Ледяное сердце - Джорджет Хейер

Мальчик поклонился:

– Мадам, я должен повиноваться. И все же… все же…

Она заткнула пальцами уши:

– Ничего не хочу слышать! И завтра, Леон, сиди целый день взаперти, чтобы никто не удивился, что ты здесь. Одежду для меня выбери попроще, темного цвета, и обязательно шапку. А сейчас иди и принеси все, как я велю. За усердие ты получишь от меня награду и еще один пропуск, когда я вернусь! Впрочем, может, он больше и не понадобится.

Удивленный паж удалился. Жанна упала в кресло.

– Марго, – начала она слабым голосом и замолчала. – Ах, Марго!

Графиня взяла перо и макнула его в чернильницу.

– Видишь, Жанна, здесь есть место, чтобы добавить слова “и сестра”. Но надо сначала проверить, сумею ли я хорошо подделать его почерк? Дай мне пергамент.

Жанна принесла пергамент и с интересом пронаблюдала, как госпожа пробовала повторить каракули Бовалле. Наконец Маргарет внесла дополнение в пропуск и откинулась на спинку кресла, любуясь своей работой.

– Отлично! Теперь пусть пропуск высохнет сестренка. Ну, Симон Бовалле, берегись!

– Мы еще не убежали, – сухо заметила Жанна.

– Но убежим завтра, рано утром, – поправила ее миледи. – Найди свое самое старое платье, милочка, и плащ с капюшоном. Эх, надо было вписать “брат”, тогда мы обе отправились бы в путь как мальчишки.

– Только не это! – содрогнулась Жанна. Черные глаза графини блеснули.

– Представляю, в каком ужасе был бы Мальвалле! О-ля-ля! Но, честно говоря, ты маловата ростом и у тебя слишком женственные формы. А я… – Она взглянула на себя в зеркало. – Я худенькая и высокая. Из меня получится очень милый мальчик… Входи, Леон, входи!

Паж вошел в комнату и, краснея, положил на стол аккуратный сверток.

– Кажется, я ничего не забыл, – пробормотал он.

– Ну, ты просто золото! – Маргарет расцеловала его в обе щеки. – Надежно храни мой секрет, Леон, и спасибо тебе, спасибо!

Он еще не успел выйти из комнаты, как она уже развязала сверток и принялась рассматривать одежду.

– Какие симпатичные рейтузы! Смотри, Жанна! Шапка, туника… О, штаны! – Она задилась счастливым смехом. – Жаннетта, ну-ка, выйди! Придешь, когда я позову!

Фрейлина удалилась в прихожую. Ей пришлось долго ждать, слушая взрывы хохота из комнаты миледи. Наконец Маргарет окликнула ее, приглашая вернуться.

Перед зеркалом стоял стройный юноша в короткой коричневой тунике, с кинжалом у пояса и в шапке, надвинутой низко на глаза. Его длинные стройные ноги, затянутые в коричневые рейтузы, были широко расставлены. Юноша шагнул навстречу Жанне:

– Ну разве я не хороша? Привет тебе, сестричка! В этой одежде я выгляжу ниже ростом, но это не важно. Жанна, Жанна, ну чего ты так испугалась?

– Боже мой, Марго! – умоляющим тоном воскликнула Жанна. – Но твои ноги!

Маргарет посмотрела на ноги и сделала пируэт.

– А что, разве они не стройные? Посмотри, какие тонкие щиколотки! Придется что-нибудь подложить в башмаки, они слегка великоваты, а в остальном все отлично. Высокий воротник прикрывает горло, и это хорошо. Может, укоротить волосы? Как ты думаешь?

– Нет! – возмутилась Жанна. – Тысячу раз нет!

Маргарет сняла шапку. Темные косы оказались закрученными вокруг ее красивой головки.

– Да, так будет надежней, – размышляла она. – Не могу же я все время носить шапку. Это вызовет подозрение. Как говорил мой отец?.. Всегда нужно тщательно продумывать свои действия и ничего не делать вполсилы. Дай-ка мне ножницы!

– Маргарет, умоляю тебя, только не это! Твои чудесные волосы! Я просто не перенесу этого.

Графиня застыла в нерешительности.

– Волосы у меня действительно красивые, – размышляла она. – Они, конечно, отрастут, но не скоро.

– Ты лишаешь себя половины своей красоты! – ядовито заметила Жанна.

Графиня серьезно посмотрела на нее:

– Ты в самом деле так думаешь, Жаннетта?

– Ну конечно! Марго, отрезать такие волосы просто безумие!

– Да, они сейчас у меня почти до колен. Пожалуй, я их оставлю. – Она снова натянула шапку. – Скажи честно, Жанна, ты бы меня узнала?

– С трудом. – Жанна обошла вокруг миледи, внимательно ее разглядывая. – Ты такая маленькая, а я считала тебя высокой.

– Я все такая же, просто одежда скрадывает мой рост. Ну а лицо, Жаннетта, лицо?

Фрейлина отступила и, прищурившись, внимательно всмотрелась в лицо графини.

– Конечно, я узнаю тебя, но только внимательно присмотревшись.

– Как ты думаешь, Симон Бовалле меня узнает?

– Его называют Симон Рысьи Глаза, – неуверенно вспомнила девушка. – И все-таки без твоего рогатого головного убора, длинных кос и вуали ты выглядишь совершенно по-другому.

– Позови Элен, – приказала миледи. – Я ей доверяю. Посмотрим, узнает ли она меня с первого взгляда.

Жанна удалилась и вскоре вернулась вместе с мадемуазель де Курвон. Маргарет стояла у горящего камина, уперев руки в бока. Длинный конец колпака свисал ей на плечо, слегка прикрывая правую сторону лица.

Мадемуазель де Курвон бросила на нее мимолетный взгляд и, увидев, что ей нагло подмигивают, густо покраснела, резко отвернулась.

– Где мадам? – спросила она у Жанны. – Как здесь оказался этот паж?

Маргарет неторопливо подошла к Элен и обняла ее за талию. Девушка возмущенно обернулась:

– Что вы позволяете себе, сударь?

– Как ты разговариваешь со мной? – одернула ее Маргарет.

– Мадам! – Мадемуазель отшатнулась, прижав руки к груди. – Мадам!

Маргарет отвесила ей церемонный поклон.

– Разве я не симпатичный паж, милашка? – улыбнулась она.

– Боже мой! – поразилась Элен. – Но… но зачем?

Маргарет поделилась с ней своим планом, и фрейлина от удивления выпучила глаза. Но прежде, чем собралась что-либо возразить, раздался стук в дверь.

– Кто это? Не похоже на стук моего кузена… Пойди узнай, Жанна!

Осторожно ступая, Жанна вышла, прикрыв за собой дверь. Маргарет на цыпочках приблизилась к двери и прислушалась.

– Бовалле! – Она отпрянула от двери. – Что ему надо?

Вернувшись, Жанна прошептала:

– Я сказала ему, что вы в постели. Скорее ложитесь, мадам!

– Но что ему нужно?

– Кажется, ничего особенного. Просто говорит, что не видел вас сегодня весь день.

Маргарет распустила волосы и скользнула в постель, накрывшись одеялом до подбородка.

– Скажи ему, что я устала, и спроси, зачем он хочет видеть меня.