Неродная сестра мажора - Злата Романова

— Что? Нет, конечно! Жека, ты дебил! Это не так называется!

— По-моему, это даже хуже, — пожимает плечами его сумасшедший друг. — Бро, она же твоя сестра.

— Она мне не сестра! Завали хлебало и катись отсюда! — выходит из себя Кир, резко вырываясь из моих удушающих объятий и отходя на шаг.

— Воу, спокуха! Я всего лишь хотел разрядить атмосферу, придурок! — обиженно говорит Жека. — Черт, Ася, идем отсюда. Пусть мальчики выпустят пар.

— Нет! — пугаюсь я, поворачиваясь к Феду, который выглядит довольно скучающим и совершенно спокойным. — Фед, ну пожалуйста…

— Я не собираюсь ни с кем драться, — вздыхает он, проходя мимо нас. — Кир, прочисти мозги. Твоя ревность уже достала, держи себя в штанишках, сынок.

— Я ведь узнаю, если это ты, — говорит Кирилл.

— Не я, — удаляясь от нас показывает фак Фед.

Почему-то, я ему верю и судя по тому, что Кир не бежит набивать ему морду, он тоже включил здравый рассудок.

— Эй, не смотрите на меня, я в ту ночь вас даже не заметил, а то точно сам сфоткал бы, — поднимает руки Жека. — Вы тут это… Остывайте, что ли, а я пойду.

Когда и он уходит, я в изнеможении дохожу до лавочки и плюхаюсь на нее. Боже, ну и денек! Я так переволновалась, что седина мне точно обеспечена. Смотрю на застывшего Кира и заметив мой взгляд, он отмирает и подойдя, садится рядом.

— Ты как? — спрашивает парень, обводя пальцем уголок моего глаза. — Глаза красные. Плакала?

— Нет, — качаю головой, прижимаясь щекой к его руке. — Мне было так стремно, Кир. Я и не представляла… Я не была готова к тому, что стану новой сенсацией…

Неожиданно, все скопившееся внутри напряжение вырывается слезами и я громко всхлипываю. Кир тут же обнимает меня, позволяя выплакаться на своей груди, на этот раз даже не пытаясь утешить и заставить перестать, а просто позволяя выплеснуть эмоции так, как я умею. До тех пор, пока я сама не успокаиваюсь и не отстраняюсь от него, вытирая мокрое лицо руками.

— Давай поедем домой, — прошу его. — Я не могу сейчас туда вернуться и снова терпеть шепотки за спиной.

— Пойдем, — соглашается он, помогая мне встать и обнимая за талию.

В последние пару недель столько всего произошло, что ничего удивительного в том, что я уже на грани нервного срыва. А уж сколько занятий я пропустила! Подумать страшно, но я реально не могу вернуться туда неподготовленной. А еще… Кажется, придется признаться папе раньше, чем я надеялась, потому что если он узнает о нас с Киром от кого-то другого, то это будет паршивее некуда. Моя жизнь меняется так стремительно, что это даже пугает. Я переезжаю, а еще, похоже, мы с Киром реально встречаемся и это гораздо серьезнее, чем если бы я начала отношения с любым другим парнем, потому что нас слишком многое связывает вместе и теперь это, вдобавок ко всему, стало еще и достоянием общественности.

— Мне страшно, Кирилл, — признаюсь в тишине его машины, пока он напряженно смотрит перед собой на дорогу.

— Я знаю, — неожиданно ласково шепчет он, переплетая наши пальцы. — Но все не так плохо, как тебе кажется, мелочь. Вот увидишь. Я все улажу.

— Меня больше беспокоит реакция папы.

— Дядя Петя нас поймет, — вздыхает Кир. — Но придется поговорить с ним сегодня же, пока кто-то не донес до него все раньше и в более извращенной форме.

— Хорошо, — соглашаюсь я. — Но чем больше тянем, тем больше я нервничаю. Давай прямо сейчас поедем к нему в офис.

— Ладно, — соглашается Кирилл, перестраиваясь, чтобы развернуться.

«Он поймет» — мысленно повторяю я себе вновь и вновь, но сердце все равно бешено колотится от страха перед реакцией папы.

Глава 25

Я цепляюсь за руку Кирилла как только мы выходим из машины у офиса папы. Это инстинктивное движение, но, когда он переплетает наши пальцы, я нервничаю чуточку меньше. С ним спокойнее и так было всегда. Я искала у него защиты от других людей даже в то время, когда некому было защитить меня от него самого. Я не забыла отвратительное отношение Кира ко мне, но моя привязанность к нему и его хорошие поступки все равно перевешивают.

Секретарь папы докладывает о нас и когда мы заходим в кабинет, и папа, посмотрев на наши сплетенные руки, кажется, все понимает. Потому что нам не свойственна такая близость, мы с Киром всегда воевали и спорили, а не ходили за ручку, как дружные брат с сестрой.

— Привет, пап, — нервно улыбаюсь я.

— Дядя Петя, — кивает ему Кир. — Нам нужно поговорить с тобой.

Папа встречается с ним взглядом и мне кажется, что между ними происходит бессловесный разговор, которого я не понимаю. Наконец, папа прикрывает глаза и тяжело вздыхает.

— Это то, о чем я думаю? — спрашивает он у Кирилла, все еще не глядя на меня.

— Да, — без колебаний отвечает тот.

— Тогда я хочу поговорить сначала с Асей. Подожди в приемной Кирилл.

— Но папа… — пытаюсь возразить я, однако, Кир сжимает мою ладонь и покачав головой, отпускает меня, покорно выходя из кабинета.

— Папа, — непонимающе поворачиваюсь я к нему.

— Сядь, Ася, — строго говорит он.

Я иду к стулу на дрожащих ногах и сажусь, глядя на него во все глаза. Ничего не понимаю. Неужели, папа знает о нас? И почему Кир сразу ушел, бросив меня, когда раньше он никогда не робел спорить с папой и доказывать свою точку зрения?

— Так вы с Киром теперь пара? — спрашивает меня отец.

— Ну… мы вроде как встречаемся, — как идиотка, мямлю я.

— Вроде как или встречаетесь? Ты действительно этого хочешь, Ася? — папа явно не одобряет эту идею. Блин, этого я и боялась!

— Да, — отвечаю решительно. — Пап, я понимаю, что это неожиданно, но так получилось. Кир и я… Я не думала, что