Только с тобой - Кира Фарди

Оля опустила глаза. На кого она злилась? Конечно, на себя. Ни сын, ни гость не виноваты в ее фантазиях. Это она выдаёт мечту за действительность, а вымещает недовольство жизнью на близких людях.

— Простите, давайте завтракать.

Оля быстро разложила яичницу по тарелкам, нарезала хлеб, сварила кофе. Ели молча. Даже обиженный Венька сидел на своём стульчике, не трещал без умолку, как обычно, а возил чашкой с чаем по столу. Потом мальчик тихонько оставил взрослых и вернулся с двумя машинками. Он положил их на стол и ткнул рукой Илью. Тот поднял глаза.

— Это тоботы, — прошептал Венька гостю на ухо. При этом он косился на мать: не заругает ли.

— Правда? Первый раз такие машинки вижу, — поддержал игру Илья и тоже покосился на сердитую Олю.

— Они так называются, потому что превращаются в роботов. Смотри.

Маленькие пальцы замелькали в воздухе, и через секунду пожарная машина на превратилась в красного робота, а из джипа — в желтого.

— Здорово! — Илья опять покосился на Олю, но девушка пила кофе, глядя поверх головы сына. Илья оглянулся: там, на стене, висели часы.

— Веня, поиграй с роботами немного во дворе. Ладно? Нам с мамой поговорить надо, — решил Илья.

— А ты потом придёшь?

— Конечно. Ты мне ещё не все игрушки показал.

Венька убежал.

— Оля, прости, что никак не начну разговор, но то, что я хочу сказать, очень трудно выдавить из себя. Ты только не кричи на меня, не обзывай сумасшедшим. Выслушай.

— Хорошо. Говори и уезжай.

— Оля…

— О боже! Да не мямли ты! Я слушаю.

— Разреши сделать тест ДНК на отцовство, — выпалил Илья и втянул голову в плечи, будто ожидая удара.

— Чт-о-о-о! С какого перепугу? Или от горя у тебя крыша поехала? — Оля чуть не захлебнулась от возмущения и стала большими глотками допивать кофе.

— Не поехала. Просто открылись новые обстоятельства, — Илья замолчал, пережидая, пока Оля придёт в себя от его заявления. Она чувствовала себя так, будто оказалась под асфальтовым катком.

— Что ты хочешь сказать? — прошептала она неожиданно осипшим голосом. — Что тогда, в лесу… был ты?

Она вскочила и кинулась в комнату, остановилась. Бросилась к выходу, раскрыла дверь. Вернулась и стала выталкивать Илью на улицу. Она не могла говорить. От ярости и разочарования свело спазмом горло. Она могла только толкать, толкать, толкать…

— Нет! Нет! — крикнул Илья, пытаясь остановить истерику девушки. — Не я! Я думаю, это был мой… мой… отец! — последнее слово он произнёс едва слышно и тяжело задышал.

Оля замерла. Руки бессильно упали вдоль тела. На нее навалилась такая усталость, что казалось, если она сейчас не сядет, то упадет на пол и разобьется, как белое яйцо.

Она прошла к дивану, тяжело опустилась на край, сложив руки на коленях. Гость встал рядом, но молчал. Информация была настолько шокирующей, что нуждалась в осмыслении. Наконец она посмотрела на Илью. На белом, как его футболка, лице синим пламенем полыхали глаза. Темным пятнышком выделялась на подбородке ямочка. Такие родные и знакомые черты. Сколько раз она целовала их у сына!

— Почему? — Оля прокашлялась. — Почему ты решил, что это был Антон Николаевич? Он никогда не интересовался мною.

— Я нашёл в его бумагах своё письмо к тебе.

Илья протянул Оле сложенный вчетверо и помятый листок бумаги. Она взяла его, медленно расправила и стала читать. На середине остановилась, подняла глаза на Илью, не в силах продолжать. Опять перед глазами появилась картинка: Мама что-то прячет от неё за спину. Если бы она могла вспомнить, когда случился этот эпизод! Но нет. Картинка осталась, а время стерлось из памяти.

— Письмо ни о чем не говорит, — наконец разжала губы она. «Рассказать Илье о своём видении или нет?» — лихорадочно металась в голове мысль.

— Сергей Викторович, папин друг, говорит, что отец в то время, когда я оставил письмо, был в командировке на Дальнем Востоке. Но я сомневаюсь. Просто не понимаю, как письмо оказалось в ящике его стола.

— А ты не думал, что его кто-то Антону Николаевичу передал? — спросила Оля, все ещё боясь поделиться сомнениями.

— Я бы подумал, что это случайность, но Венька так похож на меня и моего отца, что я измучился, решая эту загадку.

Оля помолчала. Доводы Ильи не укладывались в картину ее воспоминаний. Ей казалось, что в лесу на неё напал совершенно незнакомый человек. Она не слышала раньше его голоса, не чувствовала запаха. Ни разу мысль, что подлость сотворил с ней Илья, не приходила в ее голову. А уж то, что это сделал его отец, тем более.

— Что ты докажешь, если сделаем тест?

— Если на тебя напал мой отец, и Венька — его сын, я возьму ответственность на себя.

— Каким образом?

— Ну…, — Илья замялся. Над этим вопросом он пока не задумывался. — Не знаю. Пока я просто хочу выяснить, не причастен ли к насилию над тобой отец.

— Хорошо. Тебе нужен биологический материал.

Илья оторопел. Он явно не ожидал, что Оля так быстро согласится. Она видела, каким растерянным и беззащитным стало его лицо. Оле хотелось подойти и обнять его, утешить, сказать, что для нее совершенно неважно, чей Венька сын. Она уступает просьбе Ильи только для того, чтобы он успокоился. Она понимала, как тяжело парню в один момент потерять отца и понять, что, возможно, тот был еще и подонком.

Глава 27

— Ты согласна? — Илья удивленно приподнял брови. Они выгнулись домиками, а кожа лба собралась в горизонтальные морщинки.

Получилось такое комичное выражение лица, что Оля чуть не засмеялась, но сдержалась. Она вообще не понимала себя. Илья истерзан душой, говорит ей о страшных подозрениях, а она спокойна. Неужели ее действительно не волнует, кто отец ребенка?

— Да. Где ты планируешь делать тест?

— Есть два варианта, — бровки-домики встали на место. — Сергей Иванович предлагает сделать его сам через служебные каналы. Но я ему не доверяю. Чтобы обелить имя отца, он может и подтасовать результаты. А второй вариант — через мою юридическую консультацию. Мы, бывает, решаем такие вопросы.

— Я предлагаю сделать тест в нашем областном центре. Поедем сегодня с Венькой и все решим. Эта процедура будет официальной, и сомневаться не придется ни в чем.

— Господи, Оля, я даже не надеялся, что ты согласишься, — Илья растерянно протянул к девушке руки, но она сделала шаг в сторону.

— Извини, я просто хочу, чтобы ты исчез из нашей жизни. Если я не позволю тебе сделать тест, ты не