Случайная невеста - Алина Аркади

Ася рядом. Общается, смеётся, отвечает на вопросы родственников. Естественна и расслаблена настолько, что никому в голову не придёт, что перед ними ненастоящая пара, а лишь двое, который всё хорошо организовали. Блондинка всем нравится — однозначно. Вызывает симпатию, располагает к себе звонким щебетанием и правдивыми ответами.

Я влип. И сейчас явственно понимаю, какие обвинения в меня полетят, когда объявлю о нашем расставании. Искренняя Ася, по мнению родственников, просто не вынесла рычащего Руслана рядом — простой вывод. Но в моих силах сделать всё, чтобы Ася осталась рядом по собственной воле, а не по причине заявленных условий.

— Руслан, телефон, — Ася указывает на аппарат, вибрирующий на столе. Стас звонит. Зачем, интересно?

— Я ненадолго, — предупреждаю девушку, чтобы покинуть столовую для разговора. — Да, Стас, здарова. Начал работать в выходные?

— Привет. Нет, Рус. Позвонил предупредить. Что-то намечается.

— В смысле?

— По нашей организации прошёл слушок, что на следующей неделе будут шмонать компании Кайсаровых. Всех, без исключения. В один день.

— А причина? — Стас работает в большой организации и предупреждает о возможных проверках всех служб.

— Вроде как, давно у вас не были — это официально.

— А неофициально?

— Чей-то заказ. Конкретно на вас. Приказ проверять всё, даже в трусы вам залезть при необходимости. Своих предупреди.

— У меня всё нормально, искать нечего. Своим скажу. Спасибо, что предупредил. Буду должен.

— Не за что. Сочтёмся.

Так, становится всё интереснее. Кому насолили? Конфликтов давно не было, всё-таки не девяностые на дворе. Всё мирно, ладно. Каждый своим делом занимается, свою нишу занимает. Больше десяти лет назад купил компанию, и за всё это время не к чему было придраться.

— Я вижу, цирк продолжается? — Голос Анвера напрягает мгновенно, мы редко общаемся мирно.

— Ты о чём?

— О тебе и твоей, так называемой, невесте. Если все поверили, то я нет. В курсе вашей фиктивной парочки.

Мысленно просчитываю, откуда Анвер мог узнать о наших с Асей договорённостях, отметая все, без исключения, варианты. Я никого не посвящал в свои планы. Но моё лицо остаётся непроницаемым. Анвер уже давно неспособен вывести меня на эмоции.

— Мне плевать, что и о ком ты думаешь. Моя личная жизнь не твоя забота, моя женщина — тем более.

— А мы вчера познакомились! — слащаво улыбается. — А девочка умеет кусаться. Не ожидал.

— Вчерашний разговор — был первым и последним. Не приближайся к Асе, не разговаривай и даже не смотри в её сторону.

— А то, что? — подходит ближе, вплотную, готовый кинуться и разгрызть моё горло.

— Есть желание проверить? Сделай. Посмотришь на последствия.

— Десять лет назад, когда я забрал у тебя свою женщину, ты ничего не сделал, — напоминает о давней вражде, которая надолго выжгла во мне желание серьёзных отношений с женщинами.

— И где же она — твоя женщина? Я не вижу. Почему на её месте Саида? — Туго играет желваками, готовый броситься. — Пошёл на принцип в желании вернуть своё, а в итоге сломал три жизни, и свою в том числе. Женился на первой предложенной женщине, превратив её жизнь в ад, закрыл ото всех, словно в клетке.

— Не позволю Саиде вести себя, как ваши жёны! Твоя женщина была практически голой!

— А с каких пор ты у нас такой моралист? Ты девкам, с которыми время проводишь, тоже приказываешь одеваться, как жене? А? Мы все прекрасно знаем, что ты ведёшь достаточно «свободный» образ жизни, особо не напрягаясь правильностью поступков. Не тебе о правильных вещах говорить.

Замолкает, делая шаг назад. Точно в цель. Анвер все свои грешки знает и помнит.

— Хотя, — снова улыбается, — что я переживаю? Дом всё равно моим будет. Даже, если женщина у тебя настоящая, как ты говоришь, ребёнок не за месяц делается. А у меня их двое.

— Тебе напомнить условия завещания? Дед вполне бодр и здоров, умирать, как ты заметил, не собирается. Уверен, проживёт ещё много лет.

— И всё же… успеешь обзавестись наследником? А?

— Это случится намного быстрее, чем ты можешь предположить, — улыбаюсь, уничтожая Анвера своей фразой, достигшей запланированной цели.

Возвращаюсь в столовую, вероятно, с таким выражением лица, что улыбки спадают с лица присутствующих мужчин, а когда следом входит Анвер, дед заметно напрягается, внимательно наблюдая за моей реакцией. Всем всё понятно. Без слов. Объяснения ни к чему, каждый наш разговор с двоюродным братом заканчивается одинаково.

— Анвер, где Саида? Она спустится к завтраку? — бабушка тут же интересуется.

— Нехорошо себя чувствует. До отъезда побудет в комнате, — отодвигает стул, чтобы расположиться напротив меня.

— Мы и так видим её не часто, хотелось бы пообщаться, поговорить по-человечески. Я уже забыла, какой у неё голос, — бабушка наседает, ей плевать, что думает Анвер. — Вчера мне показалось, что она даже людей боится. Она разговаривать ещё не разучилась?

— Нет. Не ваше дело, какие у меня отношения с женой, — рычит, но дед такого не потерпит.

— Не смей повышать голос на бабушку. Не дорос ещё, чтобы старшим перечить. Или ты после объявления условий завещания таким смелым стал? — голос деда разносится эхом по столовой. Ни единого звука, когда говорит самый старший.

— На завещание мне теперь плевать. Насколько я понял, Руслан меня переиграл. Снова. — Смотрит прямо на меня. Взгляд полыхает ненавистью и разочарованием. — Поздравляю со скорым пополнением, — резко встаёт, отчего стул опрокидывается с грохотом на пол.

Две минуты — максимально возможное время, которое Анвер способен провести за одним столом с нами.

И чёрт, Анвер не так меня понял. Мой укол был направлен исключительно на то, чтобы осадить брата, но сейчас он произнёс громкие слова, которые слышали все мужчины. И бабушка…

— Русланчик! — бросается ко мне, обнимая и целуя. — Правда? И промолчали вчера, да? Али, слышал?

Твою ж…

— Брат, поздравляю! — протягивает ладонь Омар.

— Да, да, поздравляю! Наконец-то и ты будешь покидать праздники, потому что ребёнок капризничает и хочет спать, — подстёгивает Зенур.

— Сын, — отец в два шага оказывается возле меня, похлопывая по плечу. — Я рад ещё одному внуку.

А я готов взреветь от сложившейся ситуации и бежать в неизвестном направлении.

— Стоп! Вы всё не так поняли! — пытаюсь осадить родню.

— Всё правильно поняли, — поднимается дед, — не пожелали говорить. Осторожничаете. Правильно, всё правильно. Но так случилось, что все узнали, и слов не вернуть назад. Самый лучший подарок был не вчера — сегодня, как оказалось, — впервые за долгое время дед искренне смеётся, и я понимаю — мне не отвертеться.