Принцесса - Клэр Кент

— Спасибо.

Я поднимаю голову, чтобы видеть выражение его лица.

— Никаких лекций?

— Никаких лекций, — он испускает долгий, густой выдох. — Ты была потрясающей. Все это время ты была потрясающей. Я чувствую себя довольно глупо из-за того, что пытаюсь остановить тебя.

Я думала, что от этих слов мне станет легче. Я думала, что именно это я хотела услышать. Но по какой-то причине эти слова заставляют мое сердце болеть, а горло сжиматься. Я прячу лицо у него на груди и бормочу:

— У меня получилось не так уж хорошо.

— Нет, ты молодец.

Я колеблюсь, потому что не хочу признаваться в этом после того, как сама настояла на том, чтобы быть частью нападающей группы. Но мне нужно поделиться этим с кем-то, и Грант — именно тот человек для меня.

— Я была… Я была в ужасе. Все это время. Я будто застыла в ужасе. Мне каким-то образом удавалось пошевелиться, но я делала это в каком-то странном оцепенении — как будто на самом деле это делала не я. Я не знаю, как мне удалось хоть что-то сделать. Я промахивалась больше раз, чем попадала. Я… справилась не лучшим образом.

Грант запускает пальцы в мои волосы и гладит кожу моей головы.

— Именно так все чувствуют себя в такой ситуации. И это не имеет никакого отношения к тому, насколько хорошо ты справилась.

Теперь я начинаю дрожать. Я думала, что я в порядке. Спокойна. В приличном эмоциональном состоянии. Но теперь все, что я сдерживала, вырывается наружу.

— Я не хотела… не хотела никого убивать. Я не могу поверить, что я это сделала. Мне пришлось полностью отключиться, чтобы сделать это.

Он издает горловой звук и продолжает гладить мою голову и спину.

— Ты сделала то, что должна была сделать. Я тоже никогда не хотел никого убивать. Я тоже будто впадаю в транс.

— Правда? — я поднимаю голову, так как хочу убедиться, что он говорит мне правду.

Так и есть. Я вижу это по искренности выражения его лица. Грант откровенен со мной. Совершенно уязвим. У него очень мягкие глаза.

— Да. Перестань сомневаться в себе, принцесса. Ты была права, а я ошибался. Ты так хорошо справилась, — его дыхание становится странно прерывистым. — Я горжусь тобой.

По какой-то причине именно это становится последней каплей. Все, что я удерживала внутри, разламывается прямо надвое. Мои плечи трясутся. Я утыкаюсь лицом в его футболку. И я просто рыдаю.

Грант крепче обнимает меня левой рукой и подвигает правую, чтобы тоже обнять меня, полностью заключая в свои объятия. Я долго плачу, и он не пытается остановить меня или вразумить. Время от времени он бормочет «Все в порядке» или «Я с тобой».

Наконец я выплакалась. Меня перестает трясти, и я все еще в его объятиях. Я шмыгаю носом и говорю:

— Я в порядке.

— Я знаю.

— Извини, что я намочила твою футболку.

— Похер мне на футболку.

По какой-то причине это пробуждает мое чувство юмора. Я издаю прерывистый смешок.

— Это было смешно? — спрашивает Грант с улыбкой в голосе.

— Да. Почему-то смешно, — я наконец-то могу поднять голову и посмотреть ему в глаза.

— Подвинься ближе, — хрипло произносит он. — Я хочу тебя поцеловать.

Я пододвигаюсь так, чтобы наши губы оказались на одном уровне, и Грант поднимает голову, чтобы поцеловать меня. Поцелуй нежный. Мягкий. Кажется, он снова собирает мое сердце воедино.

Я почти уверена, что он бы продолжал, но я не собираюсь рисковать сексуальными моментами. Я не буду нести ответственность за то, что хоть немного задержу заживление его ноги. Поэтому я отстраняюсь и устраиваюсь поудобнее рядом с ним. Грант продолжает обнимать меня одной рукой, но держит более свободно.

И вскоре действительно засыпаю.

Я не знаю, как долго я дремлю, но я не просыпаюсь, пока не слышу голос Мака в комнате.

— Привет, — говорит он, пока я пытаюсь открыть глаза. — Просто проверяю, как у вас дела.

— Я в порядке, — это Грант. Я чувствую, как его мягкий голос слегка отдается эхом в его теле. — Но она спит. Не буди ее.

— Я не сплю, — объявляю я довольно сонно. Кажется, я все еще не могу открыть глаза.

Мак смеется.

— Да, ты выглядишь очень бодрой. Извините, что прерываю.

Наконец-то мне удалось приоткрыть глаза. Я не утруждаю себя попытками сесть.

— Я рада, что ты заглянул. Ты ведь не собираешься уезжать прямо сейчас, нет?

— Нет. Ребята из «Новой Гавани» уезжают примерно через час, но я думаю, что задержусь здесь на день или два, если вы не возражаете. У меня нет ничего срочного, а этот бассейн и кинотеатр слишком заманчивы.

— Пожалуйста, оставайся столько, сколько захочешь, — говорю я ему. — Ты можешь жить здесь, если хочешь.

— Большую часть времени я путешествую, но обязательно загляну, когда смогу, — он уже направляется обратно к двери комнаты. — А теперь я оставлю вас в покое, поскольку у вас явно что-то происходит.

Я начинаю возражать, но Грант говорит:

— Спасибо, что заглянул.

Мак поворачивается, несколько секунд смотрит на нас, лежащих вместе в постели, а потом уходит. Я слышу, как он говорит, может быть, нам, а может быть, самому себе:

— В следующий раз надо поработать над тем, чтобы меня подстрелили. Видимо, это верный способ заполучить девушку.

Глава 11

Неделю спустя я несу миску с тушеным мясом в комнату Гранта, потому что ему все еще нельзя ходить.

В целом, это была хорошая неделя. Мы восстанавливали лагерь после нападения Волчьей Стаи и приводили в порядок наш сад, так как он сильно пострадал. К счастью, мы держали всех наших цыплят в бункере, пока не построим для них нормальный курятник снаружи, так что они не были убиты или ранены во время захвата. Местность снова кажется безопасной, и настроение в нашем лагере лучше, чем когда-либо.

Я должна быть счастливой. Более уверенной. И я была бы такой, если бы меня так не отвлекали мои отношения с Грантом.

Врач сказал, что еще через неделю Грант может начать хромать, но пока он прикован к своей квартире. К моему удивлению, он не жаловался. Не пытался игнорировать указания врача. Не ворчал по поводу вынужденного бездействия.

И он не сделал ни единой попытки подкатить ко мне.

В тот день, когда Гранта подстрелили, я чувствовала близость с ним. Ближе, чем когда-либо прежде. Я убедила себя, что он чувствует то же самое и что так будет продолжаться и впредь. Но вот