Попаданка в Академию Боевых Магов - Северина Рэй

— О чем ты так усердно думаешь, коротыха? — снова оскорбил он меня.

— А что? — дерзко приподняла я подбородок.

— Ничего. Можешь не отвечать. Я знаю ответ.

— И какой же?

— Простой.

— Не ври. Ты же не умеешь читать мысли.

— Мне и не нужно. Всё у тебя красноречиво на лице написано. Влюблена ты в меня, как кошка, — ухмыльнулся он нагло мне в лицо, щелкнул по носу, достал из тумбочки банку с чаем и вышел на улицу, оставив меня наедине со своими мыслями.

Господи, какой позор. Неужели моя влюбленность так очевидно? Позо-о-о-р.

— Как насчет поплавать после завтрака, коротыха? — вдруг снова появился он на пороге кухни и подмигнул мне.

— Сгинь! — крикнула я и выпучила от злости глаза. Хотя скорее меня одолевал стыд.

Всё то время, что мы пили чай и ели кашу, которую сварил Зефрий, я усердно прятала свои глаза.

Дни шли за днями, и ничего не менялось. Тир продолжал кружить вокруг меня, желая будто извести меня своими колкостями и ехидством, но я держалась как кремень. Потрескавшийся, давший слабину и ругающийся чуть ли не матом. Выдержке моей никто не мог позавидовать. Ее у меня просто не было. Стыд да и только.

Не знаю, как долго мы могли ходить вокруг да около, но однажды я так разозлилась, что ушла на озеро остужать пыл. В гневе разделась догола и вошла в воду, не чувствуя будто ее прохлады.

— Идиота кусок, змей подколодный, — бурчала я, плавая среди мини-волн, которые сама же и создавала.

Вдоволь наплававшись, я устремилась на берег, но лишь в последний момент увидела сидящего около моих вещей Тира. Он смотрела на меня с довольной улыбкой и блеском в глазах. И кажется, совсем не собирался уходить.

— Как давно ты тут? — спросила я с напряжением.

— Достаточно, чтобы успеть полюбоваться прекрасными видами.

— Отвернись, я голая!

— Я заметил.

— Ну?

— Не хочу.

— Что значит, не хочу?!

— То и значит, коротыха. Не хочу и всё тут. Меня всё устраивает.

— А меня нет!

— Чувствуешь несправедливость? Хочешь равноправия? Я не против.

С этими словами он поднялся во весь свой рост и стал просто раздеваться, совсем не стесняясь.

— Прекрати! — прошипела я, продолжая обхватывать себя за плечи. Становилось зябко, кожа покрылась мурашками.

— Трусишь? — улыбнулся он как-то хитровато.

— Еще чего! Просто не желаю видеть твои сомнительные непотребства.

— Эти непотребства могут на тебя обидеться, коротыха.

— Хватит! Не смей раздеваться, — запаниковала я уже, как он вдруг коснулся резинки шорт.

— А что мне за это будет? — улыбнулся он донельзя довольно. Этого и добивался, гад.

— Чего ты хочешь?

Я мрачно воззрилась на него.

— Поцелуя.

— Поцелуя? Я уж думала попросишь чего-то более… кхм…

— Нет, ну раз ты просишь.

— Нет! Поцелуй так поцелуй! Меня устраивает! Я хочу поцелуя! — заголосила я на всю округу, видя усиленную работу мысли на его лице.

— Заметь, ты сама это сказала, коротыха. Назад пути не будет.

Я не обратила на его угрозу внимания и кивнула ему, чтобы отвернулся. К счастью, он подчинился, и я быстро выскочила из воды, в спешке облачаясь в сухую одежду.

— Я готова.

— А уж я-то как готов, коротыха, — произнес он с хрипотцой в голосе и обернулся. — Начинай.

— Что начинать?

— Целуй.

Я никогда никого не целовала первой, поэтому это было для меня в новинку. Но я пересилила себя, встала на цыпочки и обхватила его за плечи. Прикрыла глаза и поспешно чмокнула его в губы. Отстранилась, но его рука вдруг обхватила меня за талию и притянула с силой к себе.

— Всему тебя учить, коротыха.

Его губы были теплыми и нежными, но при этом целовал он меня властнро, сразу давая мне понять, кто тут главный. Когда у нас перестало хватать дыхания, мы оторвались друг от друга, и он прислонился лбом к моему.

— Как же давно я мечтал об этом, коротыха, — простонал он.

— Я не коротыха.

Несмотря на эйфорию и улыбку, я всё равно продолжала отстаивать свои позиции.

— Тогда выбери себе имя, иначе останешься коротыхой.

Я промолчала, но про себя счастливо улыбнулась. Кажется, что этот мир не так уж и плох, чтобы тут обжиться.

Эпилог

— Слушай, а почему у тебя такое имя? Тир. Оно отличается от остальных.

Мы с Тиром стояли на утесе, рассматривая узкую долину, за последние недели наполнившейся высохшей доселе рекой. Бурные потоки внизу шумели, переливались на солнце и будто радовались возвращению в родные края.

Я облокачивалась спиной на грудь Тира и с удовольствием ощущала на себе его теплые ладони.

— Не связано со сладостями? — уточнил он. Я не видела его лица, но чувствовала, что он улыбается. Научилась понимать его мимику только по голосу. — Это мое сокращенное имя. А нарекли при рождении… Только не смейся, хорошо?

Я провела пальцами по губам, намекая, что нема, как рыба, а затем пожалела о своем обещании.

— Конфитир.

Я попыталась скрыть смешок, но он всё равно вырвался. Тир нахмурился, судя по хмыку. Я постаралась сделать лицо более серьезном, чтобы он не посчитал, что я над ним насмехаюсь.

— А тебя как зовут, пустышка? Мы столько с тобой знакомы, столько уже пережили, а ты до сих пор не назвала мне своего имени.

Ему, казалось, нравилось называть меня пустышкой, но я уже не обижалась, устала с ним бороться. Тем более, что из его уст это звучало не оскорблением, а лаской. Прозвищем, которое дают любимому человеку.

Я ожидала от него подобные вопросы. Первое время я отказывалась даже думать над тем, чтобы взять себе имя, ведь планировала вернуться домой. Однако время шло, но ничего не происходило.

Не знаю, смогла бы я смириться с этим, если бы не любовь к Тиру. По итогу поняла, что мне нужно взять местное имя. Несколько дней я думала над ним, понимая, что человеческое имя здесь будет казаться странным. Как я уже поняла, здешние люди называли свое имена в честь каких-то лакомств. Конечно, были и простые имена, но в основном среди тех, кто имел в венах частицу драконьей крови, а среди людей это была большая редкость, к тому же, у них у всех за спиной стояла семья, чья фамилия точно была названа в свое время в честь сладостей.

Поскольку