Как "мёртвой" принцессе выжить в мире драконов 2 - Марина Николаевна Леванова

— Акзиф, что происходит? — Летильда, с опаской поглядывая на меня, попятилась от кровати. 

У меня создалось впечатление, что юной драконице никогда прежде не доводилось видеть семейного мага таким обескураженным, даже испуганным. И это её сильно напугало. 

— Нам нужно уходить, — серьёзным тоном проговорил Акзиф, сверля меня испытующим взглядом. — Всё напрасно, моя госпожа!

Я едва заметно улыбнулась, давая ему понять, что это правильное решение. 

Летильда ошеломлённо посмотрела на мага и нетерпеливо произнесла:

— О чём ты? Ничего не напрасно! Я вернула дракона к жизни, и теперь получу свою заслуженную награду. 

— Нет, — негромко сказал Акзиф. — Это не ты вернула дракона к жизни, а она. 

И это откровение прозвучало настолько неожиданно, что Летильда какое-то время просто стояла и ошеломлённо хлопала ресницами, но потом подошла к магу и сквозь зубы процедила:

— Что ты несëшь?

Но маг проигнорировал юную драконицу и продолжал рассуждать вслух: 

— А я-то всё голову ломал: куда делась магия из медальона? Так вот, значит, что случилось! 

Летильда непонимающе посмотрела на меня, перевела взгляд на мага и требовательно произнесла:

— Ничего не понимаю. Ты можешь объяснить толком? 

— А тут и объяснять нечего. — Акзиф не отводил от меня пронзительного взгляда. — Когда я принёс твоей семье медальон, он был уже пуст. И отправиться с ним к дракону было сомнительной затеей. 

Летильда вцепилась в руку мага и зашипела:

— Акзиф, да ты, видно, с ума сошёл! 

— Почему? — удивился маг и наконец соизволил взглянуть на юную драконицу. 

— Зачем об этом говорить при ней? — в меня укоризненно ткнули пальцем.

«Да, зачем?» — я многозначительно, как мне казалось, скосила глаза в сторону заговорщиков. 

У меня наконец появился хоть какой-то прогресс. Я уже могла смотреть в любую сторону, хлопать ресницами и таинственно улыбаться в ответ на колкости высокомерной драконицы, но вот тело всё ещё не желало слушаться. А ещё меня очень смущало то, что Дармат так долго не возвращается в комнату. Он что там, решил старшим женщинам рассказать всю историю своего вынужденного одиночества до сегодняшнего дня? Но тут меня от мыслей отвлекло заявление мага:

— Она никому ничего не расскажет! — Прозвучало это довольно зловеще. 

Летильда удивлённо спросила:

— Да с чего ты это взял? 

— Если она расскажет о «Драконьем сердце», ей тогда придётся рассказать, откуда она об этом знает, а следом и о том, кто она такая есть на самом деле. — Акзиф удручённо покачал головой, продолжая смотреть на меня. — Бог мой! Как же я сразу не понял? Этот странный заказ — сотворить дверь в склепе, шантаж и сомнительное объяснение своих мотивов. А я всё думал: почему мне твоё лицо показалось таким знакомым? А тут вон, оказывается, кто ты у нас! 

«По его последнему высказыванию можно смело делать вывод: маг вспомнил меня и как ночную заказчицу, и как принцессу, склеп которой разорил. Ну что ж, ждём, чем всё это закончится», — обречённо подумала я. 

Летильда посмотрела на меня и в полном изумлении проговорила:

— И кто же она?

Акзиф с преувеличенным почтением поклонился и торжественно произнёс: 

— Илария Шеллер — последняя принцесса рода человеческого.

На Летильду без содрогания невозможно было смотреть. Драконица выпучила глаза и могла лишь открывать и закрывать рот, словно слова, которые она пыталась выговорить, застряли где-то в горле.

— Да-да, та самая девушка, которая погубила нашего дракона.

У Летильды тотчас глаза превратились в две узкие щёлочки, а между бровями появилась небольшая складочка. Драконица встретилась со мной взглядом и шёпотом спросила у мага:

— Это правда?

— Да, — уверенно ответил Акзиф. — Тогда в склепе я решил, что это медальон сохранил тело принцессы нетленным, но на самом деле магия просто нашла для себя новый сосуд. 

Летильда встрепенулась и решительно зашагала к двери, воодушевлённо рассуждая: 

— Тогда ещё проще! Надо всего лишь сообщить матери семейства о том, какую гадину они впустили снова в свою жизнь, дом, судьбу.

Акзиф не сразу сообразил, что собирается сделать юная драконица.

— Что ты затеяла? 

— Что-что! Я им просто расскажу, кто она такая. 

Маг бросился за Летильдой, схватил за руку и категорически заявил:

— Нет! Ты не станешь об этом говорить. 

— Очень даже стану! — Летильда ловко вывернулась из захвата. — Джавзар сказал, что в тот день, когда я уехала навестить родителей, утром разразился жуткий скандал. Дрейк чуть не убил эту тварь на месте. Представляешь, что сейчас с ней сделает Талхита?

— Она ничего ей не сделает. Не сможет! Как не смог я. 

— Это почему ещё?

— Потому что её защищает магия медальона, который был окроплён кровью дракона. — Акзиф помолчал, о чём-то размышляя, потом бросил на меня взгляд и совсем тихо добавил: — И есть ещё кое-что… 

— Не хочу больше ничего слышать! — заупрямилась Летильда. — Я всё расскажу Талхите, а она уже пусть сама решает, что с ней делать, — и меня удостоили презрительным взглядом.

Но Акзиф не собирался отступать.

— Летильда Зульзирог! — повысил он голос. — Я верой и правдой служу уже много лет дому Гартэшер и не позволю тебе опозорить имя этого славного рода. Если я говорю, что нам надо отступить, уйти сейчас, значит, так надо. Нельзя, чтобы они узнали правду.

— Да мне плевать на эту правду! — Летильда забылась и тоже повысила голос. — Я-то смогу объяснить свой поступок, а вот она — нет. Ты не понимаешь, они ведь её развеют в три пламени. 

Акзиф резко подался вперёд и что-то быстро прошептал драконице на ухо. К сожалению, я не смогла расслышать ни слова, хотя старалась изо всех сил. Но зато я увидела лицо Летильды, и этого мне хватило с лихвой. Лицо драконицы сначала побелело,