Договор на нелюбовь - Евсения Медведева

– Никогда не делился, и начинать не собираюсь, – встал, чтобы лучше было видно его хитрый взгляд, что блуждал по зеркальному остеклению летнего ресторанчика, куда убежала Катя. Её выискивал. Сука!

– Никогда, говоришь? – Борис сначала сжал в напряжении свои бледные губы, а потом разошёлся хриплым смехом, что больше походил на крик чокнутых чаек. – Тогда я сам всё узнаю. Особенно мне интересно как вы так умудрились познакомиться? Она танцулька из ночного клуба, ты бизнесмен. Пока.

– Только попробуй подойти к ней ближе, чем на метр.

– И что будет? – он снял стакан виски с подноса мимо пробегающего официанта и осушил залпом, даже не поморщившись. Лишь резко выдохнул и потянулся за сигаретами.

– Ты мой брат, конечно, – заметил Катю, что застыла с чашкой кофе в дверях, будто не решаясь выйти. Ей нужно было сделать это, потому что если покажет слабость этому подонку, то Борька вцепится в неё, как в раненую добычу. – Но жизнь я тебе подпорчу. Мне тут вчера счёт прислали из Монако. Ты заложил отцовский перстень?

– Как заложил, так и выкуплю.

Брат не подавал вида, но напрягся, зафиксировав свой взгляд на мне, а потом и вовсе надел очки, пытаясь оградиться.

– Не выкупишь, братец, – рассмеялся я ему прямо в лицо. – Я не оставил тебе шанса.

– Всего доброго, – Боря оттолкнулся от ограждения и, проигнорировав все-таки выпорхнувшую Катерину, скрылся в толпе.

– Он очень похож на твоего отца, – Катя села на подлокотник кресла, поставила кофе на стол, а сама все смотрела вслед удаляющемуся Борису.

Она хмурилась, быстро покусывая щеку, явно размышляя о чём-то, а почувствовав мой напряжённый взгляд, попыталась улыбнуться.

– А ты на деда. Кстати, он тебя ищет.

– Пусть сам идёт сюда, вредный старикашка, – ногой подвинул ближе стул, предлагая ей присесть, но Катя упрямо завертела головой, вдобавок схватив меня за руку. – Ты его знаешь?

– Кого?

– Его. Катя, не разыгрывай комедию, я этого ненавижу.

– Конечно, ты же сам нас познакомил. О! Ксюша, Лёва! – слишком громко взвизгнула Катя, привлекая внимание друзей, лишь бы закрыть неудобную тему.

– Наконец-то! Я такой голодный, может, поедем пожрём нормально? – Лёва бросил тоскливый взгляд в сторону фуршетного стола. – Эти канапешки уже поперёк горла. Сань, поехали?

– Нам уже пора на конференцию, Лёва. Потом поешь, хищник. Катя, ты со мной? Или с Ксюшей в отель поедете?

– Ой, я намаялась уже, – вздохнула Сеня. – Кать, пойдём на море? Пусть они свои кирпичики и денюжки считают, а мы в купальниках мужиков кадрить будем, попивая холодные коктейльчики, наслаждаясь звуком прибоя.

– Никакого моря. Со мной поедешь, – бросил взгляд на часы, взял Катю за руку, мысленно прикидывая во сколько нужно выехать, чтобы не опоздать.

– Саш, ну пусти на море-е-е, – протянула Катя, обвивая мою шею руками, затягивая в свой сумашедше сладкий цветочный аромат. Повисла на мне, отчаянно прыгая на месте. Ребёнок…– Отпусти, Царёв, опусти!

– А ты мне что?

– Наглый торгаш ты, Царёв! – еле слышно зарычала мне на ухо.

– Да, это есть.

– А чего ты хочешь?

– Кофе в постель, – брякнул первое, что в голову пришло.

– Пф-ф-ф… Мог бы и поинтересней придумать наказание, – Катя отпустила меня, отходя на несколько шагов, чтобы ни одна секунда её коварной улыбки не ускользнула от моего внимания.

– Хорошо, но до восемнадцать ноль-ноль вы обе должны быть в гостинице. Сегодня открытие конференции, поэтому на торжественный ужин выезжаем в восемь.

– Обещаем!

– Ох, Царёв, они врут и не краснеют! Не отпускал бы я их одних на твоём месте. О! А давай я с ними поеду? – Доний стал передразнивать Катерину, радостно подпрыгивая на месте.

– У тебя эта фишка не сработает, Лёва, – рука сама потянулась к её талии, будто там и должна находиться. Слегка подтолкнул её к выходу. – Идём, я вас до машины провожу.

– Сисек потому что нет? – обиженно пробубнил друг. – У Ксюши их вон тоже нет, тогда и её не отпускай!

– Лёва, если б не светский раут, – зашипела Ксюша и затопала к выходу.

– Я бы на твоём месте извинилась, – Катя укоризненно поцокала языком. – Лёва, ты болван.

– Клоун, – выдохнул я и прижал к себе «невесту». – Мы не договорили.

– Я иду на море, – она аккуратно поправила воротник моей рубашки подтянула галстук. – А ты идёшь заниматься любимым делом, а то я подумаю, что ты любишь меня тискать больше, чем работать.

Глава 29.

Катя 

Море приятно шелестело у моих ног, а по телу разлилась усталость. Мы с Ксюхой часа два бултыхались в море, восторженно ловя волны, как дети. Песок был повсюду- в волосах, в носу и скорее всего даже в ушах, потому что повеселились мы основательно.

– Я рада, что ты не из этих, – Ксюша махнула официанту, чтобы обновил наши бокалы. – Не как Килина, короче. Хотя сначала ты меня напугала. Влетела в кабинет, как ураган. Глаза огромные, молнии в разные стороны, думала спалишь прямо там!

– Я? Да брось, просто голодная была.

– Ага, видела я, что за голод у тебя, – рассмеялась она, принимая запотевшие бокалы «просекко».

Я решила не углубляться в спор, чтобы не ворошить собственные мысли, которые будоражили и меня саму.

Мы лежали в открытом бунгало у самой кромки моря. Тень создавала легкая прозрачная ткань, что от ветра парусилась и скользила по песку, а от любопытных глаз нас отделял плетёная ширма, создающая уют. Перевернулась на живот, всматриваясь в даль моря.

– Ты тоже не похожа на них, – закрыла глаза, вслушиваясь в шёпот прибоя, лишь бы не вспоминать шипение Килиной «он будет моим». И почему меня это так разозлило?  Может, потому что ты слишком близко подошла к Блондинчику? Нарушила дистанцию, не остановила его «царские» замашки? Поэтому теперь и сгораешь от ревности. Умчалась на море, даже не подумав, что Килина-то своего не упустит и наверняка караулит его на конференции. Черт!

– Что, уже посчастливилось пообщаться с её величеством-стервой? – Ксюша потормошила меня за руку, очевидно не в первый раз задавая вопрос.

– Удалось не только пообщаться, а выслушать её заверения, что Царевич скоро снова будет её. Будто Саша игрушка, которую мне великодушное дали поиграть. Кукла фарфоровая!

– Да не слушай ты никого, – отмахнулась Ксюша. – Килина эта с пелёнок ползала за Саней. Прикинь, ему уже лет десять было, пятнадцать, а она за ним по пятам. Целоваться прямо лезла! Сначала всем было смешно, а потом в манию превратилось. Как маньячка, честное слово!

– Но что-то же их связывало? Он же был в