Папа с седьмого этажа - Алекса Стар

УЗИ. О, сколько чудного и таинственного таят эти три буквы. Для меня они встали всем. Если студенты живут весело от сессии до сессии, то я, закидываясь горстью таблеток и витаминов, зачёркивала дни от УЗИ до УЗИ. И каждый раз я ложилась под датчик с замиранием сердца. Пацаны реагировали на такое наглое вмешательство всегда одинаково: мутузили датчик от всей души. И каждый раз Ольга Валерьевна вздыхала, закатывала рукава и принималась воевать.

Но сегодня был какой-то особенный день. И на УЗИ мы вчетвером сдались вполне спокойными и довольными. Я выспалась, наелась вкусных яблок из сада родителей Егора и вообще чувствовала себя прекрасно.

— Ну? Как поживает наша мать-героиня? — женщина поправила очки, мазнула холодным гелем по моему уже внушительному животу. — Что нового?

— Ничего… — лениво зажмурилась и улыбнулась. — Жизнь налаживается, растём понемногу. Разбираемся с проблемами… Я отсчитываю дни и ничего не жду.

— Вот и правильно! Некоторая флегматичность тебе сейчас не помешает, — Ольга Валерьевна вновь поправила очки. — Ну что, смотрим твоих богатырей?

Я слышала, как женщина вновь диктует странные цифры медсестре, затем были немного жутковатые звуки сердцебиения. Они мне напоминали шум эхолокации с непонятным бульканьем.

Первым тревожным звоночком стало многозначительное хмыканье Ольги Валерьевны. Очень многозначительное и очень пугающее.

— Так, давай-ка на второй круг пойдём, — врач сменила датчик и посмотрела на меня поверх своих узких очков.

Я напряглась. Что, неужели опять какая-то засада нарисовалась? Мы тут с Егором с замиранием сердца ждали листок свободы, то бишь бумажку из ЗАГСа. Я добила Жанну! Просто размазала её! И Егор за это меня чуть на руках не носил, вот чудной. Мне ведь ничего это не стоило, я этой даме ещё за больницу не ответила!

Наверное, Егор был прав. Он теперь называл меня страшной женщиной. Да-да, именно так. Обычно обнимал, томно шептал на ухо и довольно улыбался. Ведь я была его той страшной, пугающей женщиной. В моём воображении я представала в образе эдакой Урсулы из мультфильма.

Вот теперь я и Ольгу Валерьевну чем-то устрашила. Ух…

— Знаешь что, Валя, иди-ка ты к врачу.

У меня сердце в пятки ушло. Внутри всё заледенело, а я чуть кушетку не прожгла и не оказалась на полу.

— Что-то серьёзное?

Я ещё с самого начала беременности начиталась всяких страхов. И только строгий наказ врача, забыть про интернет, поселил во мне здравое зерно флегматичности. Сейчас же все ужасы накатили липкой волной. Покусывая губы, уставилась глазами дурной совы на Ольгу Валерьевну.

— Мне не нравится твоя шейка матки. Очень не нравится. Пока ничего смертельного, тебе ещё твой гинеколог должен диагноз проверить, но… Возможно, понадобится пессарий.

В голове у меня появились странные образы настоящих пыточных инструментов. Мне казалось, что это что-то ужасное, мерзкое и болезненное. Покрывшись испариной, вновь посмотрела на Ольгу Валерьевну.

— Так, Валя, расслабься, — женщина протянула мне салфетки, разрешая убрать остатки геля с живота. — У тебя тройня, что ты хотела? Бабочек и пони? Это и при обычной беременности частая проблема. Хорошо, что она у тебя только сейчас выползла.

— Почему?

— Потому что пессарий — это в твоём случае постельный режим.

— Эм… — я вскинула брови и недоверчиво посмотрела на женщину. — Вот сразу и постельный?

— Да, к сожалению. Сидеть тебе нельзя будет от слова совсем.

— И это до самых родов? — я ужаснулась.

Ой, нет… Егор меня залюбит до смерти. Будет носить мне завтраки, обеды, ужины в постель, окружит тотальной заботой. Я окончательно располнею, разленюсь и покроюсь мхом, пустив корни в кровать.

Чудовищная картина.

А самое главное, что уже сейчас я даже не против! Уже привыкла к заботе и вниманию, к этой всей тёплой ламповой реальности, которая творилась вокруг. И если бы не прямая угроза моей беременности…

— До самых родов. И никаких стрессов. Будешь курсировать между больницей и домом. Ничего, это ещё не самое худшее, что могло бы быть. Наверное, уже весь интернет прошерстила и поставила себе сотню диагнозов? Да? — Ольга Валерьевна подозрительно прищурилась. — Не смотри про пессарий, просто сходи к врачу. И всё. Потом будешь поисковики мучить… Ох уж эти технологии.

Не думай о белом медведе, не думай о белом медведе… Странно, почему у меня в голове танцует просто целое стадо белых медведей? Ещё немножко, и к желтоватой шерсти прибавятся балетные пачки.

Вот как мне теперь не думать об этом странной невиданном звере — пессарии? Я только понадеялась, что всё будет хорошо.

— Валя, в тебе три богатыря сидят. Вес уже сейчас немалый, они почти не отстают от своих сверстников, так сказать. Тебя спасает твой рост и комплекция, была бы ты с меня размеров, то приблизилась бы к идеальной фигуре математика…

— Да?

— Да, шар называется.