Тик-Ток - Кэндис Робинсон

— Неужели? — выдавил Тик-Ток сквозь стиснутые зубы.

Внезапно в троне проступили очертания тела. В изящно сработанном кресле восседало самое мерзкое из существ. Волосы Гларондала свисали редкими черными прядями, на голове виднелись плеши и кровоточащие раны. Сухую, восковую кожу усеивали коричневые пятна. Ржаво-коричневый цвет его глаз скрывала голубоватая пелена, а в углу рта росла большая язва. Тело, которого Тик-Ток когда-то боялся больше всего на свете, теперь сгорбилось; пальцы были вывернуты под неестественными углами, конечности превратились в обтянутые кожей кости.

Как? Фейри не старели таким образом. Они переставали меняться по достижении зрелости и начинали увядать лишь в последнее столетие жизни. Но даже тогда это никогда не выглядело так. Никогда так… по-смертному.

— Как ты попал в мое королевство, фейри? Неужели нашелся еще кто-то, кто способен открыть портал? — Он закашлялся, и с его губ брызнула кровь. Белую тунику покрывали темные пятна засохшей крови. — Если такой есть, приведи его ко мне, и я щедро тебя вознагражу.

— Я никого тебе не приведу, — отрезал Тик-Ток. Никого, а уж тем более Норт. Он медленно вошел в комнату, проводя золотой рукой по спинкам обеденных стульев. — После всех трудов, что потребовались, чтобы добраться сюда, я удивлен, что ты хочешь еще один портал.

— Это место высасывает из тебя магию, — выплюнул Гларондал. — Так постепенно, что ты не заметишь, пока не станет слишком поздно. Тебе нельзя здесь оставаться — забери меня с собой.

Тик-Ток ухмыльнулся. Видеть отца в таком состоянии, слышать отчаяние в его голосе было сладчайшим даром. Даже слаще, чем предсмертные крики его матери.

— О, у меня нет ни малейшего намерения здесь оставаться.

Гларондал уперся в подлокотники кресла, пытаясь встать, но рухнул обратно.

— Мы должны немедленно отправиться в Земли Фейри.

— И что ты будешь там делать? — Тик-Ток поморщился, заметив маленьких белых червей, ползающих в вазе с фруктами. — Вернешься в семью? — Он сам не знал, почему спросил, им двигало любопытство. Не планы отца интересовали его, а то, осталось ли хоть зерно раскаяния в этом отвратительном теле.

— Моя семья была убита моим сыном, — прохрипел тот. — Ненавистное отродие.

Тик-Ток замер. Какого черта? Он это серьезно? Все мысли испарились, пока он сверлил взглядом никчемного старика. Даже чувства покинули его. На мгновение он не ощущал ничего — ни гнева, ни страха, ни радости, ни отвращения.

А затем всё вернулось, усиленное вдесятеро.

Его старшая сестра, прижимающая руки к животу, защищающая зародившуюся внутри жизнь, пока их мать вытягивала саму суть из ее тела. Его старший брат, бросающийся ей на помощь. Отец, встретивший его в прыжке своим мечом, выпускающий брату кишки. Пронзительные крики младшей сестры, когда Гларондал шагал к ней с окровавленным клинком. То, как он перерубал каждому позвоночник, чтобы они точно не ожили. И то чувство, когда тебя удерживает магия, и ты смотришь, зная, что ты следующий…

Тик-Ток рванулся вперед и в мгновение ока прижал меч к горлу отца.

— Значит, это я их убил, отец? — прошипел он. Рот Гларондала раскрылся в шоке. — А я помню всё иначе. Пожалуйста, расскажи мне, как всё было.

— Тик-Ток… — Он издал громкий, судорожный вдох. — Ты пришел за мной.

Он чуть сильнее надавил на лезвие, и по венистой коже Гларондала потекла красная струйка.

— Я пришел, чтобы убить тебя, подлый мерзавец. Десятилетиями я искал того, кто откроет портал. Я принес столько жертв, чтобы оказаться здесь, порубить тебя на куски и скормить морю. Но даже этого было бы мало, чтобы расплатиться за всё, что ты сделал со мной и моими близкими.

— Ты не можешь меня убить. — Гларондал рассмеялся, но смех тут же перешел в кашель. Тик-Ток отвел меч, чтобы ублюдок не сдох сам и не лишил его мести. — Я — бог.

Респен расхохотался в другом конце комнаты, но тут же замолк под яростным взглядом Тик-Тока.

— Прости, капитан. Просто это… — Он бросил на Гларондала презрительный взгляд.

— Капитан? — переспросил Гларондал и вцепился в рукав Тик-Тока. — Кто пойдет за таким ничтожеством, как ты?

— А кто станет поклоняться такому куску дерьма, как ты? — парировал Респен.

Внезапная искра магии ужалила золотую руку Тик-Тока; он резко отдернул ее от отца.

— Ты пытался украсть мою магию? — произнес он тихо. Слишком тихо. Громче, чем взрывы на корабле Солта.

— Что с твоей рукой? — прохрипел Гларондал, потирая ладонь, словно ее обожгло.

Скорее всего, так и было — его рука отражала любую магию, включая попытки кражи, и отец был достаточно глуп, чтобы попытаться сделать это при касании. Лишь однажды кто-то пробовал подобное, и та дриада мгновенно вспыхнула, объятая пламенем защитной искры. Тик-Ток мрачно посмотрел на отца.

— Пожалуй, я всё-таки не стану тебя убивать, — медленно проговорил он. — Для тебя найдется финал получше.

— Чт…

Тик-Ток кивком подозвал Респена.

— Верни нас в ту первую деревню.

— Есть, капитан. — Респен вскинул бровь и схватил Тик-Тока за плечо. — Держи его крепче.

Тик-Ток схватил умирающего за горло, заставив того панически глотать воздух, и сила Респена вырвала их из пещеры, перенеся прямо на тот перекресток, где они стояли час назад.

Бросив отца на землю, Тик-Ток зашагал к дому, из которого выходила девочка. Он расправил плечи и забарабанил в дверь. Нетерпение росло в нем, пока он ждал ответа. Всё это время он хотел насладиться местью, и вот как это должно произойти.

Дверь распахнул дородный мужчина и ахнул. У него была квадратная челюсть, на голове ни волоса, по крайней мере, на той части, что не была скрыта свободными черными одеждами от шеи до пят.

— Ваше Высочайшее Превосходительство, — сказал он с поклоном. Замешательство на его лице было очевидным. Дочь, вероятно, рассказала ему о «богохульстве», посеяв сомнения во всей семье. — Это большая честь. Дочери сказали, что вы прибыли, и мы подготовили…

— Хватит. — Тик-Ток на мгновение закрыл глаза, чтобы не сорваться и не ударить этого ни в чем не повинного человека. — Выведи свою семью наружу. Будете свидетелями.

Тик-Ток развернулся и вернулся к Респену. Гларондал хрипел на гравии, лихорадочно пытаясь что-то нащупать, хотя вряд ли он видел что-то, кроме теней сквозь свою катаракту.

— Что ты задумал? — с любопытством спросил Респен.

— Я становлюсь богом, — ответил Тик-Ток с брезгливой ухмылкой.

Когда он снова обернулся, за главой семейства стояли две девочки, две женщины постарше, мальчик и старик. Все они были похожи друг на друга — темные глаза, еще более темные волосы, чуть вздернутые носы, — но казалось, будто каждый прожитый день заметно старил их. Исключением были лишь дети, жавшиеся к взрослым, но, вероятно, это ненадолго.