Жажда тебя - Елена Саттэр

Я шла по дорожке, усыпанной лепестками роз, под звуки арф и скрипок — музыку, которую выбрал Эриад. Он настаивал на старинной мелодии. Отец спорил, требовал джаз, рок, что угодно, только не «этот похоронный марш». Но Эриад ответил, что женится на мне, а не на отце.

Отец замолчал. И я увидела в его глазах не гнев, а слёзы.

Мелодия плыла над садом. Я не смотрела на гостей. Не замечала ни Таю, стоящую в первом ряду с трепетом в глазах, ни профессора Носфератума, поправляющего шляпу. Я видела только его.

Эриад ждал меня у алтаря. Высокий, сильный. Когда он увидел меня, его губы дрогнули. Он медленно опустился на одно колено.

— Я пришёл за тобой, — прошептал он, и его голос дрожал, как струна. — Не как Князь. Не как повелитель. А как мужчина, который любит тебя больше жизни. Я пришёл, потому что любил тебя тысячи лет… и буду любить вечно. Даже если вселенная рухнет, я найду тебя.

— И я люблю тебя, — сказала я, смеясь сквозь слёзы. — Я люблю тебя. И это — навсегда.

Он встал, взял мою руку — его пальцы были тёплыми, сильными, но я почувствовала, как они дрожат. Я легонько пожала его в ответ.

Священник — бывший охотник на вампиров, старик с лицом, изборожденное шрамами прошлых битв, но с глазами, мягкими, как вечернее небо, — поцокал языком.

— Ну что ж, — пробормотал он, — начнем.

Он не стал затягивать церемонию, сказал нужные слова, а потом обратился к нам. Вначале ко мне.

— Лили, ты принимаешь Эриада как своего мужа?

— Да, — сказала я, не колеблясь. — Я принимаю его — со всеми его ошибками, с его прошлым, с его болью. Я принимаю его, потому что люблю.

— Эриад, ты принимаешь Лили как свою жену?

Он смотрел на меня так, будто видел впервые. Его голос дрожал.

— Да, — прошептал он. — Я принимаю тебя. Принимаю, как свое прошлое и как свое будущее. Клянусь любить тебя, защищать, хранить — до последнего вздоха. И если я перестану дышать… моя душа будет искать тебя. Потому что ты — единственное, ради чего я готов был стать человеком.

И я знала, что это не просто слова. Один раз он уже поступил так.

— Да будет так. Объявляю вас мужем и женой. Можете поцеловаться… — он запнулся, усмехнулся, — только не очень долго. А то гости подумают, что свадьба закончилась.

Вокруг раздался смех. Лёгкий, тёплый.

Мы с Эриадом смотрели друг на друга.

— Ты помнишь наш первый поцелуй? — прошептал он.

— Во тьме, — улыбнулась я. — Как ты впился в мою шею… Как я думала, что это конец. Когда я перепуганная пыталась спрятаться от вампиров, и нашла тебя.

— А я помню, как в тот момент впервые почувствовал вкус жизни. Чувствовал, что это ты пришла ко мне, но не мог поверить в это. Я сразу узнал тебя.

Он наклонился.

И когда его губы коснулись моих — мир исчез.

Не было ни сада, ни гостей, ни света фонариков. Были только мы. И этот поцелуй — медленный, глубокий.

Я почувствовала всё:

Тот день, когда он держал меня в своих покоях, и я боялась, что он убьет меня.

Тот миг, когда он прижал меня к сердцу.

Наши три свидания в абсолютной тьме.

Наши губы двигались медленно. Его язык проник в мой рот и начал медленно ласкать меня. Все внутри затрепетало. Если дело так пойдет и дальше, то я захочу отказаться от дальнейшей церемонии, от танцев и торта, чтобы побыстрей уединиться с ним в спальне.

Кажется, Эриад на это и рассчитывал, лаская меня языком.

Где-то вдалеке снова раздался смех.

Кто-то крикнул:

— Ну хватит уже! Пора идти к столу!

Глава 56 Торт и танец

— Фу, может без угощений обойдемся, — возмутился кто-то из бывших вампиров, еще не привыкший к человеческой еде.

Мы наконец-то нашли силы оторваться друг от друга.

— Я люблю тебя, — прошептал Эриад.

— И я люблю тебя.

И в этот момент, глубоко внутри я почувствовала мерцающее тепло. Ребенок, наш ребенок, он еще не шевелился. Но он давал знать о себе. И сейчас я ощущала его позыв, как теплое нежное прикосновение.

Я прижала руку к животу.

— Он чувствует, — сказала я.

Эриад опустил ладонь поверх моей.

— Да, — прошептал он. — Он знает, что мы вместе. Знает, что любим друг друга и любим его.

Музыканты подняли инструменты.

Старинная мелодия поплыла над садом — арфы, скрипки, флейты — и где-то в глубине, почти не слышно, — биение барабана. Эриад выбрал музыку на свой вкус.

— Пойдём? — Эриад протянул мне руку.

И мы вышли на середину сада. Это был наш танец. Танец жениха и невесты.

Мы начали медленно. Он держал меня за талию, а я — за шею. Наши лбы соприкоснулись. Я чувствовала его дыхание. Он закрыл глаза.

— Я никогда не танцевал, — прошептал он. — Всю свою долгую жизнь я знал только битвы. В ней не было места танцу.

— Слушай музыку, — ответила я, смеясь. — И постарайся не наступить мне на ноги.

— Буду очень стараться, — он улыбнулся. — А ты можешь наступать на меня.

Музыка набирала силу. Арфы пели, скрипки плакали, флейты звенели. Мы начали кружиться — сначала неуверенно, потом всё быстрее, всё смелее.

Эриад вёл меня осторожно. Рассчитывал каждое движение.

Он прижал меня ближе.

— Я никогда не знал, что можно быть таким счастливым, — прошептал он.

Музыка достигла кульминации. Мы остановились, замерев в объятиях, под аплодисменты, которые прокатились по саду, как волна.

Но мы не отпускали друг друга.

— Это только начало, — сказала я.

— Да, — ответил он, целуя меня в лоб. — А продолжение будет в спальне. Скорей бы уже.

Я рассмеялась, прижавшись к нему. Мне тоже не терпелось. Скрыться от шума, от глаз, от всего мира. Остаться наедине с ним. Хотелось вновь испытать все те ласки, которые он так щедро уже дарил мне, хотелось чтобы наши поцелуи никто не прерывал. Хотелось испытать наслаждение и оргазм

Но свадьба ещё не закончилась.

— А теперь, дорогие молодожёны, — провозгласил отец, поднимая бокал, — пора разрезать торт!

Торт стоял на постаменте, трёхъярусный, украшенный сахарными цветами, каплями глазури, и крошечными жемчужинами, похожими на те, что были на моём платье. Его украшали две фигурки — не жених и невеста, как обычно, а силуэты влюбленных — мы с Эриадом.

— Он не не взорвётся? — пробормотал профессор Носфератум, подозрительно поглядывая на торт. Ему очень тяжело давалось привыкание к человеческой еде.

Эриад взял нож, тяжёлый, с