Скалы и грезы Электрет - Нинель Мягкова

выйти в космос до того, как изучат все детали и тонкости управления космическими кораблями, способы борьбы с червями и прочее? Ведь нужно еще учитывать немаловажный фактор – ковчег «Исход-3» был далеко не единственным кораблем, вылетевшим с Земли Изначальной. И оставался открытым немаловажный вопрос, как отнесутся люди, обычные люди, покорявшие все это время вселенную, к неожиданно объявившимся эшеминам и таким, как Ами? Ведь ее тоже нельзя назвать обычным человеком.

А учитывая угрозу, есть ли уже вообще жизнь в галактиках, кроме «островка генофонда» на Электрет?

К вечеру, когда поезд свернул по своему маршруту в сторону, с его крыши снялось незаметно три змея и полетели в сторону Города.

Тереган мерно раскачивался в кресле, глядя на закатные всполохи алого, расплескавшиеся по облакам, и прислушивался к бряцанию инструментов в мастерской. Кажется, очередной проект Фелисии движется к завершению, скоро подойдет пора испытаний.

Этой части ее работы он опасался сильнее всего. Его неутомимый инженер норовила все проверять самостоятельно, зачастую с риском для здоровья. Раньше ее выручала Ами – у девочки запас прочности побольше, и защита лучше поставлена, а у Фелисии все-таки слабое человеческое тело, менее приспособленное к ударам тока и ожогам.

Мысли эшемина плавно перетекли к оставленной в Аламеде приемной дочери. Как там у нее дела?

Он немало удивился, когда предмет его размышлений неожиданно приземлился на незнакомом змее прямо на поляне перед домом.

Сниир поднял плоскую башку с перил веранды и угрожающе зашипел, обозначая территорию. Пришлый змей приник к земле, открывая уязвимое подбрюшье, и распахнул пасть – мол, я тут в подчинении, не трогайте меня, не виноват, принудили!

Спрыгнувшие следом в траву Атехейн и Мелила заставили Терегана подскочить из кресла. Его сердце забилось быстрее в предчувствии дурного.

– Гехедж знает, что вы здесь? – первым делом, вместо приветствия, поинтересовался эшемин.

– Да, конечно. – подтвердила оторопевшая Ами.

Тереган и не подумал успокоиться.

Что успела натворить его неугомонная воспитанница, если его друг не придумал ничего лучше, чем выслать ее обратно к людям?!

– Все не совсем так, как вам сейчас подумалось! – подняв перед собой руки в защитном жесте, попытался объяснить Атехейн.

– Мне лично подумалось, что нам всем стоит выпить чаю. – решительно заявила Фелисия, появляясь на веранде. Она вытирала руки, испачканные в масле и невесть еще в чем, ветошью и вид имела суровый и деловитый.

Ясно было, что ее подопечная просто так не прилетит, тем более внезапно и без предупреждения. Значит, что-то стряслось, нечто экстраординарное, и мисс Блаунт не терпелось узнать, что именно.

На столе появились тончайшие чашечки из деликатного фарфора. Сидя на веранде и глядя в закатное небо, Атехейн чувствовал себя так будто неожиданно угодил в одну из его любимых сказок, что рассказывала ему в детстве мама. Про мальчика, попавшего в кроличью нору, и оказавшегося в непонятной и нелогичной стране, где все наоборот и не так.

Ами рассказывала сначала быстро и сумбурно, но по мере повествования успокоилась и сбавила темп, видя что наставник и его жена периодически теряют нить.

Когда она замолчала, воцарилась тишина. Из-за горизонта выкатилась вторая луна, и все, не сговариваясь, уставились на нее, пытаясь без приборов разглядеть – сквозь тонкий слой вечных облаков – признаки искусственности спутника.

– Мне всегда казалось странным, что день и ночь абсолютно равноценны. – нарушила наконец общее молчание Фелисия. – Но я никогда бы не подумала, что это оттого, что вся планета создана искусственно.

– Никто бы не подумал. – пробормотал Тереган. Ему было особенно обидно – вроде бы он эшемин, а понятия не имел о заговоре, лишившем его – и его соплеменников – части знаний об истории их мира.

От пронзительного писка в ухе Ами подпрыгнула и заозиралась. Только когда Атехейн тоже вытаращил глаза, а Фелисия и Тереган никак не отреагировали, девушка сообразила, что сигнал идет из наушника-очков.

– Тревога! Вторжение, уничтожение, тревога… – захлебываясь помехами, пробормотал искин и все разом стихло.

Как Аметист ни пыталась реанимировать связь, у нее ничего не получалось.

– Похоже, они все-таки нашли выход из положения. – мрачно предположила Фелисия. – Кто-то перенесся порталом на базу и устроил диверсию. Или еще проще – отправили туда бомбу замедленного действия.

– То есть базы больше нет? – с отчаянием в голосе уточнил Атехейн.

Все снова взглянули на сияющие диски лун. Оба на месте, с виду ничего не изменилось. Но кто знает, что там внутри?

– Нужно сделать новый портал. – твердо заявила Ами. – Здесь, в усадьбе. И проверить, что там, наверху, происходит. Инструкция у меня есть. Теоретически подобные схемы будут действовать из любого места. Риска никакого – если площадка выхода разрушена, мы просто не перенесемся никуда, вот и все.

Воцарилась напряженная тишина.

Атехейну и Ами казался обидным и несправедливым подобный бесславный финал их приключений. Неужели все, что они пережили за эти невероятно долгие сутки, было зря? Теперь всем троим закрыт ход в Аламеду, что там – им вообще нельзя больше появляться в поле зрения других эшеминов. Желания выяснять, что грозит бунтовщикам и мятежникам по законодательству Э-Ль, у них не было никакого. Придется, похоже, обосноваться в усадьбе Блаунтов.

– А если оболочка базы нарушена? – мрачно поинтересовалась Фелисия. Она лучше прочих разбиралась в технике – как прошлого, так и настоящего, потому Аметист задумалась всерьез. – Там может быть вакуум. космос. Нечем дышать и все такое.

Они все себе смутно представляли, что такое вакуум, но последствия отсутствия воздуха понимали очень хорошо.

– Щит! – вспомнил Атехейн. Он тщательно изучил инструкцию и возможности их очков, так что под всеобщим вниманием довольно приосанился и выдал: – Щиты защищают от излучений, внешних воздействий силой до пяти тысяч метров в секунду – что бы это ни означало – и обеспечивают изоляцию носителя в открытом космосе сроком до трех часов!

– То есть у нас в случае чего будет три часа, чтобы обойти всю базу и в случае если она непригодна для пребывания на ней, вернуться обратно. – подытожила Ами. – Негусто. Но придется постараться.

– Я помогу. – Тей взял ее за руку и сплел их пальцы под внимательным взглядом Терегана. Тот не проронил ни слова, а про себя и вовсе одобрил выбор сына старого приятеля.

Пожалуй, лучшей партии чем Ами, тому не сыскать. Она точно сделает из него человека, в лучшем смысле этого слова!