Попаданка в книгу. Оставьте злодея в покое! - Ива Лебедева

Пытаясь устроиться поудобнее и желательно сверху, я толкнула мужа в сторону кровати. Лекс не стал сопротивляться и со всего размаха завалился на постель.

Жаль только, к этой постели какой-то недоумок присобачил здоровенную бархатную занавеску на фигурных столбиках. Корабельные мачты надо для таких целей использовать, а не хлипкие резные палочки! Они же, как оказалось, ломаются от одного толчка, причем с громким треском и стуком, накрывая все вокруг пыльным балдахином, сорвавшимся с ненадежных креплений.

Да вашу ж машу! Ну что за злой рок? Или это потому, что у оригинальной новеллы был рейтинг 16+?!

Глава 41

— Хорошо, давай начнем от обратного. Что ты МОЖЕШЬ мне рассказать?

После того как мы избавились сначала от балдахина, потом от влетевшего с кинжалами наперевес брата, потом от пыли, устроившей в нашей спальне натуральный мини-самум… Короче говоря, после того, как мы выкинули балдахин, подпорки и пыль в коридор, заодно отпустив Каллена отдыхать, настроение кусаться и целоваться как-то пропало. Резко навалилась усталость.

Оказалось, что можно просто поговорить, не отрывая друг другу в процессе голову. Правда, для того, чтобы не отвлекаться, Алексу пришлось сменить драную рубашку на целую, а мне — укрыться одеялом по самый нос.

— Ровно месяц назад ты должна была умереть. Семья О’Райли считала болезнь аналогом магической гемофилии, но на самом деле проблема была не в этом. Просто душа была очень хрупка, и это сильно влияло на тело. Вот и пыталось оно как можно скорее закончить свое существование. От такого не лечат…

— Это я и без тебя знаю. Поняла, что ты подстроил некий ритуал, благодаря которому я получила магию. По всей видимости, это произошло, когда я во время прогулки упала с лошади и треснулась о некий камень с надписями. Меня не это сейчас интересует.

— А что? — довольно настороженно спросил бывший принц, устраиваясь на моей кровати, но поверх одеяла и с другого края.

— Алексин, мы оба взрослые люди. И прекрасно понимаем, что сказки про любовь с первого взгляда следует оставить для младших школьников.

— Естественно. Но ты ведь уже и так поняла, что взгляд был далеко не первый. И даже не второй.

Я собралась с духом, посчитала про себя до десяти и решилась:

— Ты знаешь, кто я, верно? Давай, чтобы без обмороков, отвечай только да или нет.

— Да, ежик, — тихо и после о-о-очень длинного молчания ответил Лекс.

— Я умерла по твоей вине?

— Да… — еще тише, и глаза закрыл, чтобы не смотреть на меня.

— Ты этого не хотел?

— Я… я понял это слишком поздно. Когда уже не было возможности что-то исправить.

У меня слегка заныли виски, и Алексин демонстративно захлопнул рот.

— Угу, понятно, меняем тему, — поспешно заявила я, чувствуя не только давление вероятностей, но и то, как дернулся муж, словно тоже почувствовал нечто, угрожающее мне. — Скажи лучше: почему ты пожалел?

— В смысле? — Лекс открыл глаза, сел и посмотрел на меня в упор.

— Ну… м-м-м… я чего-то не успела? Не доделала? Зачем я была тебе нужна? Так, погоди, не отвечай. Вообще не отвечай, я буду рассуждать вслух, ты не реагируй, чтобы не вляпаться, а потом в самом конце просто скажешь в цифрах, сколько раз я ошиблась. Согласен? — Лекс нехотя кивнул. — Хорошо. Попробуем пройтись по логической цепочке: твоя врожденная татуировка и количество бутонов связаны с количеством попыток прожить жизнь и захватить мир. — Мужчина дернулся, как если бы едва удержался от хохота. — Не хмыкай! Это тоже подсказка. К тому же в том, что ты хотел его захватить, я почему-то более чем уверена. — Ага, новеллу читала. — Как минимум в первые несколько раз.

Алексин снова прикрыл глаза длинными ресницами. Наверное, чтобы слишком ярко не сверкать на меня золотыми звездами в глазах.

— Поехали дальше… Захватывать мир тебе все время мешали. Точнее, мешала одна девушка, которой невероятно везло на внезапные события, знакомства, дружбу и упавшие с неба магические силы.

Лекс промолчал в ответ, но тут и говорить ничего не надо было, и так все ясно.

— И ты решил… поменять расклад. Отобрать у этой надоедливой девушки ее силы и везение. Но себе их забрать почему-то не смог.

— Ты меня слишком демонизируешь, — не открывая глаз, фыркнул бывший наследник и темный властелин.

— Ну-ну… себе ты забрать плюшки не мог. Зато сумел лишить этих радостей своих соперников. Выдернул из иного мира чужую душу и привязал бонусы к ней. Да не вошкайся, будто тебе в штаны углей насыпали, это слишком красноречиво, как если бы ты признавался и каялся! Тем более это достаточно остроумное решение, и в целом я одобряю. Если бы оно не коснулось меня — вообще была бы в восторге.

— Угу… что-то похоже, что-то нет, да и акценты должны быть другими. — Лекс, вроде как разговаривая совершенно о другом, посмотрел в освобожденный от балдахина потолок и неопределенно повертел пальцами.

— А дальше начинается самое интересное. Ты смог получить доверие плюшкообладательницы. Использовал ее в своих целях. Но она слишком рано померла, до того, как ты с ее помощью достиг власти.

— Нет, вообще мимо, — резко оборвал мои разглагольствования Лекс. — Я получил все, чего хотел. До последней мелочи. Я победил.

— Так какого ж ты рожна решил рискнуть еще раз?! — Я так искренне изумилась, что откинула одеяло, села и уставилась на мужа в упор.

Алексин впервые с начала разговора поднял на меня взгляд. Обжигающе горячий, яркий и будто бы поглощающий. На лице его растянулась нервная улыбка, настолько неестественная, что пробирала до дрожи.

— Потому что, как оказалось, я хотел не этого.

— В смысле?! — Я даже рот приоткрыла. — Ты же этот… темный властелин. Ты хотел править империей. Навести везде порядок. Получить единоличную власть, повергнуть в пыль всех врагов, отомстить тем, кто отравил твою маму…

— Скажи, как звали мою мать? — внезапно спросил Алексин.

— А?!

— Никто не помнит… сомневаюсь, что даже отец, который якобы был в нее влюблен, правильно назовет теперь ее имя.

— А при чем тут это?

— Я тоже не помню. Она была принцессой из маленького королевства на острове, вышла замуж по любви, родила меня, выпила отравленное вино в кубке на каком-то банкете и исчезла без следа. Ни записей, ни портрета, ни имени.

— А какая связь?!

— Подумай. И поймешь. Я не могу сказать, забыла?

— Софи тоже так исчезла? — после долгой паузы поинтересовалась я, пытаясь уложить в голове все, что узнала.

— У нее было имя. И брат. Но…

— Ф-фуф, как все сложно. Мне себя очень