Фей тебе в помощь - Ирина Владимировна Смирнова

Вот уж точно! Изведем за месяц все законные залежи, и в следующем придется лапу сосать. А старший Хадзисарр станет витать над нами с укоряющим лицом и бухтеть голосом Крона: «Я же предупреждал!»

— Тебе от женитьбы на мне свалилось столько бонусов, прям глаза разбегаются, — хмыкнула я с легким осуждением. Потому что на меня за текущую неделю падали только шишки, и все по лбу.

— Да, согласен. И сама ты тоже ничего. — Мировое зло сменило маску на гордого самовлюбленного павлина, мастера комплиментов, покорителя женских сердец, графа Мухобойконедранца.

— Ага. И секс хороший, — напомнила я фею, стараясь не рассмеяться.

Вроде бы ситуация не располагает к веселью, а у меня губы прямо сами в улыбке расползаются, когда смотрю на это хитропопое крылатое эгоистичное умилительство. Гений финансовых афер. Взял и подложил родне свинью… то есть меня. Вернее, я сама себя подложила, а мелкая пакость придумала, как выкрутиться, чтобы все пошло ему на пользу.

— Беда в том, что, если это действительно твой брат устроил за мной охоту, я в серьезной опасности, — пришлось напомнить Крону, что у нас тут совсем недавно застеллажный учкудук в гости захаживал. — Кстати, а как он узнал о нашем бракосочетании? Нотариус доложил? — Самая логичная версия, кстати. Даже если все Хадзисарры завидные клиенты, герцог все равно предпочтительнее графа, и отчитаться ему о женитьбе младшего не совсем путевого родственника вполне разумное решение.

— Нет, вряд ли. Он, конечно, меня недолюбливает, но ты ему понравилась, — уверенно отмахнулся от моего предположения Крон. — Запись о нашем браке появилась в семейной книге рода. — Тут уровень самодовольства у фея чуть понизился, правда, что именно его расстроило, он не выдал. А я не стала выпытывать. Зато вспомнила о предупреждении нотариуса:

— Слушай, то, что мы умрем в один день, это правда?

— Не совсем. — Резко помрачнев, павлин вновь превратился в обычного ворчливого эльфика. — Если что-то случится с тобой, я смогу выкарабкаться. Но магии потеряю больше, чем после приворота, и вряд ли протяну дольше пары столетий. — Я с усилием нарисовала на лице скорбь, представив, что для Крона одно столетие — как для меня год. — Если же что-то случится со мной, все зависит от того, насколько быстро я умру. Успею выкачать твои силы или нет.

Уф-ф! После этой фразы картинка моего угасания возникла перед глазами и долго отказывалась исчезать. Чтобы немного отвлечься, я вспомнила о кольце с кри́сталом.

— Да, кстати, ведь ты сомневался, что изумруд действительно Ялмар. И еще, ты его уменьшил… То есть рыжему теперь придется искать того, кто увеличит украшение? — И есть у меня подозрения, что все нелегальные умельцы затребуют за это плевое дело очень внушительную сумму. Даже те, кто не в курсе, сколько реально стоит это золотое кольцо с голубым изумрудом. — Потом ждать, пока проекция выйдет из спячки, чтобы убедиться, что стырил кого надо. — Интересно, сумеет ли Лир отличить Ялмара от второго, как там его… Криса… Кириса! — А до этого о том, что кольцо найдено, никто не узнает, если мы табличку не повесим, — снова напомнила я о своей идее.

— Пока кольцо у Лира, у меня есть шанс его вернуть. Так что табличку вешать мы не станем, — поджав губы, привычно проворчал Крон. — Но тебя надо обязательно переселить отсюда в надежное место… или… давай замуруем кабинет? — внезапно оживился фей. — Чтобы туда мог проходить только я.

— А выходить — такие же феи, оркфеланы, упыр… утыр… уткукури всякие! — якобы поддержала я идею, сплевывая сарказм в разные стороны.

— Ладно, давай обрабатывать соседей. Влиять на них активно у меня не получится… но…

Никогда бы не подумала, что начну нервно почесываться, глядя на задумавшегося маленького крылатого человечка. Просто теперь я знаю, сколько изворотливости прячется внутри этого милого создания, и мне уже страшно за тех, кому суждено стать участниками его аферы по переселению меня к соседям. Хорошо хоть, есть подходящие на примете, которых не так жалко… не на улицу же мы их выкидывать собираемся!

— Так… сиди здесь. Или нет… — Я даже не успела возразить, как Крон сам догадался, что оставлять меня в одиночестве в собственной квартире — не самая хорошая идея. — Давай, одевайся. Пойдем охотиться на вампиров!

— А что не так с материнским фондом? — Нас с жабой интересовала совсем другая охота.

В кроссовки я влезла, как обычно не став утруждать себя развязыванием и завязыванием шнурков. Надела куртку, натянула шапку — на улице еще не месяц май, тем более сегодня. Была я уже на этой улице.

— Почему одна треть и почему твой брат может расстроиться вплоть до моего убийства? Или ты преувеличиваешь? — Выйдя из подъезда, я огляделась в поисках хотя бы одного вампира.

Теперь-то им точно было за кем следить, ведь рядом со мной стоял Крон, во всей своей увеличенной красе.

— Треть, потому что нас трое. Вот только Грэнтриэль недавно попал в лечебницу с каким-то сложным повреждением разума, — сказано это было со спокойным безразличием, так что слова сочувствия я решила приберечь. Тем более во мне было больше переживаний, чем соболезнования. Моя паранойя активизировалась и принялась пинаться, требуя устроить очередной допрос с пристрастием.

— То есть средний брат немножко спятил, младшего чуточку приворожили, зато старший — здорове́ц и красаве́ц? — съехидничала я, даже не скрывая злого сарказма. — Ты уверен, что счастье на тебя посыпалось исключительно из-за графства?

Крон с укоризной покосился на меня:

— Сомневался. Поэтому и уехал подальше из столицы, чтобы не осчастливили все желающие.

— Ясно. А заливал-то прям соловьем. — Нахмурившись, я осуждающе оглядела своего спутника. — «Все зло из-за женщин!» — Мне удалось почти идеально передать пафосно-ворчливую интонацию первоисточника. — Кругом меркантильные гоблинши, так и норовящие вытрясти последние монетки.

— Не монетки, а графство, — буркнул фей. — И без разницы, кто дергал за ниточки, несостоявшийся тесть или мой брат, сути это не меняет. Отравила меня женщина. Помолвку со мной разорвала тоже женщина. Причем как раз тогда, когда я