Приказ Императрицы - Татьяна Ренсинк

Уводя от встречи с Салтыковым, Татьяна проводила Настю в её спальню. Еле передвигая ногами, та была счастлива добраться до постели и залезть, как есть, под тепло одеяла...

-Что же ты это?... Будто больна, - молвила Татьяна и прикоснулась ко лбу подруги. - Ах! Да у тебя же жар! Нельзя! Скорее! - заметалась она и стала звать в коридор. - Врача! Скорее!

-Что за крики? - вскоре прибыла на зов Императрица.

-Екатерина Алексеевна, Настеньке худо, - указала Татьяна, и государыня вошла в комнату.

Настя лежала под одеялом, уставившись в потолок, и дрожала, будто было очень холодно...

-Что это ты летом да захворала? - удивилась государыня, сев на край постели.

Она погладила Настю по голове, по руке, но та не реагировала. Как было и что — Настя не совсем помнила и понимала. Знала, врач приходил, осматривал, давал что-то выпить...

-Амулет... Папа, - только вымолвила она, от чего Татьяна сразу вспомнила о похищенном Кристиной амулете.

Она сразу рассказала о нём Императрице, и та воскликнула:

-Достать из-под земли, но отдать!

-Вы думаете, это спасёт малыша? - донёсся до слуха Насти голос плачущей Татьяны, а потом тишина...

Настя терпеливо ждала возлюбленного, веря, что спасёт. Она знала, где он и почему, а душа будто больше не волновалась. Словно откуда-то крылья появились или способность летать, вдруг оказалась возле любимого...

Только прикоснуться к нему не могла. Смотрела то на него, то на странное окружение в полутьме серой и сырой камеры. Посреди же камеры, привязанная к спускающимся с потолка цепям, тяжело дышала Кристина. Через белую сорочку, уже изодранную, грязную просачивалась кровь из полос ран, нанесённых розгами.

Вопросы и приказы бить вновь смешивались в единый шум. Настя пыталась убежать, уйти, крикнуть или что сказать, но всё было бесполезно. Она была будто никем и ничем. Никто её не видел, не слышал. Только когда подчинилась происходящему, стала отдаляться куда-то назад... Вновь наступила тишина и темнота...

Этот сон показался Насте долгим. Медленно просыпаясь, она уже поняла: всё лишь привиделось. Ощутив, что кто-то коснулся руки, она хотела пошевелиться, но пока не могла. Тело не слушалось, а боль пролилась внутри, заставляя лежать неподвижно...

-Милая моя, - еле слышно прозвучал голос возлюбленного, а в руку кто-то вложил что-то тёплое, маленькое.

Настя вздрогнула, пошевелив пальцами. Она на ощупь поняла, что в руке вновь амулет отца, и на лице появилась улыбка.

-Миленькая моя, - улыбнулся сидевший подле Иван.

Он любовался, был счастлив, что ей сразу стало лучше, будь то из-за амулета или лекарства, что давал доктор.

-Ванечка, - ласково вымолвила Настя, встретившись глазами с любимым. - Ты вернулся.

-Конечно вернулся, - кивнул он с теплом улыбки. - И вижу, вовремя вернулся.

-Мне виделся страшный сон, - прослезилась Настя.

Она была счастлива, что милый здесь, что теперь всё будет лучше и они может больше никогда не расстанутся, но тревога о том, что случилось с Кристиной, которая была близкой, дорогой, единственной подругой, — не покидала...

-Пока ты спала, я рассказал тебе, где был, что видел своими глазами тот ужасный допрос Кристы, - сказал Иван кратко, видимо не желая вдаваться в подробности, и Настя почувствовала это.

-Я рада, что тебе лучше, - сказала Императрица...

Она сидела всё время с другой стороны постели на стуле. С облегчением вздохнув и улыбнувшись, государыня вопросила:

-Занятно... Сей амулет, действительно имеет силу?

-Не знаю, Екатерина Алексеевна, - пожала плечами Настя. - Отец был купцом и хранил амулет, пока не родилась я. Когда он подарил его мне, сказал, что тот будет охранять и помогать... Сам же вскоре заболел и покинул мир...

-Вот как? - удивилась государыня. - Вот видишь... Прав был папенька твой. Что ж, - поднялась она и направилась к выходу. - Я завтра возвращаюсь в Петербург. Пока военное время, я останусь лучше там... Время непростое.

Как только Императрица вышла из спальни, Иван принялся расцеловывать руки любимой:

-Ненаглядная моя, душа моя, жизнь моя, выздоравливай, не болей, ты нужна мне...

-Ванечка, - наслаждалась его лаской Настя, и её губы он захватил в нежный плен своих, одаривая теплом поцелуя,... любви...

Глава 57

Настя шла быстро на поправку под заботой любимого и доктора. Следом за покинувшей Царское Село государыней они выехали в Петербург уже через день. По просьбе Императрицы им предстояло ещё побыть возле неё, пока не случится объяснение Ивана со своим барином и пока не будет известна дальнейшая судьба...

Перед отъездом в Петербург Настя написала письмо матушке, после чего села в карету возле возлюбленного. Беседы о случившемся, о будущем счастье вселяли в души обоих веру, что всё мечтаемое сбудется непременно. Оставалось ждать совсем немного...

Когда въехали в Петербург и приблизились ко дворцу, волнение Насти росло. Воспоминания о Кристине вновь не давали покоя, будто всё ещё чувствовала себя виноватой. Одно знала Настя точно: встречаться с Кристиной не хотелось совсем, а боялась она именно этого... Боялась вновь услышать резкие, пренеприятные слова в свой адрес и вновь увериться в том, что прежняя дружба была лишь игрой, спланированной Кристиной лишь ради неё самой...

-Вернулся? - с удивлением вымолвил Иван, глядя в окно кареты, которая ехала уже по дворцовому парку.

Он смотрел на стоящих у дворца двух офицеров, в котором признал Василия и его капитана.

-Да, это они, - подтвердила Настя, взглянув туда же.

-Ты ступай во дворец, - сразу попросил Иван, одной рукой придерживая шпагу, что висела у него сбоку. - Мне надо с ним поговорить.

Встревожившись сим жестом, Настя разволновалась сильнее:

-Умоляю, не стоит больше устраивать дуэлей.

-Их не будет, верь мне, - кивнул Иван и скорее покинул карету, хотя та ещё не совсем успела остановиться.

Оглянувшись на него, капитан поспешил сесть