Обретенная любовь - Гайя Алексия

– Не, спасибо, я не курю, – отвечаю я со смехом.

Он медленно вдыхает и выдыхает дым.

– Если хочешь знать мое мнение, ты получила очень хорошее образование. Проявлять такую стойкость… Ты меня удивляешь. Ладно, не буду ходить вокруг да около. – Он отвлекается на мгновение, дабы сделать глоток кофе. – Мне пришлось как-то отреагировать на выходку Софи.

Я хмурюсь. А есть какие-то подробности?

– Что ты имеешь в виду? – спрашиваю я.

– Софи несколько дней посидит дома. Поскольку ты торчала прямо под дверью, я так понимаю, подробности тебе и так уже известны, – отвечает он, стряхивая пепел в чашку, стоящую перед ним. Фу…

– Это Тиг меня научил. До встречи с ним я пользовался пепельницей, как все нормальные люди, – оправдывается отец. – Так банально…

– Тиг – настоящая свинья. Видел бы ты, во что превращается ванная после него, – говорю я. – Так что лучше не брать с него пример.

Папа хихикает и подмигивает мне.

– Да нет, мне уже давно надо было взять пример с этого маленького засранца. Тогда, возможно, ничего бы не случилось, и он все еще был бы рядом с моей дочерью и защищал бы ее от опасностей, которые у меня не получилось разглядеть…

Внутри все замирает. Папа нервно отводит взгляд и делает затяжку. Но как бы он ни прятал свои синие глаза, которые Чеви получил от него в наследство, я вижу, что его мучают боль и угрызения совести. Я вдруг чувствую собственную вину за то, что молчала, за то, что не могла ни с кем поделиться, не могла рассказать ему о Джейсоне. Тем не менее я и теперь не могу открыться, хотя момент для этого идеальный. Но мне по-прежнему слишком многого не хватает, чтобы говорить о таком. Хотя бы Тига. Он источник моей силы. Без него я топчусь на месте.

– Сейчас все, что я могу сделать, это вытащить Тигана из тюрьмы и отправить туда того, кто на самом деле на тебя напал. Но для этого мне понадобится твоя помощь…

Я сглатываю. Наступает тишина, тяжелая и удушающая, словно Тиг вдруг появился в комнате, и взгляд его глаз, иногда серых, а иногда голубых, сверлит эту безмолвную стену.

Глава 27

Тиг

Я наблюдаю за докторшей. Она, кажется, занята тем, из чего состоит каждый ее рабочий день: копанием в бумажках за письменным столом. Она не смогла сделать все на месте, так что пришлось тащиться за ней в медпункт. Ложиться я отказался. Здесь так спокойно и пахнет антисептиком. В глубине комнаты по радио играет кантри. Черт, я бы все отдал за одну минутку хип-хопа!

Охранники, конечно, не промахнулись, когда били: докторша теперь хочет отправить меня в больницу на рентген, очень уж ее беспокоят мои ребра. Но ей нужно запросить разрешение или что-то такое, поэтому, по ее словам, процедура может занять несколько недель. Я не вижу в этом смысла: через несколько недель меня здесь не будет. Ну, по крайней мере, я надеюсь…

Мой взгляд падает в окно, народ прогуливается по двору. Все сбились в стайки и сидят на привычных местах. Вряд ли я смогу прижиться в одной из них. Но и вторым Тедом становиться я не хочу – наркоманом, который кочует от группы к группе, собирая оскорбления и побои. Так что мне лучше смириться с мыслью, что здесь я буду один от начала и до конца. Обычно такие вещи меня не беспокоят, но с тех пор, как Елена вошла в мою жалкую жизнь, я изменился.

– Новый прорыв в деле о кровавой драме, развернувшейся в лицее Статен-Айленда!

Дьявол! Я вскакиваю с кровати, поворачиваю голову к радио, стоящему на комоде в глубине комнаты, и вслушиваюсь.

– Пока полиция ожидает показаний основной жертвы, Елены Хиллз, которая, кажется, до сих пор не оправилась от этого жестокого нападения, другая жертва пришла в себя, спустя месяц после развернувшейся драмы. Джейсон Дэш, смелый игрок в бейсбол, пришедший на помощь своей однокласснице в тот момент, когда на нее напал Тиган Доу, вышел из комы. После серьезной черепно-мозговой травмы и кровоизлияний сегодня утром Джейсон открыл глаза в главной больнице Манхэттена, где он находился с того самого вечера под неусыпным наблюдением лучших травматологов. Новость сообщила его кузина, Софи Вуд. В тот вечер Тиган Доу так же напал и на нее, и с тех пор она ведет ярую войну в социальных сетях, добиваясь, чтобы свершилась справедливость. Однако до сих пор не все в порядке: Джейсон Дэш не способен давать показания. Специалист доктор Эльвира говорит, что из-за полученных травм у него развилась амнезия. Произошло обильное кровоизлияние в мозг. Вкупе с психологическим шоком от жестокого нападения физические травмы будут иметь для мистера Дэша серьезные последствия. Только время покажет, сможет ли едва избежавший смерти Джейсон Дэш рассказать нам о событиях того вечера. Что касается обвиняемого, Тигана Доу, он сирота родом из Куинса, ранее – подопечный социальной службы, с самого раннего возраста привычный к полицейским участкам и судебным скамьям. Речь идет о рецидивисте, которого уже судили за акты агрессии и распространение наркотиков. Он ожидает суда за решетками тюрьмы на острове Райкерс в отделении строгого режима. Надеемся, Господь защитит наших дочерей и сестер и этот человек останется в тюрьме до конца своей жизни. И, словно подтверждая все доказательства дела, обвиняемый не проронил ни слова с момента задержания. «За двадцать лет, что я занимаюсь этой работой, этот тип – самый молчаливый из всех, кого я встречал», – комментирует детектив Райан, ведущий дело. «У Тигана Доу, насильника из Статен-Айленда, возможно, были и другие жертвы до этого случая», – так заявляет нынешний губернатор Дэш. В своей предвыборной кампании по переизбранию главы Нью-Йорка он делает акцент на безопасности и обещает сделать все возможное, чтобы такие рецидивисты, как Тиган Доу, не могли избежать правосудия. Также вчера на пресс-конференции он добавил, что проследит, чтобы Тиган Доу никогда не вышел из тюрьмы. Вот что говорит о нем громче любых слов.

Что значит «рецидивист»? В моем поле зрения появляется доктор и резко выключает радио. Я отворачиваю голову. Дьявол, против этих сволочей я ничего сделать не смогу. «Насильник из Статена». Меня еще никогда так не оскорбляли. Я никогда ни на кого не нападал просто так. Меня избивали бессчетное количество раз, даже когда я был ребенком, я вырос в среде насилия и грязных приемчиков, но я совершенно точно ни разу не творил зло