V-8: право на свободу - Алекс Хилл

— Да, моя куколка. И ты будешь гореть рядом со мной. Не сомневайся.

* * *

Дэниел сидит на диване в гостиной и сжимает в руках телефон. Плечи напряжены, голова опущена, вместо крови по телу медленно растекается боль, поражая клетки. Он еще раз набирает номер Ви, и снова слышит механический голос автоответчика.

— Черт! — яростно произносит Дэниел.

Он не хочет верить, что Ви сбежала. Она звонила, а значит, хотела что-то сказать. Росс сжимает зубы и вновь берет в руки телефон. Набирает Холли, но и она ничего не знает, кроме того, что Кейси тоже не выходит на связь.

— Холли, подожди, — говорит Дэниел, пресекая ее быстрое прощание. — Хорошо бы тебе вернуться в город. Джейк в больнице.

— Что? Как? Почему?

— Отравление тяжелыми наркотиками.

— Не может быть! Он давно завязал!

— Может, Холли… Может…

— Я прилечу первым рейсом.

— Если Кейси даст о себе знать, позвони мне. Я поеду к вам домой.

Ночь принимает город в крепкие объятия. Желтый свет фонарей, фары машин и вывески увеселительных заведений режут взгляд. Росс сильнее сжимает руль, вдавливая педаль газа в пол. На душе буря из тревог и переживаний. Дэниел останавливает машину у дома Фишеров. Темные окна бросаются в глаза. Атмосфера пропитана пустотой и одиночеством, но задняя дверь открыта, и это дает надежду на то, что внутри все-таки кто-то есть.

На кухонном столе стоит одинокая пустая чашка. Нет ни следа Ви. Надежда рассыпается на глазах. Для верности Росс заглядывает во все комнаты и, убедившись в отсутствии людей в доме, покидает его и возвращается в машину.

Мыслительный процесс давит на череп, кость трещит от напряжения. Неужели они сбежали вдвоем? Неужели Ви выбрала свободу без Дэниела? Где теперь ее искать? Как найти до того, как в дело вмешаются люди пансиона? Или именно этого она и добивается, желая воплотить в жизнь безумный план, на который Росс не согласился бы под любым предлогом?

Дэниел крепко сжимает веки до белых бликов перед глазами. Сколько у него еще есть времени? Счет идет на часы или на минуты? В одиночку не справиться, но кто может помочь? Есть один человек, но станет ли он это делать? После всего…

Дэниел поворачивает ключ в зажигании, автомобиль с визгом срывается с места и несет его в одно из самых нелюбимых мест в городе.

Домой…

Дверь открывает девушка в черной форме. Она опускает голову и делает шаг назад. Дэниел задерживает взгляд на ее запястье, помеченном темной татуировкой. В коридоре появляется Лолита Росс Она даже дома в вечернее время выглядит так, словно готова в любой момент отправиться на красную дорожку или на прием к президенту. Длинное нарядное платье, идеальная прическа, изящные богатые украшения.

— Дэниел?

— Здравствуй, мама. Джош дома?

— Что случилось?

— Мне нужен Джош, — твердо заявляет Дэниел и направляется в левое крыло, где располагается кабинет отчима.

— Сначала ты объяснишь, что происходит. Ночь на дворе. На тебе лица нет!

— Мама… — грозно произносит Дэниел, останавливаясь. — Где Джош?!

— Его нет. Сегодня собрание деловых партнеров, сейчас они должны быть в ресторане.

— Можешь попросить его приехать? — тяжело вздыхает Дэниел, понимая, что снова теряет слишком много времени.

— Могу, но сначала…

— Сначала позвони ему!

Лолита сжимает губы, напрягает идеально прямую спину и твердо шагает по коридору к крайней двери. В кабинете Джоша Кента небольшой беспорядок. Это единственное место в доме, где власть Лолиты не абсолютна, но она смело подходит к столу и снимает трубку с подставки для телефона.

— Джош, ты должен вернуться домой, — повелительным тоном произносит миссис Росс. — Приехал Дэниел, ты ему нужен. Да. Это срочно. Ждем.

Лолита кладет трубку, завершая звонок, и смотрит на посеревшее лицо сына:

— Ты голоден?

— Нет.

— Сейчас я прикажу заварить нам чай, и ты мне все расскажешь.

— Это лишнее. Я просто подожду здесь.

Дэниел садится на маленький кожаный диван у стены, упирается локтями в согнутые колени и кладет подбородок на сомкнутые в замок руки. Все его мысли сейчас заняты Ви. Где она? Все ли с ней в порядке? Куда они с Кейси могли направиться?

— Сынок, — ласково говорит миссис Росс, присаживаясь на край дивана. — Что происходит? Что у тебя случилось?

Дэниел не произносит ни слова, хрупкая ладонь матери ложится на его плечо. У них всегда были непростые отношения, но нельзя сказать, что Лолита не любит своих детей. Она властная и резкая женщина, считающая, что единственно верное мнение только ее и ничье больше, но в глубине души есть нежный цветок женственности и ранимости. Ей пришлось спрятать его, накрыть тяжелым железным куполом и обрасти снаружи стальной броней, чтобы защитить свою семью. Защитить все, что ей дорого. Обстоятельства и сама жизнь сделала из Лолиты волевую личность, и она уже не может вести себя по-другому.

— Не молчи. Прошу тебя, Дэниел.

— Ви исчезла. Я должен найти ее прежде…

— Так эта девка все-таки сбежала? Она тебя обокрала? Я же говорила, Дэниел! Говорила! Почему ты никогда меня не слушаешь?!

— Замолчи, — тихо и устрашающе отвечает он. — Не смей так говорить о ней. Я люблю ее, ясно? И я найду ее. Здесь что-то не чисто. Пропала не только она, ее подруга тоже.

Дэниел отчаянно гоняет мысли, пытаясь найти то, что не дает покоя. Он что-то упускает. Что-то очень важное.

— Дэниел, она тебе не пара. Эти девушки… — усмирив первую волну гнева говорит миссис Росс, — не похожи на нас. То, что с ними делают… Они больше не люди, понимаешь? Их психика сломана. Они не способны мыслить и жить нормально.

— Она другая. Ты не понимаешь.

— Она просто похожа на Кэтрин. Ты видишь в ней то, что хочешь видеть. Вся ее покорность и услужливость…

— Ты ничего не знаешь. Ты видела ее всего пару раз и в обоих случаях пыталась унизить. Она замечательная. И в ней больше человечности, чем в любом, кого я знаю. И она не похожа на Кэтрин, мама. Единственный человек, с которым я могу сравнить ее… Это ты.

Лолита резко вдыхает и хватается за грудь, а Дэниел продолжает:

— У тебя не было ничего, никакой власти и влияния. По сути тебя точно так же продали, как и всех этих девушек, только более порядочно. Выдали замуж. Отец Джорджа и Майкла — сволочь. Мы все это знаем. Знаем, что он больной на голову тиран. А Кевин, — усмехается Дэниел, вспоминая своего отца и по совместительству родителя Терезы и Керри. — Он же псих, повернутый на работе и деньгах. Но ты никому из них не сдалась и сумела защитить нас всех. Мама, я знаю, что ты желаешь нам только добра и готова пойти на все ради этого. У тебя большое сердце. Взять хотя бы тех трех девушек, что работают здесь горничными. Они ведь куклы, принадлежавшие Кевину. После развода ты могла просто уйти и оставить их там, но ты спасла их.