янис продолжал: — Так, значит, я буду играть роль вашего мужа. А кто у вас муж?

— Знаменитый археолог. Кстати, он немец. Его зовут Отто фон Швентке.

— Ага. Только учтите: я совсем не разбираюсь в археологии.

— Это не страшно, — махнула рукой Настя. — Вам ничего и не нужно знать. Потому что босс думает, что мой муж — знаменитый композитор.

— С чего он это взял? — озадачился Янис.

— Ну… Это долгая история. Я однажды случайно соврала, а дальше все покатилось… Теперь приходится все время эту ложь поддерживать. Знаете, это прямо как у Лопе де Вега: «Кто раз умеет обмануть, тот много раз еще обманет». Вот уж истинная правда.

— Может быть, мы завтра встретимся и порепетируем? — спросил Янис, когда они уже возвращались домой. — Я накормлю вас обедом. Или даже завтраком — вы ведь себе ничего не купили на завтрак.

— Утром я пью только чай. И вообще, — Настя с подозрением посмотрела на своего спутника. — Мы договорились не заводить интрижку. Вас ждет ваша Маша.

— Знаете, я соврал, — признался Янис. — Она меня совсем не ждет. Она меня бросила.

— Почему?!

— Я немолодой, у меня двое детей… С женой я развелся, а с детьми-то нет. И у меня, как заявила Маша, пессимистический взгляд на мир. А она не терпит рядом с собой пессимистов.

— О чем же она думала, когда прибирала вас к рукам?

— Она думала, что рядом с ней я стану веселее.

— Честное слово, если бы я не была так сильно влюблена, — призналась Настя, — я бы закрутила с вами роман.

— Это вряд ли, — хмыкнул Янис. — Вы ведете себя со мной, как сестра. Во мне мгновенно просыпаются братские чувства. И ничего такого, что могло бы меня зажечь. Не обижайтесь, но мы будем друзьями. Я согласен играть роль вашего мужа и кормить вашего кота сосисками. Правда, только до середины следующей недели. Потом — конец командировке, я уезжаю домой.

— Нет, правда, вы пойдете со мной на вечеринку? — обрадовалась Настя, которую вовсе не обидели правдивые и не слишком для нее лестные признания Яниса.

— Пойду. И завтра можете взять меня с собой, если куда-нибудь отправитесь. У меня до понедельника нет никаких дел. Я умираю от скуки.

— Почитали бы книжку.

— Я не люблю читать по-русски. А тот роман, который я захватил с собой, я уже давно прочитал. Дела задержали меня в вашем городе на лишнюю неделю.

— А чем вы занимаетесь? — полюбопытствовала Настя.

— Машиностроением.

— А телевизор у вас в квартире есть?

— Есть.

— Почему бы вам его не посмотреть?

— Фу, — бросил Янис, наморщив нос. — Так какие у вас планы на завтра?

— Я собираюсь ехать к брату в больницу.

— А что с ним случилось?

Настя коротко рассказала Янису, что случилось, и удивленно подумала: «Господи, почему же мне так просто довериться почти чужому человеку, и совершенно невозможно вывалить всю правду на друга детства или мужчину, которого я полюбила? — И сама себе ответила: — Потому что Янис сделает лишь то, что покажется ему приемлемым. А Витька и Игорь попытаются сделать невозможное. И это обременит меня. Что же, выходит, я эгоистка?! Я ради собственных амбиций, ради своей независимости не хочу принимать помощь близких людей? Как все-таки трудно разобраться в самой себе и понять, почему на душе так неспокойно».

— Надо бы припугнуть вашего доктора, — подумав, решил Янис. — Только я, к сожалению, не обладаю устрашающей внешностью. И драться совсем не умею. Но… В таких случаях люди обычно используют хитрость.

— Какую же хитрость мы можем придумать? — удивилась Настя, которая уже всю голову сломала, размышляя о том, как вести себя с доктором Панкрашиным.

— Допустим, я надену черные очки и буду стоять поодаль. Ваш доктор подумает, будто я какой-нибудь секретный агент или мафиози… Ну, что-нибудь в этом роде. И испугается.

Настя представила себе эту картину и скептически поджала губы. Но потом подумала, что других идей все равно нет, и согласилась.

— Только вот еще что. Если я теперь ваш муж, нам нужно перейти на «ты», — напомнил Янис.

Они уже подходили к дому, радуясь тому, что им легко будет расстаться до завтра — ни поцелуев, ни смущения не предполагалось. На улице уже стемнело, и город затихал, продолжая таинственно мерцать, словно шкатулка, наполненная светляками.

— Кстати, раз мы теперь близкие родственники, позвольте спросить: куда подевались ваши волосы? Я видел вас возле почтовых ящиков несколько дней назад, вы были красавицей!