Аид - Мария Летова

Тряхнув плечами, сбрасываю пиджак и отправляю его на спинку дивана, попутно щелкая всеми подряд выключателями и поглядывая на Тину, которая прислушивается к квартире, замерев на месте и хлопая глазами.

- Мы здесь одни, - говорю, зная, как расстроит её эта информация, даже несмотря на то, что сейчас она психованная.

Я не могу этого изменить. Я давно научился принимать то, чего не могу изменить, но это не всегда легко...

Обведя пустую гостиную глазами, Тина цепляется за висящий на стене ошейник и сглатывает, прикусывая губу.

Не глядя на меня, разворачивается на своих золотых шпильках и направляется к комоду, куда сваливает расшитую стразами сумочку и бархатную коробку из-под своих бриллиантов.

Распуская узел бабочки, наблюдаю за её прямой спиной, обернутой в чёрное приталенное пальто, которое она не торопится снимать.

Если она хочет скандала, я готов.

В конце концов - это обычное наше состояние, и мне не привыкать. Моему спокойствию позавидовал бы даже покойник, потому что я просто кайфую от того, что она здесь. Психованная или нет, мне без разницы.

Она здесь. Возможно, их даже двое. То есть, возможно, нас теперь трое. Я пока не знаю, что с этим делать, но я быстро учусь. Очень быстро. И я готов к этому. Я… чертовски готов завести свою семью. Не потому что хотел семьи, а потому что завести семью с Тиной - самая естественная вещь в этом проклятом мире!

Я сделал для этого всё за нас обоих, пока она на каждом шагу ставила мне палки в колёса. Я терпеливо шёл к своей цели. И вот теперь я хочу просто расслабиться.

Но разве я, блдь, могу просто получить заслуженную ласку?!

Нет.

Всю дорогу до дома она делала вид, будто спит. Возможно, причиной тому было присутствие в машине моего брата и её сестры, но моя невеста не проронила ни одного слова за час поездки, и меня это начинает конкретно бесить.

Усаживаюсь на спинку дивана рядом со своим пиджаком, сложив на груди руки и наблюдая за тем, как она резко снимает украшения, отправляя их назад в коробку. Сорвав с головы диадему, откидывает со лба волосы и снимает туфли, отшвырнув в сторону сначала одну, потом вторую.

Вздыхаю, с интересом ожидая дальнейшего развития событий.

Пальто отправляется вслед за туфлями, а я уж на секунду решил, что оно полетит в меня.

Привстав на носочки, она роется в сумочке, маленькая мегера.

Я вижу крохотный кусочек её лодыжек и тонкий капрон чёрных чулок. Вижу, как платье обозначает её ягодицы. Смуглые, как и всё её тело. Цвет её кожи меня с ума сводит. Золотистый, как морской загар. Она такая всюду, даже под коленями. Засранка.

Тина психует, а я спокойно пялюсь на неё, как последняя скотина.

Я ни разу не видел её в чулках с сексуальными кружевными резинками на бёдрах, но я отлично представляю, как это величайшее изобретение всего человечества сядет на её ножки.

Ммммм…

- Тинатин, у тебя какие-то проблем, сердечко моё? - спрашиваю примирительно. - Расскажи, я всё улажу.

Резко развернувшись, она осматривает меня с головы до ног, сверкая карими глазами и часто дыша. Её волосы растрепаны, а губы поджаты. Как давно я не видел этого выражения на её ангельском лице, мать его.

- А ты ничего не хочешь мне рассказать?! - цедит Тина, копируя мою позу и складывая руки на груди.

Ну, блдь, наконец-то! Я уж думал, мы никогда не приступим!

Даже сидя на спинке дивана я выше её на полголовы, и эта воинственность с её стороны выглядит чертовски нелепо.

- Что рассказать? - строю из себя идиота, спокойно принимаясь за запонки.

- Ты сказал, что тебе двадцать пять! - бросает она мне в лицо, начиная расхаживать туда сюда.

- Значит, я что-то напутал, - пожимаю плечом, отправляя их в карман брюк.

Замерев, она выпаливает в неверии:

- Очень смешно, Аид.

- Если это всё… - намекаю я, оставляя руки в карманах.

- Нет, не всё, - топает она ногой, останавливаясь в шаге от меня. - Ты меня обманул!

- Это не смертельно, - раздраженно бросаю я, не собираясь воспринимать всерьез эти унизительные для любого мужчины обвинения.

- Ты сказал, что тебе двадцать пять, а тебе… тебе двадцать один! Боже… - хнычет она, прикрывая ладонями глаза.

- Это что ещё значит, чёрт возьми?! - не выдерживаю, вставая и разворачивая её к себе за плечи.

Задрав лицо, она смотрит на меня снизу вверх и выкрикивает:

- Мне летом исполнится двадцать пять…

- И, что? - психую я.

- То! - в сердцах поясняет Тина.

Выгибаю брови, намекая на то, что ни хрена не понял.

- Ты сам знаешь!

- Скажи спасибо, что я избавил тебя от твоей драгоценной девственности, а то ты носилась бы с ней до тридцати.

- Тебе двадцать один, - обвинительно повторяет она.

- Двадцать два, - сурово поправляю я.

- К чёрту! - заявляет эта ненормальная. - Никто не женится в таком возрасте!

- Что за чушь? - гаркаю, тряхнув её плечи.

Марат женился на Мире в восемнадцать! В восемнадцать, блдь! Вот такого точно никто не делает!

Сбросив мои руки, Тина начинает метаться по комнате, как ошпаренная кошка.

Резко остановившись посреди гостиной, она вдруг обвинительно выдаёт:

- Думаешь, я не видела, как липла к тебе эта брюнетка?!

- Это здесь при чем? - изумляюсь я, разворачиваясь вслед за ней.

- Если бы меня не было, она бы залезла к тебе в штаны! - кричит Тина, раскрасневшись. - Прямо там, за столом!

- Я хочу, чтобы в мои штаны залезла ты, - рычу, кладя руки на бёдра. - Сейчас.

Вместо этого, её губа начинает дрожать. Как и её подбородок.

Что за на хрен чудеса?!

Настораживаюсь, чувствуя волнение в груди. Я никогда не видел её такой. Никогда.

- Я… не понравилась твоим родным… - хрипло говорит Тина, обнимая себя руками и опуская лицо с по-детски поджатой губой. - Думаешь, я не поняла?

- Тинатин, у тебя сегодня мозги набекрень? - воплю я, резко проводя рукой по волосам. - Как, блдь, всё это вообще между собой связано?!

- Что я им всем сделала?! - в отчаянии кричит она, вскидывая на меня полные слёз глаза. - Я никому не навязываюсь, я… я...

И моя дикарка начинает реветь…

Опустив плечи и спрятав лицо в ладонях.