Советница короля, или Вредные советы заразительны - Ольга Обская

— Такого огромного у меня ещё никогда не было! — у юного художника глаза горели профессиональным азартом. Он выдохнул: — Спасибо, — и, бережно прижимая перо к груди, поспешил в сторону мастерской.

Йон-Мартина всегда удивляло, насколько рано в этом ребёнке проснулась увлечённость искусством. И не давала покоя грустная мысль: не потому ли Лео так вдохновенно ушёл в мир рисунка, что в реальном мире столкнулся с чем-то нехорошим в самом нежном возрасте. Бывают испытания, когда и взрослый человек ищет место, куда бы сбежать. Йон-Мартин так и не нашёл, хоть исколесил всё королевство… И, кстати, он привёз из своих странствий подарок для Лео. Но раз малыш убежал, отдаст потом. Пока же принцу хотелось побеседовать со вторым участником событий.

— Вот уж не думал, что встречу тебя вновь, когда ты, как и в прошлый раз, будешь отнимать у ветра то, что он решил сделать своей игрушкой, — заметил принц с иронией, подходя к юноше. — Ты не ушибся?

— Я оставался невредим и в куда худших обстоятельствах, — беспечно отмахнулся тот, хотя Йон-Мартин успел заметить ссадину на его ладони.

Паренёк вызывал у него жгучее любопытство. Терзали подозрения, что он не так прост, как кажется.

— Пожалуй, оставлю вас наслаждаться этим чудесным деньком, а сам отлучусь привести себя в порядок, — витиевато попрощался сорвиголова и направился в сторону замка.

Йон-Мартин не хотел дать ему улизнуть — решил пройтись вместе с ним.

— В прошлый раз мы расстались, так и не познакомившись. Надеюсь, сегодня ты назовёшь своё имя?

— Меня зовут Бобби, — он сделал шутливый жест, похожий на реверанс, которым артисты приветствуют публику. — А господина?

— Йон-Мартин.

Ироничная ухмылка сошла с лица Бобби, сменившись удивлением.

— Принц Йон-Мартин?

— Да, — кивнул принц.

Если бы знакомство состоялось ещё там, в лесу, возможно, он не назвал бы своего настоящего имени. Йон-Мартин путешествовал по королевству инкогнито. Ему не хотелось привлекать к себе внимания и всюду встречать искреннее или наигранное обожание и чинопоклонение. Но тут, в замке, пора было становиться самим собой. Однако это не означало, что он соскучился по напыщенности и чопорности светской жизни. В общении с этим юношей ему бы хотелось сохранить непосредственность и лёгкость, которая возникла при их первой встрече. Он продолжил беседу в том же ироничном тоне, с которого начинал.

— Почему ты не снимешь кафтан? Без него просохнешь гораздо быстрее. Или это ты специально окунулся в пруд в одежде, чтобы охладиться?

Солнце сегодня палило безжалостно. Йон-Мартин и сам бы не против был залезть в пруд. Но вот что странно: почему в такой жаркий день Бобби вышел на прогулку в таком плотном кафтане?

— Вы правы, ваше высочество, я окунулся в воду, чтобы прохладиться. И всё то время, пока моя одежда будет оставаться влажной, я не рискую перегреться на солнце, в отличие от вас.

Йон-Мартин усмехнулся. Ещё при первой встрече он обратил внимание, как сорвиголова ловок на язык. А сейчас принц с удовольствием отметил, что Бобби, узнав, что перед ним член королевской семьи, не сделался скованным или подобострастным. Редко кто из простых юношей остался бы таким непосредственным в подобной ситуации. И это ещё больше подогревало к нему интерес.

— Ты так ловок, Бобби. Где обучался акробатическим трюкам?

— Было время, я путешествовал по королевству с бродячими артистами.

Это многое объясняло. Походная жизнь учит простоте и в то же время даёт ощутить свободу.

— А какими судьбами ты оказался в замке?

— Сейчас я… служу госпоже Эми, которая прибыла в замок по объявлению.

— Госпоже Эми? Это та загадочная дева, о невероятной красоте которой уже судачит весь замок?

— В моей госпоже главное — не красота, — лукавинка сверкнула в глазах Бобби.

— Я считаю, что в любой деве красота — не главное, — усмехнулся Йон-Мартин.

— О, наверное, вы, как и ваш брат, находите обязательными для девы многие добродетели: не только красоту, но и умение играть в конное поло и чунайские шашки, владеть флейтой и губной гармошкой.

— Что я слышу? Иронию? Тебя забавляет список добродетелей идеальной невесты? — Йон-Мартин получал удовольствие от живых эмоций Бобби. — И хоть ты ещё очень юн, но всё же, когда-нибудь придёт пора задуматься о браке, что же захочешь видеть в своей избраннице?

— Когда и если я захочу связать с кем-то свою жизнь, пожалуй, не буду столь строг, как его величество. Мне будет достаточно одной добродетели.

— Всего одной? Какой же?

— Верности.

Последнее было сказано без иронии. И было сказано так, будто Бобби знает цену этому бесценному слову, будто уже сталкивался с предательством. Наверное, список Йон-Мартина выглядел бы в точности также. Удивительно, что их мысли в этом вопросе совпали.

Принц неожиданно ощутил какое-то трудно объяснимое чувство к этому юноше — усиливающийся интерес и желание узнать его поближе. Ловкий в движениях и искусный в словесных пикировках сорвиголова кроет в себе какую-то загадку, которую хочется разгадать.

— А твоя госпожа обладает всеми теми добродетелями, что упомянуты в объявлении?

— И не только ими, — заверил Бобби, в глазах которого снова светилась ирония. — И, кстати, моя госпожа уже заждалась меня. Я обещал, что буду отсутствовать недолго. Надеюсь, его величество простит, что я должен с ним попрощаться.

Они действительно уже подошли к южному крылу замка, где были отведены покои всем прибывшим по объявлению девам. И, тем не менее, Йон-Мартин не хотел пока прощаться с Бобби — у него была идея куда лучше.

Он собирался сегодня побеседовать с каждой из пяти дев, которые прибыли по объявлению — брат пока самоустранился, но кто-то из королевской семьи должен же их поприветствовать. Так почему бы не начать с Эми?

— Отведи меня к своей госпоже, — велел он Бобби. — Хочу с ней познакомиться.

Глава 47 — о подарках и предостережениях

Лида рассматривала содержимое переданной ей шкатулки, не веря своему счастью. Так сильно она, пожалуй, ещё ни одному подарку не радовалась. Разве что в детстве, в шестилетнем возрасте, когда ей “Дед Мороз” на Новый год домик для кукол подарил,