Ари - Елена Филон

Знал бы он… что я не лгал.

И да, понятия не имею, что теперь делать со всем этим. В одном Аритея была стопроцентно права: не уверен, что смогу повторить ей те же слова, когда моя работа закончится.

Не уверен даже в том, что мы с ней вообще после этого увидимся.

Вот так вот всё дерьмово складывается.

Что касается детектива-чтоб-его-Парка. Он чист. Официальный коп со стажем, хоть и не большим. Вчера я отправил фото его документов, что отснял с помощью встроенной в очки камеры, и Тим довольно быстро пробил его личность и личность этой блондинки-офицера. Даже если они и замешаны в чём-то нелегальном, например, в грязных делишках ЦРУ, то нам об этом не узнать. По крайней мере, пока. А с другой стороны, если бы эта парочка была замешана в чём-то подобном, они бы уничтожили анонимку, как только её обнаружили.

После полученных распоряжений от семьи Холтов, я подобающе попрощался и вышел на улицу к машине.

Что творится с этой дьявольской погодой? Забыл уже, когда в последний раз солнце видел. Сплошные дожди и ветра, ни капли просвета. Ни в чём.

Голос Тима зазвенел в ухе, стоило мне захлопнуть за собой входную дверь:

– Там сейчас мышку-малышку по поводу защищённого секса натаскивают.

Я замер на последней ступени. Нахмурился.

– Чудно, – не сдержал смешок.

– Чудно? – повторил Тим. – Это слово из какого века, приятель? Моя бабуля

и-то современней выражается.

– Твоя бабушка – бывший зек.

– Это было сто лет назад!

– Привычки не меняются.

– Да чтоб тебя, Ари!

Я усмехнулся:

– Как там дела у Болтона?

– О! У нашего извращенца всё просто замечательно! Видео в полиции. Болтоны там же в полном составе. Кранты сыночку прокурора. Могу узнать больше.

– Не надо. Просто следи за тем, чтобы в протоколе не засветилось моё имя. И имя Теи, как пострадавшей, тоже. Не нужно ей это заново переживать.

– Понял.

– Потом расскажешь, на сколько его закрыли.

Сел за руль авто и захлопнул дверь.

– Что насчёт детектива? – задал вопрос Тим. – Пробивать дальше?

– Бессмысленно, – я задумчиво смотрел на входную дверь и отбивал пальцами по рулю. – Придётся смотаться в участок… И поинтересуйся у заказчика, что вообще за чертовщина происходит. Этого точно не было в планах.

– Опять ты за своё…

– У тебя остался один день, Тим.

– Это в каком смысле? Прикончить меня собираешься?

– Один день выяснить, что за урод за нами таскается и что за урод отправляет анонимные письма нездорового характера в полицейские участки.

– Думаешь это один человек?

Я устало вздохнул. Отсутствие сна давали о себе знать, но я не мог спокойно спать, зная, что какой-то ненормальный попёрся за нами в сам Спрингфилд и желает Тее смерти. Пришлось следить за домом и его территорий. Ну и… да-да, я в принципе не могу спать в чужой постели и на чужих простынях.

– В этой истории и так слишком много действующих лиц, чтобы раздавать новые роли, – ответил я Тиму. – Так что да, думаю это один человек. И у него планы не только насчёт Аритеи, но и на меня.

– Я работаю над этим, – сквозь зубы процедил Тим.

– Плохо работаешь. Последний день, Тим. И я лично поинтересуюсь у заказчика насчёт нашей «тёмной лошадки».

Тим не ответил. Только раздражённо вздохнул.

– Что насчёт Криса Захари?

– У меня что, по-твоему, пять пар рук и столько же пар глаз?

– По крайней мере, ты не лишён сна. А деньги мы получаем одинаковые!

– Ладно-ладно, спокойно, приятель. Пока что не нашёл ничего стоящего. Переспроси через пару часиков.

Я выдержал паузу:

– Следующий вопрос…

– А вот на этот счёт только попробуй мне высказаться! – вспыхнул Тим. – Ты мне о событиях семнадцатилетней давности нарыть сказал! А у меня в башке нет компактного архивчика на любой счёт, так что не надо тут… Знаешь сколько в Филадельфии за тот год случилось пожаров? Охренеть сколько! Озвучить цифры? Да и вообще, у нас нет никаких гарантий, что наша малышка родом отсюда. Даже она сама не знает этого наверняка, просто… догадывается. Мило, ага.

Я прикрыл глаза и откинулся затылком на подголовник:

– Заканчивай ныть.

– Я не ною! Я работаю! И у меня всего один мозг!

– Неужели в тот год так много детей погибло в пожарах?

– Хватает, знаешь ли. И особенно весело становится, когда к нужной информации доступ закрыт. Кстати… я тут подумал…

– Не интересно, – перебил я Тима и открыл глаза, глядя, как Тея целует Холтов и быстро сбегает по ступеням крыльца. Не улыбается. Она вообще редко себе это позволяет.

– Нет, послушай! – вспылил Тим. – Это важно!

– Потом. Я на работе, – отключил наушник и бросил его в бардачок.

Тея кинула сумку с вещами из дома на заднее сидение и села рядом со мной.

– Ну? – Выглядит требовательно.

– Что, ну?

– Я выспалась.

– Молодец, – не сдержав улыбки, нажал на педаль газа и вырулил с подъездной дорожки дома Холтов.

Чувствовал, как взгляд Теи прожигает висок. Она недовольна. Возможно даже разочарована. А мне просто нравится её дразнить. Она забавная, когда проявляет хоть какие-либо эмоции вместо того, чтобы быть сдержанной и замкнутой. Кажется, что так я узнаю её лучше. Так она становится ближе, раскрепощается. И один чёрт знает, почему меня это так волнует.

Вчера, когда держал её в объятиях, на миг показалось, что кроме ощущений, что рождаются внутри меня в её присутствии, мне в этом мире больше ни черта и не надо. А это не правильно. Это разрушит меня и всю мою жизнь. Только я почему-то позволяю этому продолжаться, веря, что справлюсь и с этим. Ведь я совсем справляюсь.

Мы уже выехали из города, а Тея всё продолжала сверлить меня взглядом.

– Лжец, – отвернулась к окну.

Обиделась?

Я улыбнулся шире и обратил внимание, что сегодня её волосы собраны в хвост.

Что-то в ней меняется.

И что-то меняется во мне. Буквально трещит по швам.

– Эй, – мягко позвал, съезжая на обочину, – если разобьёшь тачку, будешь расплачиваться до конца жизни.

Тея удивлённо взглянула на меня:

– Но у меня нет таких денег.

Я не сдержал смешок:

– Вот тебе и крутой водитель.

– Получше тебя.

– Уже верю. Вылезай. И насчёт того, что будешь расплачиваться – я не шутил. – Ухмыльнулся. – Не обязательно деньгами.

Тея смутилась, но за руль с радостью села.

В общем, надо отдать ей должное. Она и вправду отлично водит, чего совершенно не ожидал