Прими себя, полюби меня - Кэт Круг

От воспоминаний прошлого плечи непроизвольно дёрнулись.

Послевкусие от первого и последнего посещения осталось не самым лучшим. Из-за Айсу и её отношения ко мне, наверное, даже хотелось обо всём забыть. Однако, стоит признать, не только негативное запечатлелось в памяти. Детский смех и неподдельная радость маленьких творцов по-прежнему с теплотой хранились внутри меня.

Знакомый жилой комплекс двухэтажных сооружений показался в поле зрения спустя около часа после выезда из аэропорта.

Водитель остановил машину около крыльца, и быстро скрылся в дороге.

Стоя с рюкзаком за спиной, я ощущала, как быстро бьется сердце. Во мне боролось лёгкое предвкушение от встречи, и чуточку непонятной для меня тревоги.

“Это всё нервы” — пыталась успокоиться.

В Стамбуле погода не радовала. Моросил неприятный дождь, и дул холодный ветер.

Я быстро добежала до входной двери, и нажала на кнопку звонка, попутно вытирая влагу с лица.

Как когда-то говорил мне папа перед отправкой моих картин на конкурс: лучше заранее ни на что не надеяться, чтобы потом вдвойне не было обидно. Поэтому и сейчас старательно гнала от себя картинки, где Адем с распростертыми руками бежит ко мне, едва я ступаю на порог дома.

Почти коснулась пальцем звонка снова, как дверь неожиданно открылась. Незнакомый мужчина в возрасте появился в проеме. Он произнес что-то на турецком языке, с вопросом ожидая моего ответа.

— А Адем тут? — единственное, что смогла сказать, абсолютно не веря в то, что незнакомец хоть что-нибудь поймет.

Я словно перенеслась в детство, когда у родителей подруги спрашивала: а Оля сегодня выйдет погулять?

Турок окинул меня оценивающим взглядом, как будто пытаясь вспомнить.

— На работе. — внезапно кивнул мужчина. — Можете подождать его в гостинной.

Его русский звучал с сильным акцентом, я видела, как трудно ему было подобрать слова.

Мужчина отошёл, и гостеприимно предложил войти. Поджав губы, всё-таки благодарно склонила голову и прошла в дом.

С последнего раза здесь ничего не изменилось, разве что было гораздо тише.

— Меня зовут Екатерина, — посчитала нужным представиться, — Я знакомая Адема.

— Русская?

Его вопрос застал меня врасплох.

“Неужели в этом доме все обязательно об этом спрашивают?” — подумала про себя.

— Да, я из России. — не стала юлить.

Однако замечу, в его голосе не прозвучали те нотки презрения, как это было у Айсу. Наоборот, он задал его довольно буднично.

— Называй меня — Доган.

— Приятно познакомиться, Доган. — кивнула.

Мужчина проводил меня гостинную, в которой я прежде не находилась. Просторная комната с двумя диванами и пушистым ковром по центру.

Я присела, одновременно замечая, что Доган не собирался оставлять меня одну. Неловкость в моменте начала возрастать.

— Голодны?

— От чая бы не отказалась. — вежливо улыбнулась, боясь перейти черту.

Доган ненадолго ушёл. Я же так и не могла понять, кем он приходился Адему. Детектив определенно доверял этому мужчине, раз позволил находиться дома в его отсутствие.

“Может, он кто-то вроде дворецкого?” — предположила, но сразу одернула себя.

“Какой дворецкий? В каком веке мы живём!” — парировала свои же слова.

Уверена, Адем в состоянии сам вести хозяйство.

Пожилой мужчина вернулся быстро. В руках он держал небольшой серебряный поднос, где стояли два стаканчика-тюльпана, маленький чайничек, из носика которого шёл пар, и пиалка со сладостями.

Доган поставил поднос на стол прямо передо мной.

— Спасибо. — поблагодарила его, — Пахнет изумительно.

Аромат и впрямь обволок всё пространство.

— Адем рассказывал о вас. — меж тем произнес он.

— Обо мне? — растерянно уточнила, замирая со стаканом в руках.

Отчего-то сложившаяся обстановка добавляла каплю смятения в сознание, поэтому не удивительно, что слова мужчины практически не осмыслялись мной мгновенно.

— Рад наконец увидеть русскую девушку, что украла сердце моего сына. — Доган улыбнулся, чем подчеркнул все возрастные морщинки.

“Сына?” — воскликнул голос, а щёки предательски заалели.

— Адем ваш сын? — продолжала удивляться вслух.

— Младший. — кивнул мужчина.

— О. - теперь к моему состоянию добавилась робость.

“Получается, я знакомлюсь с родителями парня, который мне нравится? А ещё он сказал, что я украла сердце Адема”.

— Не тревожьтесь. — Доган явно уловил моё настроение.

Его лицо стало более расслабленным, даже дружелюбным.

— Он говорил, что его мама тоже русская. — постаралась унять себя.

— Я был дважды женат. — медленно произнес Доган, присаживаясь рядом, — От первого брака родилась дочь Айсу. С её мамой мы развелись спустя пару лет после рождения девочки.

— Она тоже из России? Ваша первая жена.

— Нет. — качнул головой, — С Ханде мы были знакомы ещё со школы. Она, как и я, родилась в Стамбуле.

Доган говорил с небольшими паузами, а также коверкал некоторые слова, из-за чего я не сразу улавливала суть.

— Спустя время встретил Дарину.

— Она приехала сюда, в Турцию?

Мужчина налил себе в стакан горячий чай.

— Да. Они с подругой решили объездить страну.

“Надо же, сколько, оказывается, в наших историях общего” — заметила я.

— Мы были влюблены друг в друга, а потом появился мой мальчик.

— Я приезжала в этот дом не день рождения Дарии, но мы с вами и вашей женой так и не встретились. — тихо хмыкнула, а после сама же оправдалась, — Хотя, я так быстро уехала, поэтому логично.

В карих глазах мужчины на долю секунды мелькнуло отчаяние. Он опустил веки, как будто не хотел, чтобы я видела его уязвимость от следующей новости:

— Дарина умерла от рака несколько лет назад.

— Простите. — никак не могла подобрать слова, напиток встал поперек горла, — Я не знала. Соболезную вашей утрате.

“Доган не один пережил потерю. Для Адема это был ещё один удар, сначала любимая жена, потом мама” — грустно думалось мне.

— Дела минувших дней. — отец детектива взял конфетку из пиалки, откусил, а после сделал глоток чая.

— Дарина была бы довольна, что мы о ней говорим. Помним. — уголок губ приподнялся. — Уверен, вы бы ей тоже понравились.

— Ох. — проморгалась, — Мне показалось, Айсу не особо была рада видеть меня.

— Она никак не может мне простить, что мы с её мамой разошлись, а Дарину она долго не могла принять.

“Теперь понятно. Мачеха была русской, поэтому у Айсу триггер на таких же, как Дарина” — заключила про себя.

— Знаете, Екатерина, когда мой сын впервые говорил о вас, я за долгое время глядел, как изменилось его лицо. Давно я не замечал в нём того огня, который был раньше. Вы знаете, что у него была жена?

— Да. — кивнула, — Я знаю, что она попала в аварию.

— У меня болело сердце от той пустоты в его глазах. Наверное, проблески жизни возникали