Любовь без гарантий - Ольга Агурбаш

Но это была не соседка. Это были Матвей с Коляном. Они пришли в свою компанию, где собирались гулять, но что-то забыли дома. То ли фотоаппарат, то ли еще что… Вернулись. Ну и оба остались, конечно. Увидели Галку и остались.

Удивление, взмах руками, трепет ресниц, некое смущение, улыбка, радостный возглас – пожалуй, именно такое сумбурное впечатление осталось у Галки от взгляда на Коляна. Это была вторая их встреча. Первая тогда, в подсобке, когда она Блока читала, а он схватил ее за руку, и сейчас.

– Маргарита Сергеевна, вы же говорили: никого больше не будет, – зашипела тихонько Галя.

– Так я и сама так думала. А видишь, забыли они что-то, вернулись… Что поделаешь? – в тон ей тихо ответила хозяйка, пока ребята раздевались в прихожей, и громко: – Проходите к столу. Угощайтесь! Пора старый год провожать!

Много-много раз потом вспоминала Галя именно этот миг, именно это мгновение. Разлитое по рюмкам вино, Николай напротив, чей-то тост, скорее всего, хозяина дома, и свое ощущение, когда, чокаясь с Коляном, она подняла на него свои глаза.

Что-то произошло в ту секунду. Что-то случилось между ними. Пишут в книгах фразы типа: «между ними пробежала искра» или «они столкнулись взглядами» или еще: «амур поразил их своей стрелой». Наверное, все эти избитые клише не передают того истинного изумления, которое почувствовала Галя. Она в первый момент даже поморщилась, чуть досадливо и непонимающе. «Что это со мной?» И отвела взгляд. Но странное ощущение не прошло. Скорее, наоборот, укрепилось. Ни имени ему, ни определения Галка дать не могла. Только понимала: что-то значимое происходит, что-то очень важное… Судьбоносное…

И все: с этого момента между этими двумя установился какой-то невидимый контакт, безмолвный, молчаливый, но от этого не менее красноречивый… Все вокруг говорили, шутили, реагировали на телевизионные реплики, и только Галка с Николаем молчали, серьезно переглядываясь и прислушиваясь каждый к себе.

– Эй, Колян! Ты чего замолчал? – недоумевал Матвей. – Балагурил, веселился весь вечер, и на тебе! Новый год на носу, а он замолчал!

– А чего говорить-то… – тихо произнес Коля. – Вон… телевизор работает.

По сути, эти двое пока еще не сказали друг другу ни слова. Но у каждого из них в душе уже зарождалось что-то истинно великое, о чем пока ни тот, ни другая не догадывались.

Спокойно встретили Новый год. Спокойно улеглись спать: мальчики – направо, девочки – налево. Спокойно разошлись утром кто куда: Галка с Матвеем на работу, Колян – на выселки.

Через неделю Галка отмечала свой день рождения. Отработали смену и всем коллективом – в ресторан.

Пришел Николай. Она не ждала его, не звала и даже не предполагала, что он знает о ее дне рождения. Не иначе Матвей доложил. Он принес ей розу. Одну. Голубую. На сильном длинном стебле, без шипов и действительно голубого цвета. Она обалдела. Во-первых, потому, что никогда таких цветов не видела и даже не подозревала о существовании подобных растений. А во-вторых, в такой мороз! Как это возможно?!

И опять: только роза и все! Никаких тебе ни разговоров, ни объяснений. Так… общие слова, дежурные фразы.

После ресторана он отправился провожать ее домой. Был на удивление серьезен и как будто озабочен чем-то:

– Галь, скажи… А с Матвеем у тебя какие отношения?

– С Матвеем? Дружеские! – совершенно искренне ответила она.

– И только? – Ей показалось, что он обрадовался.

– Ну да. Мы работаем вместе. Приятельствуем. Не более того. А ты почему спрашиваешь?

– Интересно мне, вот и спрашиваю… – Он помолчал, потом нерешительно сказал после паузы: – Я знаешь что хотел тебе предложить?

– Что? – беспечно спросила Галя.

– А как ты смотришь на то, чтобы мы с тобой фиктивный брак оформили?

– Что? Фиктивный брак? – Галка остановилась и в изумлении посмотрела на Колю. – А зачем?

– Ну понимаешь… Если бы у меня была семья, мне бы чаще разрешали наведываться в Москву. Сейчас только раз в неделю можно, а тем, кто в браке, – тем два раза полагается.

Она недоуменно пожала плечами:

– А мне? Мне-то что от этого? Ты прости, конечно, но я так понимаю, что если фиктивный, то значит обоюдовыгодный?

– Конечно! – горячо подхватил он. – А тебе… Тебе квартиру быстрее дадут. И больше, чем сейчас. Наверняка же нужна квартира!

– Да! Квартира нужна, – легко согласилась Галка. Вспомнила жуткого отца своего, брата дерзкого и хулиганистого и еще раз утвердительно покачала головой: – Тем более что наши дома под снос вроде планируют. Так, может, и есть смысл. Уж насчет «быстрей» не знаю, а вот, что большую могут дать – это да… Или даже две. Тогда получится, что две полноценные семьи проживают.

– Вот я и говорю… – неопределенно закончил Николай.

Но… поговорили и забыли. Мало ли о чем люди разговаривают. Если во все верить и все беседы в голове держать, то с ума сойти можно. Но оказалось, что это только Галка забыла. А Николай – нет…

Через несколько дней в обеденный перерыв он вбежал в магазин:

– Галка! Поехали, скорее! Такси ждет!

– Куда? – Она только собиралась перекусить, мечтая присесть и отдохнуть хоть немного.

– Как куда? – изумился он. – В ЗАГС! Я договорился. Нас ждут. Паспорт у тебя с собой?

– С собой… – продолжала удивленная Галка. – Но мы тогда как-то несерьезно… поговорили… Я и не думала.

– Так! Давай скорей!

Она послушно встала, забросила сумку на плечо, схватила со стола приготовленные к обеду бутерброды и под непонимающие взгляды девчонок двинулась за Николаем.

Тот был стремителен, целенаправлен, возбужден. Потрясенная его напором, Галка села в машину и предложила Николаю поесть. Он взял бутерброд, с аппетитом прожевал его, потянулся за вторым. Галка молча и нехотя жевала ветчину и продолжала поражаться:

– К чему такая спешка?

Он не отвечал. По своему обыкновению, шутил, указывал водителю дорогу, рассказывал истории из жизни и вообще вел себя отнюдь не как тунеядец, а скорее, как успешный и состоявшийся хозяин жизни.

В ЗАГСе они заполнили все положенные документы. Единственным пунктом, на котором произошла заминка, был вопрос о смене фамилии. Галина в графе «Будущая фамилия супруги» собралась было написать свою. Никаких сомнений на этот счет у нее не было. Карасева есть, Карасевой и останется. Брак-то фиктивный. Какой смысл фамилию менять? Но Николай сказал:

– Пиши Балабанова.

– Зачем это? Почему? – возмутилась она, не понимая.

– Пиши-пиши. Я потом объясню, – отмахнулся он.

– Сейчас объясни! Когда потом-то?

– Здесь не место. Видишь, нельзя громко разговаривать. На нас и так уже озираются. Пиши!