Братья Карилло. Когда мы упали - Тилли Коул

«Grazie a Dio!»^[38]

Когда двигатель заглох и дворники прекратили работать, небеса разверзлись, и по металлическому корпусу машины забарабанил дождь. И тут же в памяти всплыли картины из прошлого. В детстве мне нравилось сидеть в машине, когда начиналась гроза. Лет в шесть я услышал от кого-то, что машина во время бури – самое безопасное место. Кажется, шины являются изолятором от молний. Так что, даже если и ударит поблизости, находящийся внутри останется в безопасности.

Всякий раз, как в детстве мне становилось страшно – потому что у Холмчих плохо шли дела, или из-за пьяниц, слонявшихся по парку и кричащих во всю глотку злобные ругательства, или по причине выстрелов, раздававшихся из проезжающих мимо машин, – я забирался на заднее сиденье старого отцовского «Шевроле» без мотора, сворачивался калачиком и, закрывая глаза, чтобы заглушить боль, слушал стук дождя по крыше.

Странно было вернуться сюда в начале очередной бури, да еще и вместе с Лексингтон Харт… С моей маленькой эмо-эльфийкой.

«С МОЕЙ эмо-эльфийкой?»

– Пойдем? Или ты собрался сидеть здесь всю ночь? – вдруг спросила Лекси, вырывая из воспоминаний, и я попытался оправиться от изумления, ведь уже начал считать девушку своей. Когда она пыталась шутить, голос немного дрожал, лишь усиливая желание ее защитить.

– Да, – ответил я и взглянул на сидевшую в водительском кресле Лекси. Она почти прижалась лицом к стеклу на дверце машины и, спрятав ладони в рукава свитера, нервно грызла ноготь большого пальца. – Уезжай, эльфенок. Обратно я сам доберусь, – сказал я ей.

Лекси резко повернулась ко мне и нахмурилась.

– Нет, я подожду тебя. Надеюсь, ты уже заметил, что прямо над нами разразилась адская буря.

Услышав сарказм в ее голосе, я лишь вздохнул. Открыл дверцу машины и вылез, а потом склонился над сиденьем и проговорил:

– Эльфенок, выходи из машины. Внутри ты будешь в большей безопасности. Здесь же… – Я замолчал, лишь кивнул головой в сторону парка. Пусть строит собственные догадки о том, что я пытался сказать.

Повернувшись к входной двери трейлера, я услышал за спиной ее торопливые шаги и хмыкнул. Лекси время не теряла. Может, минуту назад она и вела себя сдержанно и даже язвила. Но, стоило ей остаться одной, как все это тут же исчезло.

Не успел я протянуть руку к ручке, дверь уже резко распахнулась. На пороге возник Леви. Широко раскрытыми глазами он оглядел пустой трейлерный парк и резко махнул мне рукой, приглашая внутрь.

У меня тут же волосы встали дыбом. Малыш был чертовски напуган.

– Лев, – сухо произнес я, протискиваясь мимо него через дверь. А взглянув на лицо брата, застыл. – Ты что, мать твою, издеваешься? – выпалил я, и в голосе прозвучало больше жара, чем в самом аду.

На левой щеке брата красовалась свежая стидда – маленькая черная сицилийская звезда Холмчих из «Западных холмов». У всех Холмчих имелись сицилийские корни. И стидда являлась данью уважения к Стиддари. Ветви сицилийской мафии.

Схватив Леви за рубашку, я притянул его к себе и спросил:

– Парень жив или ты его убил?

Леви неловко покачнулся на ногах и пробормотал:

– Жив. Ранен в плечо.

Выпустив рубашку Леви, я ударил ладонью по стене над его головой.

– Твою ж мать!

– Эта звезда означает, что ты убил кого-то или ранил? – прозвучал рядом со мной изумленный голос Лекси, и я чуть не выругался вновь. Я совсем забыл, что не стал тогда вдаваться в подробности. Ведь она ничего не знала об этой жизни.

Взглянув на ее потрясенное лицо, я признался:

– Ее получаешь, когда впервые подстрелишь члена из банды Королей. Неважно, выживет он или умрет. Главное, сделать выстрел ради банды. И доказать, что полностью погрузился в эту жизнь.

Лекси поднесла ко рту обтянутую свитером ладонь, и глаза ее стали размером с луну.

– Ты… ты кого-то убил?

Она не отрываясь смотрела на стидду на моей щеке, как будто бы звезда могла подсказать ответ, если разглядывать ее достаточно долго.

Закрыв глаза, я медленно втянул воздух через нос и попытался успокоиться.

– Я выстрелил кому-то в грудь. Я даже не знаю, убил его или нет.

– И ты не остался поблизости, чтобы это выяснить? – с тревогой прошептала она.

Я заметил, что Леви тоже не сводил с меня взгляда в ожидании ответа, и пожал плечами.

– В этом не было необходимости. Я даже не успел опомниться, как Акс всадил ему пулю в голову. Тот парень был одним из лидеров банды, и его следовало убрать.

В глазах Лекси блеснули слезы. Леви опустил голову. От стыда, разочарования? Мне не хотелось знать.

– Привет, ты, должно быть, Леви, – проговорила Лекси, оправившись от только что рассказанного мной. Обращалась она к брату.

Я наблюдал, как Лекси приветливо ему улыбнулась. Леви покраснел и кивнул. Девушка пожала ему руку, и брат прикусил нижнюю губу. Он всегда так делал, когда нервничал.

Я склонился к Лекси и в знак признательности поцеловал в макушку. Она так по-доброму отнеслась к моему брату. И мысленно возблагодарил Господа Бога за то, что, узнав очередной эпизод из гребаного прошлого, она попросту не сбежала.

– Да, верно. А кто… кто ты? – тихо спросил Леви у Лекси. А я отошел в сторону и захлопнул дверь, укрывая нас внутри трейлера, подальше от любопытных глаз.

Когда я заметил, как четырнадцатилетний брат, заикаясь и бормоча, пытался представиться, в груди поселилось сожаление. Малыш начал торговать наркотиками еще раньше меня. И вот этот робкий, неуклюжий ребенок слонялся по улицам, продавая «товар» наркоманам. Поставив на кон юную жизнь, чтобы мама могла жить без боли.

Все в его жизни было чертовски неправильно, и я понятия не имел, как же это исправить.

– Меня зовут Лекси, – ответила эльфенок, отпуская его руку.

Леви посмотрел на меня поверх головы Лекси, а потом вновь перевел взгляд на девушку, и щеки его опять окрасил тот же проклятый румянец. Леви отличался от Акселя, самоуверенного, высокомерного и грубого, который полагал, что сможет одолеть любого, каким бы сильным тот ни был. Но и не походил на меня, измученного и злого на весь гребаный мир, пессимиста до мозга костей. Леви был мыслителем; спокойным и молчаливым. Он практически не разговаривал без крайней на то необходимости. И предпочитал скорее слушать и учиться, чем находиться в центре внимания. Природа наградила его настолько выдающимися спортивными способностями, что подобных я ни у кого не встречал. И умом. Леви оказался чертовски умным. Вот только нам понадобились деньги, чтобы мама относительно спокойно прожила остаток своих дней, и ему, подвергая себя опасности, пришлось пойти работать на улицу.