Лучшие бывшие - Лана Гетманцева

меня повергли двое, что шли замыкающими. Под бурные овации гостей последними за центральный стол прошли Рос и та девушка, что была у него в квартире, когда я очнулась после ночи текилы. Бертов бережно держал её за руку и помог присесть на своё место. Я смотрела во все глаза, боясь выдать себя. Илья рядом ничего не заметил, а может, просто сделал вид. Знал ли он, на чью именно помолвку мы пришли? Скрыл это от меня, или действительно был не в курсе? Голова начинала гудеть.

После пафосной речи Игоря Сергеевича, Рос поднялся, достал коробочку с кольцом и медленно водрузил элегантное украшение на палец своей невесты. Та, конечно, расплылась в блаженной улыбке. Зал скандировал «Горько!», а я не видела ничего, кроме прикосновения их губ друг к другу. Не могла оторвать свой взгляд от них, пусть и хотела до безумия закрыть глаза, зажмуриться, чтобы не видеть эту картину. Было больно, но я продолжала себя истязать, наблюдая за счастливой парочкой.

Девушка грациозно опустилась на свой стул. Рос перевёл взгляд на отца, а потом резко повернул голову в мою сторону. Столкновение взглядов, невысказанных слов, боли, осознания. Я стойко выдержала этот раунд, и первая отвернулась, с гордо поднятой головой. Он больше не увидит моих слёз и не заставит медленно умирать внутри.

— Ты в порядке? — шёпотом спросил Илья.

— В полном, — на полуулыбке заверила я.

Роскошь ресторана и незнакомые богатые гости моментально отошли на второй план. Обворожительный Вишневский рядом больше не вызвал приятного трепета внутри. Всё моё естество было обращено на центральный стол, за которым праздновали помолвку две самые влиятельные семьи в городе. Помолвку, женихом в которой был мой бывший.

— Не хочешь потанцевать? — Илья прорвался сквозь пелену моей тоски.

— Никто не танцует, — слишком равнодушно ответила я. Мне больше неинтересно было находится рядом с Вишневским.

— Тогда давай бросим им вызов.

Он не стал дожидаться моего ответа, просто взял за руку и повёл между столов. Илья подошёл к администратору, что-то шепнул на ухо, миловидная девушка тут же улыбнулась и куда-то ушла. Лёгкая фоновая музыка сменилась какой-то иностранной песней. Медленной, но очень чувственной. Вишневский положил одну руку на талию, а другой сжал мою ладонь.

Сначала мы просто покачивались в такт мелодии. Гости недоуменно глазели на нас, но вскоре некоторые пары тоже присоединились. Илья усмехнулся мне, мол, смотри, я же говорил, главное начать, а потом все подтянутся. Я лишь устало улыбнулась и позволила ему вести меня в танце.

Вскоре рядом с нами заметила и пару будущих молодожёнов. Рос уверенно держал руки на талии своей невесты, прожигая при этом взглядом меня и Вишневского. Какое ему вообще дело до меня? Каждый его взгляд в нашу сторону, вмоюсторону, буквально кричал о том, как Бертов зол. Он ревновал. Но с какой стати? В какую игру он играет на этот раз? Я ни черта не понимала. Но знала одно — око за око.

Он делал мне больно. И не раз. Он появился в моей жизни вновь, разворошив старые раны. Он дал повод усомниться в его ненависти ко мне, в том, что между нами всё кончено. А теперь растоптал даже толику надежды на что-то большее. Значит, пришла моя очередь вступать в игру.

Впервые за весь танец я осмелилась посмотреть Вишневскому в глаза. Он с улыбкой встретил мой взгляд и лишь крепче прижал к себе.

— Ты был прав, — тихо произнесла я.

— О чём ты? — он игриво выгнул бровь.

Ответом на его вопрос послужили мои действия. Обвила руками его шею и подтянулась на носочки. А потом приникла к его губам, мягко целуя. Я смаковала этот момент так долго, как могла. Илья не растерялся. Он даже не был удивлён моему порыву. Вишневский углубил наш поцелуй, отчего стало неловко. Его рука опустилась гораздо ниже талии, а вторую он запустил в мои волосы, мягко сжимая их на затылке.

Я отстранилась первой, задыхаясь от нехватки кислорода и переизбытка чувств.

— Давай уйдём, — попросила я, осознав, что только что сделала.

Илья лишь кивнул и направился к выходу вместе со мной.

Я специально не смотрела ни на кого, пока мы продвигались из зала. Избегала взгляда холодных голубых глаз. Что он почувствовал, когда увидел? Ему было больно? Надеюсь, что было. Потому что все мои раны вскрылись и кровоточили.

В желании отомстить Росу, я, кажется, наказала саму себя. В этом была моя ошибка.

Глава 19

Рос

——

Глаза застилала красная пелена гнева. Если бы не Крис, которая до боли сжимала мою ладонь, я б вышел из себя мгновенно.

Почему она здесь? И почему с ним, чёрт возьми?! Из всех парней в городе Мила выбрала самого гнилого.

Меня колотило, как от лихорадки. Когда Снежинка вытворила этот фокус с поцелуем, у меня перед глазами всё поплыло. Хотелось оттащить этого мажора, встряхнуть её за плечи и заорать: «Какого хрена?!». А бешеное желание убить этого урода поселилось во мне крепко и надолго.

— Ростик, успокойся, — приговаривала Скаржинская, оглядываясь по сторонам. Гости вокруг перешёптывались, глазея вслед удалившейся парочке.

— Я спокоен, — цедил сквозь зубы, борясь с желанием сейчас же броситься за ними.

— Ага, вижу, у тебя сейчас из всех дыр пар пойдет. Остынь, иначе твой папа предпримет меры.

Я покосился в сторону стола, за которым сидели наши родители. Папа был недоволен. Но мне плевать.

— Идём, проветримся, — и потащил Крис за собой.

Я молился, чтобы они не успели уехать. Временами переходил на бег, но Скаржинская отставала и громко ругалась. И откуда только знала такие похабные словечки?

Выбежав на улицу, помчался к парковке. Только бы успеть.

Я заметил их, когда мажор усаживал Милу в машину.

— Эй! — крикнул я. Крис пыталась меня затормозить, но где ей, хрупкой девушке, справиться со мной.

— Ты это мне? — лениво повернувшись в мою сторону, ответил урод после того, как закрыл пассажирскую дверь. Я увидел напуганное лицо Милы через лобовое стекло.

— Тебе!

Я уже готовил кулаки, чтобы пройтись по его смазливой физиономии.

— Не смей! — Снежинка выскочила из иномарки и встала между нами, загораживая Вишневского собой.

Она дрожала всем телом. Лёгкое блестящее платье струилось по её миниатюрной фигурке, плавно облегая все изгибы тела. Я нервно сглотнул, прогоняя прочь порочные мысли, что закрались