Хрустальная туфелька 43 размера - Наталья Ринатовна Мамлеева

Келар сжал челюсти, но ответить ему было нечего. Зато в разговор вступила Шаиса, желающая нас разнять, как спарринг-партнёров на ринге.

– Всё-всё-всё, достаточно. Успокойтесь оба. Сядьте и выпейте чаю, поговорим. Кире ещё столько нужно нам рассказать! Как так получилось, что на тебя напали? И главное – нашли ли злоумышленников? – последний вопрос адресовался Келару.

– Не нашли, – ответил он, нехотя отстранившись от меня. – Следы утеряны. Скорее всего, это был анимаг. Ты не запомнила его лица?

– Оно было под маской, – ответила я и присела за стол.

Келар разместился напротив, буравя меня взглядом. Слуги уже начали расставлять тарелки с пирожными и сладостями.

– Так как ты оказалась там?

– Мы с подругой отправились за творческими принадлежностями для конкурса. Я – за пряжей, так как решила связать шарф для Бастиана, а подруга за красками.

– Шарф для принца Саттора? – без удовольствия уточнила Вилара. – Знаешь, я тоже в молодости увлекалась вязанием! Кстати, у меня ещё осталась пряжа. Могу тебе одолжить, чтобы ты лишний раз не покидала стены дворца. Уверена, теперь за тобой усилят надзор.

– Надеюсь не ту пряжу, из которой ты вязала мне шарфы, бабушка? – прищурился Келар.

– Ты ведь сам сжёг всю зачарованную пряжу, – картинно надула губы женщина. – Поэтому можешь не волноваться.

– Келар был ужасно озорным ребёнком, – с улыбкой пояснила Шаиса. – Зимой, когда мы отправлялись в Ледяные чертоги для празднования Нового года, Келар напрочь отказывался надевать шарф и шапку. Тогда моя мама придумала хитроумный способ – зачаровать пряжу. Вещь из этой пряжи бежала за хозяином, куда бы он ни отправился, пока не согревала его.

– Хитро! И очень предусмотрительно. Отец часто ругал меня, ведь я постоянно теряла шапки в детстве, – с улыбкой поделилась я.

– Разве на Еджу бывали холода? – уточнил Келар.

– А разве шляпки носят только там, где холодно? – извернулась я.

– Ты сказала «шапки», – поправил меня Келар, и его зрачки сузились. – А ещё я не слышал, чтобы на острове троллихи носили шляпки.

– Я похожа на троллиху?

– По манерам – да, – выдал Келар, а его бабушка и мама лишь переводили взгляд с него на меня и обратно.

От вилки в руке Келара меня спасли только лакеи, принёсшие чайный сервиз. Цветочный аромат чая тут же наполнил столовую, и я отвлеклась от мыслей о мести. Хорошо, что помимо пирожных подали канапе и бутерброды – на сладкое меня не тянуло.

– А на кого конкретно хотели напасть? На меня или на Зикру? Она всё-таки княжна.

– По словам свидетелей, злоумышленник сразу скрылся, значит, метили в тебя, – задумчиво произнёс Келар. – У тебя ведь есть враги на Отборе? Быть может, ты не угодила конкуренткам?

– Если ты о принцессе Годиве, то было бы логичнее, если бы она напала на Зикру – ведь именно с ней они делят первенство. Хотя… Нет, не может быть, – я покачала головой. – Годива облила меня противоиллюзорным зельем, вот только капли попали на её лицо, приоткрыв иллюзию, в то время как я ничуть не изменилась. Ей не понравилось положение дел, и она угрожала мне, что я за это отвечу. Но не думаю, что из-за пустяка она могла напасть на меня.

– Годива мстительна, – задумчиво отметил Келар. – Проверим эту версию. Ещё есть кто-то на примете, с кем у тебя натянутые отношения? – Я многозначительно посмотрела на дракона, но он лишь закатил глаза. – Кроме меня, разумеется. Я бы ни за что не причинил тебе вреда. Дракон бы не позволил.

– Поняла, – со вздохом кивнула я. – Расскажи, пожалуйста, об обряде отчуждения. Что он собой представляет?

После моего вопроса над столом повисла тишина. В меня устремились сразу три любопытно-недоумённых взгляда.

– Ты так спокойно об этом спрашиваешь? – уточнила Шаиса, и в глубине её глаз плескалась боль. – Неужели тебе совсем не хочется стать избранной дракона? Получить долголетие, привилегии, уважение?

Вопрос, если честно, сбил с ног.

– А в чём смысл долгой жизни, если ты проведёшь её с человеком, которому ты не нужен? Привилегии меня не интересуют, а уважения я в силах добиться сама. В остальном же мне просто хочется знать, к чему готовиться. Простите меня, леди Шаиса, леди Вилара, я не хочу оскорбить или обидеть вас пренебрежительным отношением к вашему сыну и внуку – он достойный, я уверена, Келар найдёт свою суженую в будущем, которую полюбит всем сердцем, просто он не моя судьба. У меня другие цели и стремления.

На последних словах почувствовала, как сердце дрогнуло. Неужели я лукавлю? Раньше такого не случалось. Но после всего, что произнесла, я вдруг поняла, что моя душа стоит на распутье. Ещё только-только намечающемся, но уже видимом.

Как хорошо, что Келар нас обоих избавляет от этого выбора. Намного легче знать, что мы просто откажется друг от друга, чем разрываться между семьёй с привычным укладом жизни и… возлюбленным. Не сейчас, но в будущем… Я вполне допускала мысль, что могу без оглядки влюбиться в него.

Слишком этот дракон хорош.

Мои собеседники продолжали молчать. Взгляд Келара был рассеянным, словно он и не размышлял, а находился в какой-то прострации, в переходе между чувствами человека и инстинктами дракона. Должно быть, ему тяжело совмещать в себе две ипостаси.

– Судьба? – наконец выдавил Келар и откинулся на спинку стула. – Позволь спросить, каким ты видишь своего избранника?

Я хлопнула ресницами. Вопрос что называется в лоб. А если я отвечу «таким, как ты» – они перестанут воспринимать все мои предыдущие слова как правду?

– Любящим и заботливым, – ответила я. – Как мой папа. Чтобы он оберегал меня не только физически, но и духовно. Он должен быть моей обителью тепла и спокойствия, где никакие бури будут не страшны.

– Красивые слова, – неожиданно улыбнулась Вилара, а вот Шаиса ещё больше побледнела и ушла в себя. – Я полностью тебя поддерживаю. Мой муж для меня именно такой. Ты хорошее дитя, Кира, и я от чистого сердца желаю тебе счастья.

– И что, даже не будешь удерживать такое счастье для меня? – едко осведомился Келар у родственницы.

– Если это