Красивая ошибка - Лена Вечер

— Ты поймешь, когда он придёт. Если ему понравится массажистка в салоне, то он обычно заказывает массаж на выезд, к себе в офис. А ты ему обязательно понравишься, я уверен. Тебе это и нужно будет. Попасть в его офис, в его кабинет, в его компьютер.

— Но если у меня не получится? Ты так говоришь, как будто это так просто.

— У тебя получится, я знаю, — уверяет Андрей и я глубоко вздыхаю, вконец растерянная и не зная, что сказать.

— То есть то, что мы встречаемся и спим ничего не значит для тебя? Ничего, что я буду работать голая и доводить мужчин до оргазма? Для тебя это приемлемо? — произношу эти слова, а сама не верю во всё происходящее. Как вообще он такое может просить? К настолько свободным отношениям я не была готова.

— Алика, ведь я изначально не скрывал, что не святой. А ты что, не заметила? Мужчина, который то исчезал, то появлялся, то вновь тебя игнорировал, а затем как ни в чём не бывало занимался с тобой сексом. Только несмотря на всё это, ты хотела, искала встреч со мной. Что вообще ты во мне нашла? — с этими словами он со злостью бросает последнее оставшееся платье в чемодан и захлопывает его.

— Зачем ты так со мной? — его слова меня ранят, мне больно и не приятно слышать их с его прекрасных уст. С уст, которые совсем недавно меня нежно ласкали, любили, а теперь обнажают горькую правду.

— Алика, ты много для меня значишь, каким бы плохим я не был. И ты это прекрасно знаешь. Просто сейчас у меня проблемы, которые обязательно пройдут и всё будет хорошо. Я обещаю.

— Не знаю, — будто себе под нос мямлю я.

— Ты всё знаешь. А теперь нам нужно собираться, мы опаздываем, — Андрей проводит подушечками пальцев по моим губам и отходит. Отворачивается к окну и закуривает очередную сигарету, а мне не остается ничего, как пойти собираться.

Глава 19

«Осталось пережить март и раствориться в весне».

Я крепко сжимаю в руках бутылёк с маслом и цокая каблуками по паркету, иду на сеанс к своему первому клиенту. К первому настоящему клиенту, потому что Андрей не в счёт. То, что было между нами в салоне — исключение, которое случилось потому что я потеряла голову. А сейчас всё иначе. Незнакомый мужчина и я. С каждым шагом из-под полупрозрачного пеньюара оголяется упругая небольшая грудь, которую пытаюсь безрезультатно прикрыть. Мне страшно и волнительно. Смешались двоякие чувства: желание угодить Андрею и быть ему нужной, но в то же время доказать ему, что стою большего и заставить его ревновать, если такое вообще возможно. Он попросил помочь и я, переступая через свои принципы, согласилась. Возможно, я совершаю ошибку и нужно было отказаться и уйти от него, но я не смогла. Не смогла переступить через свои переполненные чувства, которые бьют через край.

Предыдущие дни были сумасшедшими. Девочки-массажистки обучили меня искусству и разным фишкам эротического массажа, хоть я интуитивно знала, как его делать. Первый раз делала Андрею и ему очень понравилось, но закончилось так, как категорически не должно заканчиваться здесь. Это было не сложно, потому что я от него без ума и руки сами знали, как гладить, а губы как ласкать безо всякого там обучения. Но чтобы приступить к работе, необходимо было обучиться. Получив необходимую базу навыков, я вышла на работу в другой части салона, которую всегда так избегала и презирала.

Сердце громко стучит, руки предательски дрожат, пока тянусь за ручку двери. Тихо открываю её и тут же встречаюсь взглядом с клиентом. Андрей говорил, что я пойму, когда придёт «тот самый» клиент, если он закажет после массажа выезд к нему. Неизвестность напрягает, потому что это означает, что должна понравиться и угодить всем, чтобы не пропустить того самого.

Мужчина расположился на кресле и слабо мне улыбается. Невысокого роста, лет сорока пяти, слегка полноват, сидит в одних трусах с ожидающим видом.

— Добрый день, — как можно увереннее произношу, потихоньку входя в роль. И к черту все принципы, сейчас я на работе и теперь я не нежная и добрая Алика, а чувственная и дерзкая Анжела.

— Привет, ты очень красивая, — он жадно поглощает меня своими маленькими чёрными масляными глазами, — в жизни даже намного лучше, чем на фото.

Он встаёт и подходит ближе. Развязывает мне пеньюар, тот скользит по телу и с легкостью падает на пол. Остаюсь стоять в одних лишь кружевных трусиках и на высоких каблуках.

— Станцуешь для меня? — клиент указывает взглядом на стоячий неподалёку шест.

— Да, конечно, — отрываю взгляд от его самодовольного лица и плавной походкой от бедра направляюсь к шесту.

— Мне хочется снять твои трусики, — мужчина перехватывает меня на полпути и хватает за бёдра.

— Подожди, оставь это на десерт. Сейчас всё будет, сначала обещанный танец. Присядь, — игриво произношу и слегка отталкиваю его от себя.

Музыка льётся ручьем из колонок. Беру клиента за руку и отвожу к креслу. Он присаживается, продолжая смотреть на меня щенячьими глазам пока я плыву к шесту. Медленно начинаю свой чувственный танец. Кружусь у шеста, рисую ногами спирали в воздухе, скольжу руками по телу, бёдрам. Присаживаюсь на корточки, игриво раскрываю двумя руками бёдра и также неожиданно их закрываю. Встаю, взмахиваю ногами, словно крыльями, выгибаюсь в спине как кошка, показывая всю свою грацию. Волосы летают, падают сексуально на чувственное и дерзкое лицо, глаза из-под полуопущенных ресниц смотрят на клиента снизу-вверх. Я сама себя не узнаю. Это словно другая девушка, которой, возможно, я всегда хотела быть, но которая спала глубоко внутри меня.

Затем одним легким движением снимаю свои трусики и бросаю их прямо в лицо клиента. Он их ловит и преподносит к носу, закатывает глаза и резко сжимает в кулаке. В его диких глазах загорается пламя, он опускает руку на свой член, который выпирает через трусы. Перед ним зрелище, от которого невозможно устоять: я танцую перед ним совершенно голая на высоченных каблуках, ноги кажутся бесконечными, а тело невесомым. Дразнюсь и раскрываю свои прелести перед ним. После чего медленно и чувственно начинаю себя ласкать, поглаживаю грудь и опускаюсь ниже к раскрытым ногам. Клиент уже не в силах терпеть и начинает мастурбировать.

— Ты такой нетерпеливый, — подползаю к нему, усаживаюсь на его бёдра и начинаю ласкать руками окаменевший член, — предоставь это дело мне.

— А ты мне, — хрипло говорит