Сердце из хризолита - Эля Рин

Потемнел лицом волшебник…

— Смотрите, Грета, — перебил меня Кейд.

Я подняла глаза от тропинки под ногами и увидела, что из-за деревьев появляется каменная стена.

— Это не похоже на домик волшебника.

— Не похоже, — я покачала головой. И не стала добавлять, что гораздо больше стена и крыша дома за ней походили на имение славного рода Эламир. А когда мы подошли к воротам, я почувствовала магию. То самое плетение заклятий, что охраняло мой дом… Дом, который когда-то был моим. И дом дядюшки в Вердене. Теперь я гораздо лучше понимала это ощущение, и даже могла бы, наверно, понять, какие элементы магии изменились по прошествии сотен лет, а какие остались прежними…

— Грета? — обеспокоенно спросил Кейд.

Я закусила губу, провела пальцем по створке ворот и сказала:

— Дальше я должна идти сама.

— Это может быть опасно.

— Меня заклятие пропустит. Вас же…

— Я могу его разрушить.

— И привлечь внимание охраны. Не надо, — я твердо посмотрела на Кейда. — Это моя тайна.

Он молча покачал головой. Потом отступил в сторону.

— Мой разум кричит, что нельзя отпускать вас одну. Мое сердце твердит, что надо довериться вам. Но… — он тряхнул головой. — Скажите только, что вернетесь, чтобы досказать мне сказку. Та девушка… она научилась любить?

— Я вернусь, — ответила я и медленно потянула на себя створку ворот. Та поддалась удивительно легко. — Хотя бы ради сказки.

Хотела добавить “На самом деле, ради вас”, но промолчала.

Судьба уже влекла меня вперед, и невозможно, просто невозможно было сопротивляться ей.

В саду никого не было.

На крыльце — тоже, хотя стоило мне шагнуть на первую ступеньку, как двери скрипнули и распахнулись.

Я медленно вошла в холл и замерла, пытаясь понять, куда идти дальше. Сердце испуганно колотилось, а еще я никак не могла придумать должное приветствие. “Доброго дня вам, господин, я ваша пра-пра-пра-правнучка. Только недавно я узнала, что на самом деле наше родство нигде не записано, зато есть некая тайна. Не поведаете ли вы ее? Она нужна мне, чтобы получить обычное человеческое счастье. И любовь”. О небо, как глупо звучит!

Потом из коридора послышались быстрые шаги.

Я сжала кулаки и сглотнула.

“Доброго дня вам, господин…”

А потом он вошел в холл, и все слова разом вылетели у меня из головы. Перед глазами поплыло, и перед тем, как опуститься на пол, я успела прошептать лишь:

— Ты… Это ты…

11.3

Я очнулась в большой светлой комнате, полулежа на кушетке. С заботливо подложенной под плечи подушкой, изо всех сил, до боли в пальцах вцепившаяся в резной подлокотник в виде головы грифона.

Стоило мне пошевелиться, как стоящий у окна мужчина обернулся.

— Ты меня узнала, — сказал он. И не поймешь по интонации, то ли удивился, то ли сам себе обрадовался.

А я испуганно рассматривала его, подмечала малейшие детали, пыталась понять: что не так? Это обман? Это искаженное время заманило меня в ловушку? Или он действительно отправился сюда, следом за мной? Он знает мою тайну? Он решил меня спасти?

— Столько вопросов у тебя в глазах, — покачал головой дядюшка Винс. — Только боюсь, что я не сумею ответить на все. Или отвечу совсем не так, как тебе надо.

— Как тот волшебник из сказки? — о чем я вообще спрашиваю? Неужели именно это сейчас важно?

— Я рассказал тебе эту сказку… — снова, то ли утвердительно, то ли вопросительно проговорил он. — Хорошо. Я постараюсь вести себя не как он. Но сначала мне нужно знать, как ты сюда попала. Расскажи. Только, пожалуйста, ничего не упускай.

— С какого места мне начать? С того, когда мы изобрели тайный шифр? Или когда ты оставил слугам распоряжение принять меня в домике в Вердене… И было это за много лет до моего рождения? Как я могу не упустить ничего, если ничего не понимаю? — мне хотелось кричать, и плакать, и снова стать маленькой девочкой, которую возьмут на руки, прижмут к груди, и будут долго-долго гладить по волосам, пока мир снова не станет прежним. Добрым, ласковым, нежным. Но глаза оставались сухими, пальцы все так же сжимали резной подлокотник, и голос был… почти спокойным. Потому что маленькая девочка может позволить себе плакать. Но я, обретя волшебную силу, пройдя через столько испытаний, не должна позволять себе быть слабой.

Он подошел ко мне и и улыбнулся, чуть склонив голову к плечу. Настоящий дядюшка Винс. Тот самый. Настоящий. Я бы почувствовала обман.

— Расскажи, как получится,  — мягко сказал он.

Однако некоторые вещи я так ему и не рассказала. Про то, как я полюбила Кейда. Про то, как до последнего сомневалась, бить метаморфа магией или бежать от него. Про то, как корила себя за то, что была глупой, непредусмотрительной, импульсивной. Про то, как боялась искаженного времени. Боялась до ледяного комка в горле.

А потом я сама спросила:

— Ты раскроешь мне условия договора?

— Нет, — он отвернулся к окну, заложив руки за спину. — Я связан клятвой. Как и Мастер Времени. И король. Но, послушав твой рассказ, я могу точно сказать, куда тебе надо отправиться, чтобы самой узнать ответ. Сейчас найду перо, и…

— Ты для этого оставил мне записную книжку? — я потянулась к сумочке на поясе.

— Книжку? — он растерянно улыбнулся. — Да. Видимо, да.

11.4

— Когда у тебя день рождения, напомни? — спросил дядя Винс, сосредоточенно выводя на странице какие-то знаки. Они не были похожи ни одни из известных мне. Не переход, не портал, не полет…

— Четвертого числа желтого месяца. Ты… забыл? — растерянно проговорила я.

Он поднял голову и внимательно посмотрел мне в лицо.

— Нет.

— А…

— Ты не понимаешь?

Я качнула головой. Неуверенно. Потому что объяснение происходящему было очевидно, оно лежало на поверхности, да