Космофлот. Игрушка ренегата - Ева Финова

Я повела плечом и устало привалилась к стволу дерева.

— Кстати, — ренегат потянулся в карман и достал диспенсер. — Кажется, время настало для новой процедуры.

— Да уж.

Выдохнула и воздела глаза к небу. Поскорее бы выздороветь и не жить словно по таймеру. Но жаловаться не буду. Могло быть и хуже. Я улыбнулась Гилему и благодарно потянулась к его губам, искривлённым саркастической усмешкой. Или мне показалось? Закрыла глаза, наслаждаясь приятным видом лечения. Жаль только, я уже перешла на уколы в шею, а эта процедура оказалась больнее, чем в ягодицу. Ну, зато головные боли прекратились, и я забыла про плечо. Вернулся аппетит и жажда жизни. Я бы даже сказала, что только сейчас в полной мере смогла ощутить её ценность. А главное, я абсолютно точно не хотела расставаться с Гилемом Натисом. Что делать с этой навязчивой потребностью, не имела ни малейшего понятия, но искренне надеялась, будто сумею найти хоть какое-то приемлемое для нас обоих решение. Главное, чтобы он меня не оттолкнул.

— М-м! — запротестовала я, чувствуя, как его руки возбуждающе скользят по моему телу. — Сейчас не время и не место.

— Но ты согласна, что одного раза недостаточно? — спросил он вдруг.

— Ха, а ты будешь считать количество?

Ренегат угрюмо потупился и отвернулся. Нет, я не хотела его обижать! Обняла его и тихонько призналась:

— Мне тоже было мало. Но как долго продлится твой интерес ко мне? Я лишь боюсь, что быстро тебе надоем и ты меня бросишь. Как-то так.

Гилем обернулся и стиснул меня посильнее, буквально впечатал в ствол дерева.

— Глупая, я еле держусь сейчас. И мне тоже мало, мне всегда будет мало. Ты такая… такая…

Он снова поцеловал меня. Грубо. Требовательно. Призывно.

Внезапно послышался какой-то шум, и мы были вынуждены отпрянуть друг от друга. Время и место действительно были неподходящими.

— Давай сюда шею, и надо уматывать отсюда, пока нас не обнаружили.

— Ага, — согласилась я.

Почему мы не встретились с ним при других обстоятельствах?

Глава 30. Гнев

Нелёгкий разговор ждал генерала за этой дверью, в собственной двухэтажной каюте. Военный медлил, не решался зайти, припоминая проблемы: как долго пришлось разбираться с остальными съёмочными группами, ждущими своей очереди. Отказ их мало обрадовал, но Джошуа не мог себе позволить повторение, как с командой из Шанта, а конкретно «Шата-119», планетарной столицы, где располагались без малого все органы управления системы Шант.

Выдохнув, генерал вошёл и с порога получил нагоняй, звучащий из смежной комнаты.

— Каким местом ты думал? Чуть не угробил сестру на глазах у всех! — возмутился фельдмаршал.

— Но маркированный, он же мог быть на борту?

— Он и был, — проворчал Барбери. — Иди сюда, глянешь, что у меня есть.

Проведя пальцами по планшетке, фельдмаршал вывел на большой экран спутниковые снимки в хорошем разрешении:

— Мне только что прислали по запросу.

Картинка крупным планом отражала буйную зелёную растительность, и в прогалине между ветками чётко были видны два человека: мужчина с густой чёрной шапкой волос держал в руках инъекцию со встроенной в тюбик иглой, а девушка послушно стояла, склонив голову вперёд, не сопротивлялась.

— Так он действительно ей что-то вкалывает? — генерал не верил собственным глазам. — А это точно она? Моя сестра? Вдруг вообще какая-то беспризорница из ваших по программе?

— Точно. Вот её лицо в увеличении.

— Кровавые разводы на подбородке? Он её бил? — Джошуа сжал кулаки.

— А ты чуть не угробил, тоже мне, герой, — фыркнул фельдмаршал. — Теперь понимаешь, зачем я вмешался?

— Ты создал мне проблемы, — недовольно проворчал сын. — Меня теперь по стенке размажут и не видать карьерного роста.

— Тебе его и так не видать. Отдаёшь глупые приказы, и все это видят, но молчат до поры до времени, пока потери минимальны. А случится экстренная ситуация, и сметут тебя более предприимчивые и хитрые снизу. Не успеешь рот раскрыть.

Джошуа поморщился, но ничего не ответил. Он не был глуп и отчётливо понимал, что ему не достаёт стратегического мышления. Не достаёт узкоспециализированных знаний и опыта, как у отца. Но он отчаянно старался выслужиться перед ним, стремился к цели, однако зачастую на пути к её достижению совершал множество ошибок, нивелируя любой положительный эффект от правильно принятых решений. Вот и сейчас ему не хотелось докладывать сразу две плохие новости. Однако, собравшись с мыслями, он всё-таки доложил:

— Мей Гоз исчезла.

— Как исчезла? Кто-то до неё добрался? Арди?

— Нет, он уже на том свете. Видел его в списках на утилизацию, — отрицательно покачал головой Джошуа Туайд. — А Освальд Натис не идёт на контакт, заперся у себя в квартире и периодически что-то крушит, кидает мебель в стенку. Мы бы его достали, конечно, если бы не толпы журналистов возле его дома.

— Получается, приманки у нас нет. А Гилем сейчас завладел единственной ценностью, которой сможет козырять на случай шантажа? — цинично заметил Барбери. — Репортёры уже отправились узнавать подробности о Диане Род. И связь со мной может всплыть в скором времени…

— А разве нам есть о чём переживать? — Джошуа внимательно разглядывал снимок. — Мы здесь выглядим жертвами.

— Если не учесть тот факт, что ты чуть её не угробил.

— Я хотел поскорее её увидеть, — сын ухмыльнулся. — Всегда можно прикинуться слабовольным идиотом, которым меня и так считают.

Фельдмаршал пропустил самоуничижительный комментарий мимо ушей, отсеял информацию за ненадобностью и продолжил размышлять вслух:

— Видится мне, Гилем жаждет попасть в «Шата-119». Надо его как следует встретить.

— То есть позволить ему улететь из Кави?

— Сейчас на орбите летает как минимум семь команд репортёров из Шанта, Бео и Зоуль. Начнём разборки на планете — привлечём лишнее внимание. Пусть улетает. Главное, пресечь любую утечку информации о личности ренегата. И кстати, он точно один прилетел? Проверьте корабль. Что у них там на борту случилось в итоге. Может, найдёте ампулы? Понять бы, чем он её накачивает.

— Линкоры медлят с отчётом, — генерал заметил с неудовольствием. — Или же это из-за репортёров? Надо узнать, что у них там случилось при посадке.

— Прикажи следить, но не приближаться. А в Шанте мы их примем